|
Друзья! Заранее прошу прощенья -
Быть может, и не время вспоминать,
А я вот вспомнил, вспомнил все мгновенно:
Деревню нашу, дом, отца и мать.
Отец и мать мне часто говорили
"Сыночек, милый, к Богу обратись!"
И ежедневно обо мне молились
Но я любил совсем другую жизнь.
Вино, друзья и сотни развлечений
Мне ослепили сердце и глаза
И ослепленный, с диким наслажденьем
Смотрел я в рюмку а не в небеса.
Молитвы для меня страшнее яда были,
О Боге я и слышать не хотел.
Мне не забыть, наверное, навеки
Тот страшный день, - отец мой умирал...
Из материнских глаз слез вытекали реки,
А я стоял хмельной и хохотал:
"Ну где же Бог твой? Что ж Он не спасает?
Он Исцелитель, что ж ты не встаешь?
Без Бога люди также умирают, -
И ты, отец, как все в земле сгниешь."
Он улыбнулся и сказал сердечно:
"Я жив еще, а ты, сынок, мертвец,
Но знай, что мертвым ты не будешь вечно,
И вскоре воскресит тебя Творец."
Я стал слепцом, не видел рядом Света,
И в страшном мраке по теченью плыл.
Метался я не находя ответа.
И вот, однажды летом, в сильный дождь
На улице я друга детства встретил,
Увидев земляка, почувствовал я дрожь...
Предстал передо мною милый образ:
Глаза печальные и мокрые всегда.
Забилось сердце, задрожал мой голос,
И вырвались бездушные слова:
"Ну, как там мать, меня хоть вспоминает?
Когда сбежал ты, мать твоя от горя
Вся поседела - ведь тобой жила!
И каждый день, в любую непогоду,
Шла на распутье, и тебя ждала.
и руки простирая свои к Богу
Молясь во имя пролитой Крови,
Она стояла, влитая в дорогу,
Столпом надежды, веры и любви.
Ну, а когда стоять была не в силах,
Когда она в постель свою слегла, -
Кровать к окну подвинуть попросила,
Смотрела на дорогу и ждала..."
Я побежал, подстегнутый, как плетью,
Одним желаньем, жгущим как огнем:
Увидеть мать, не опоздать, успеть бы
Упасть пред ней, раскаяться во всем!
Вокзал и поезд... И одно лишь слово
В висках стучало молота сильней.
Хотел не думать, но напрасно, - снова
Я слышал лишь одно: скорей, скорей!
Знакомая дорога и деревья,
И только незнакомый |
|
|
|
|
|
|
|
|
|