[500x690]
"Вообще во всех основных религиях божества тащатся по вечности в гордом и спокойном одиночестве. Слышали вы когда‑нибудь про женатого Бога‑Создателя? Представьте, что получилось бы, если бы при создании мира им кто‑нибудь бубнил под руку: «Ты, жалкий неудачник, сейчас ведь опять напортачишь! Ничего толком делать не умеет, а лезет… Всю молодость мне испоганил» и т.д. ит.п."(с)
..............................
"Сидит Адам в райском саду, скучает. Выпить нечего, до Лиги чемпионов он еще не додумался, так что делать решительно нечего. К нему, вялому и грустному, подсаживается Создатель.
–Что,– говорит,– Адам, скучаешь?
–Ага.
–А хочешь, я сделаю тебе женщину?
–Что это, Господи?
–Ну вот представь себе, что рядом с тобой всегда будет человек, который будет тебя любить, будет заботиться о тебе, дарить тебе радость, веселить тебя, всячески обихаживать, делать кучу интересных вещей по ночам в твоем шалаше… Женщина всегда поймет тебя, утешит, поможет, сделает все, что ты пожелаешь, по первому твоему требованию… И никогда ни в чем не упрекнет, не обидится, не разозлится и не обидит тебя. Хочешь такую?
–Да!– воскликнул Адам, потирая вспотевшие ладошки и проглотив слюнку.– Да, Господи, конечно хочу! А что для этого нужно?
–Для этого я должен взять у тебя один глаз, одну руку, одну ногу, почку, часть печени, полушарие головного мозга и пару желудочков твоего сердца…
Адам призадумался, посопел, почесал в затылке и говорит:
–Господи, а что я могу получить за ребро?.."(с)
В первую очередь, при условии, что имя автора мне ничего не говорит, я обращаю внимание на название и на обложку. Не знаю, что в этой книге привлекло меня сильнее первоначально: обложка, на которой изображены древние фолианты с пожелтевшими страницами и язычком красной шёлковой ленты, служащей закладкой, либо же название, в котором фигурирует слово «сказка», да ещё с мистической цифрой «тринадцать».
После этого обидней всего, если такое название и такую обложку загубит автор своим текстом. Но здесь всё подошло друг другу идеально.
Диана Сеттерфилд стала для меня великолепным открытием прошлой зимы. Красивый плавный, извилистый стиль речи, который воссоздаёт в голове множество образов и картин. Замечательно закрученный сюжет, который после прочтения заставляет ещё долго сидеть и смотреть на книгу, дабы осмыслить только что дочитанное.
Во время прочтения я буквально жила в этом мире. Герои её книги снились мне, я постоянно думала о них.
Это история о близнецах…Это настолько непростая и интересная история, она вовлекает в себя, с каждым поворотом открывая всё новые и интересные подробности.
История о старой больной писательнице, которая решила записать свою жизнь на листах бумаги и явить её миру.
История о садовнике и экономке, которые хранили тайну одного семейства.
История о близнецах, которых смерть разлучила сразу после рождения.
История о призраке, который делал всё так, как хочет только он.
Это великолепная и интересная история.
[320x480]
[показать] Январь у меня начался с чтения книг о женщинах, продолжение декабрьского чтения. Последняя книга, которую начал в 2010 году, «Зеркало Кассандры» Бернара Вербера, не успел ее дочитать и переключился на биографические романы. Возвращаясь домой на электричке 5 января начал читать роман Альфонсо Синьорини «Другая Шанель». На трехстах страницах автор охватывает весь жизненный путь Габриель Шанель. С короткой истории о коммивояжере Альберте Шанель, внебрачном сыне Анри-Адриена и Анжелины, автор переходи к истории о Габриель. Альберт Шанель женился на Жанне, стоило ему обрюхать жену, как сразу уезжал торговать по стране, так как появились на свет Жюли, потом Габриель и другие дети семьи Шанель. Каждая глава пронизана борьбой Габриель с нелегкими обстоятельствами, в которые ее впутывает жизнь, болезнь и ранняя смерть матери, глупая старшая сестра, монастырь. Жизнь в монастыре окутана ореолом семейных тайн, которые раскрываются в течение романа. В период 30х годов становится известно, кто с кем спал. Французские романы мужчин Шанель дают фору сценариям изощренных мексиканских сериалов.
Шанель к 20 годам стала очень сильной девушкой. Перебралась с тетей-ровесницей Адриенн в город Мулен, работа в ателье, где ее соблазняет офицер Этьен Бальзан. Приятный момент, который объясняет появление имени Коко. Шанель вышла на сцену в кафе и спела «Кто видел Коко в Трокадеро?», талантливый человек талантлив во всем, публика была в восторге, а Габриель стала Коко. Пытаюсь написать рецензию, а получается пересказ. Сложность в том, что в 26 глав поместилась целая жизнь человека, задавшего моду всему XX веку. Главы, как свежо выжатый сок, одна вкуснее другой, и ничего лишнего. Жизнь с Этьеном Бальзаном, перерастает в одновременную связь с Артуром Кейплом, по прозвищу Бой. Англичанин, которого зовут Бой, из-за французского коньяка;)
Полкниги неразрывно связаны с бульваром Малерб, где Коко Шанель открыла свое первое ателье. Каждое ее творение в мире моды было направлено, чтобы облегчить жизнь женщине, при этом сохранить ее красоту и изящество. Она, как ювелир, отсекала все лишнее. Как новатор, до конца жизни сталкивалась с непониманием, но оставалась уверенной в себе и побеждала. В жизни Коко Шанель было место для забавных и легких эпизодов творчества. Таким примером может послужить история знакомства с химиком Эрнестом Бо. Эрнест Бо работал над сложными ароматами, принеся Коко на пробу свои ароматы, он называл их номерами, как истинный ученый, поэтическими названиями никого не мучил. Шанель добавила имя к пятому аромату и подобрала флакон, так родилась легенда.
Но любая легкость сменяется тяжестью. Был поражен действиями Шанель во время Второй мировой войны, как она мужественно делала шаг за шагом для спасения Западной Европы. Работала с немецкими оккупантами и английской разведкой для воплощения своей затеи, пытаться связать Гитлера и Черчилля, для подписания перемирия. За что поплатилась арестом.
Рекомендую прочитать захватывающую историю о жизни знаменитого модельера. До последних страниц роман сохраняет нехилое напряжение. Сознательно умолчу о ее последней коллекции и триумфальном провале в Париже... Факты, помноженные на красивые образы, остаются в голове с эффектом взорвавшейся хлопушки. Негатив, как шум улетучивается, остается яркое конфетти из историй чужих побед.
Обзор следующей книги из моего дневника: Я женщина Саддама. Автобиография Парисулы Лампсос.
Аннотация: Роман "Пять четвертинок апельсина" англичанки Джоан Харрис - насыщенное и тонкое десертное вино. Используя кулинарные метафоры, причудливые характеры и сверхъестественные происшествия, Харрис создает сложную и прекрасную историю. В романе переплелись беды, тайны и напряженные семейные отношения.
Мнение: Воспоминания о романе заставляют мой глаза округляться "по пять копеек" даже несмотря на то, что прошло уже достаточно времени с момента прочтения. Во-первых, будучи уже знакома с Харрис по всем известным романам "Шоколад" и "Леденцовые туфельки", во-вторых, по аппетитному названию, и, в-третьих, по аннотации, я ожидала чего-то сродни предшествующему, но никак не историю об оккупации Франции во время Второй Мировой Войны.
Пересказывать содержание романа, я не стану, потому что лучше, чем у Харрис у меня все равно не получится. Идеальное повествование, язык, который приятно читать, и необходимая скорость развития сюжета. В романе нет ничего лишнего.
На ассоциативном уровне с середины романа я проводила параллели с "Убить пересмешника" Харпер Ли. Возможно, из-за повествования от лица маленькой девочки, возможно из-за драматизма сюжета. К слову, да, Буаз для меня осталась навсегда маленькой девочкой.
Не раз сталкивалась с мнением, что все книги Харрис - "вкусняшки". Про "Пять четвертинок апельсина" у меня бы язык не повернулся такое сказать. Нет, рецепты и кулинария там присутствуют, но это принципиально "другой" роман, в котором кулинария не неотъемлимый лейтмотив, а лишь ненавязчивая специя. И я бы не назвала книгу вкусной. Сильной? Да. Затягивающей? Да. Поражающей? Да. Отрезвляющей? Да. Но никак не вкусной.
[200x340]этот мальчик мог бы свести с ума любую
если бы захотел
у него что ни день - то десятки лиц,
голосов и тел
он не знает, что у всего есть свой предел
и живет, как последний раз,
как будто бы завтра - расстрел
этот мальчик щелкнет пальцами
и ты будешь у его ног
не пытайся бежать,
за попытку к бегству могут выпустить пулю в лоб
или в душу,
тогда ты и вовсе труп
и умирай всю жизнь потом,
вспоминая вкус его губ
не дави на жалость,
на него не действуют эти приемы
ты не первая, кто жалеет что с ним знакома
только выхода нет
закрыты вокзалы и аэродромы
ты не можешь вернуться домой,
ты рядом с ним уже дома
он всегда слишком спокоен,
как будто знает, что его ждет
он как будто просит кого-то:
эй, ну пусть мне еще пару раз повезет,
и, обещаю, я соскачу.
что у него на уме не понять ни по мимике,
ни по голосу. ни ученому, ни врачу
разве что прибору для чтения мыслей,
но кажется, он и ему соврет.
он не изменяет тем, кто ему близок,
дело в том, что ты такою ему не стала
ты однажды приедешь к нему объясниться,
расстаться; придешь, глотая слезы - ты слишком устала
ты однажды решишься на это,
сколько можно страдать по бездушным придуркам?
приедешь,
откроешь своим ключом дверь.
а там полная пепельница
окурков,
пустая бутылка и рядом осколки бокала
- как будто в ярости кинул кто-то
и он спит,
круги под глазами, обкусаны губы
и на полу альбом
с вашими
фото
(c) ash_tray_girl
Это не он удивлялся — «зачем тебе эти войны»,
предупреждал — «осторожно, много летает стрел»;
мальчик, который спрашивал:
«Что же тебе так больно,
кто же тебя вот так до меня успел?»
Где он, который шептал тебе самой тяжёлой ночью
«не забывай — моё сердце бьётся в твоей груди»?
В очередь, сукины дети, в очередь, в очередь;
следующий на забвение — подходи.
© Ракель Напрочь
Настроение сейчас - Романтичне
Кен Кизи - американский писатель, считающийся одним из главных писателей бит-поколения и поколения хиппи, оказавший большое влияние на формирование этих движений и эту культуру.
Читал, что "Песня моряка" последний роман, написанный Кизи, и это чувствуется, он более зрелый по сравнению с "Полетом...". На мой вкус это не просто хороший роман, это очень хороший роман, еще раз напоминающий нам, о том, что же в жизни важнее всего, посвященный морякам Аляски, которые пытаются оградить свои земли от акул шоу-бизнеса.
Когда хочется пиздеть о том, что любви не существует, что семейные ценности разменяли на хуйню, что все вокруг инфантильные, трусливые, пиздодельные, бездуховные и тупорылые - посмотри в зеркало и устыдись.
«Тем, кто склонен к унынию, Венеция в штате Калифорния раньше могла предложить все, что душе угодно. Туман – чуть ли не каждый вечер,скрипучие стоны нефтяных вышек на берегу, плеск темной воды в каналах, свист песка, хлещущего в окна, когда поднимается ветер и заводит угрюмые песни над пустырями и в безлюдных аллеях.»
Воодушевляющее начало, не правда ли?
Выбирая эту книгу, я «купилась» на название и никак не рассчитывала на детектив, поэтому вначале даже не следила за этой линией. Кто убийца, кто будущая жертва? Это не играло решающего значения. По крайней мере, до середины книги, пока у меня не появился кандидат на роль «Подмышек». По сути, в книге не было совершенно ни одного убийства и мне даже начало казаться, что всему виной туман. Да, это именно он «высасывает» всю жизненную силу из жителей этого города,но сопротивляются ли они? Хотят ли они жить или просто существуют? Имеем ли мы право их судить, имеет ли право отбирать кто-то у них жизнь? Читая эту книгу, у меня возникла идея: наверное, стоит иногда ссылать людей вот в такие города,где:
«Почти сто пятьдесят дней в году солнце в Венеции не может пробиться сквозь туман до самого полудня.
Почти шестьдесят дней в году оно вообще не может выйти из тумана до четырех‑пяти часов, когда ему приходит пора садиться на западе.
Дней сорок оно не показывается вовсе.
В остальное же время, если, конечно, вам повезет, солнце,как в других районах Лос‑Анджелеса и во всей Калифорнии, восходит в пять тридцать утра и светит весь день.
Но мрачные сорок или шестьдесят дней выматывают душу, и тогда любители пострелять начинают чистить оружие. Если солнце не выходит на двенадцатый день, старушки отправляются покупать отраву для крыс. Однако, если на тринадцатый день, когда они уже готовы высыпать мышьяк себе в утренний чай, вдруг появляется солнце, недоумевая, чего это все так расстроены, старушки морят крыс у каналов и возвращаются к своему бренди.»
Потому, что иногда ты так долго ждешь этот 13-й или 61-йдень, что уже не веришь в красоту утреннего рассвета или не помнишь запах «доброго утра» из-за заложенного носа или сна до двух часов дня. А ради этого стоит жить, кричать о своей радости на улице, чтоб отпугивать всю ту слякоть и мерзость, что так и норовит заползти за тобой в дом, не забывать звонить близким, брать с собой фотографии и просто говорить…
Когда-то давно я читала, что в Древнем Китае, а может и не Китае, пытки поручали проводить детям. Маленьким таким, у которых не сформировалось еще четкого разграничения добра и зла, хорошего и плохого. Их пытки были самыми изощренными и жестокими. Я не знаю правда ли это, но в одном я уверенна: дети – это самый жестокий вид, населяющий нашу планету.
.
[300x400]
Именно дети и стали главными героями книги, которая принесла известность Сергею Лукьяненко, если верить рецензиям, оставленным на сайтах Интернет-библиотек.
Дети или все таки «маленькие человеки», которые вынуждены играть по правилам чужого мира - мира сорока островов? Их не так сложно запомнить, существует всего три главных правила: не играть после развода мостов, не играть в поддавки и не смотреть вверх, когда заходит солнце. Поставленные перед выбором: жить или убивать, решения принятые ребятами, не вызывают осуждения. Есть свой остров, своя команда и чужие 39 островов, с которыми ведется война. Победитель получает свободу и билет домой. Игра стоит свеч, не правда ли? Ответив на этот вопрос, вы поймете, чему научат вас Острова. Ненавидеть. Ненавидеть и убивать. Даже любить, ненавидя.
А закончить отзыв мне хочется тем, чем начинается книга, - словами Владислава Крапивина: «…дети могут воевать со взрослыми. Взрослые тоже воюют с детьми, они одичали. Но дети не воюют с детьми ни на одной планете – они еще не посходили с ума!»
… или?
Маргарет Этвуд - Рассказ Служанки
"В дивном новом мире женщины не имеют права владеть собственностью, работать, любить, читать и писать. Они не могут бегать по утрам, устраивать пикники и вечеринки, им запрещено вторично выходить замуж. Им оставлена лишь одна функция.
Фредова - Служанка. Один раз в день она может выйти за покупками, но ни разговаривать, ни вспоминать ей не положено. Раз в месяц она встречается со своим хозяином - Командором - и молится, чтобы от их соития получился здоровый ребенок. Потому что в дивном новом мире победившего христианского фундаментализма Служанка - всего-навсего сосуд воспроизводства. "
Хорошо! Иногда пугающе реалистично. Так и встают перед глазами картины мира, где женщины ничего из себя не представляют, где главная их цель, подчиняться своему хозяину - мужчине, и как можно быстрее зачать ребенка от механического соития, который и сексом то не назовешь. Страшно...К сожалению, я несколько раз сталкивалась с персонами, которых такая картина мира вполне бы устроила. Так что, как это не печально, все реально в нашем мире...
Читать!
[200x309]
Часы отбивают двенадцать вместо сердца и бьют.
Смотри, крысы сбирают войско и поют,
И песня их заунывна. И простыни всё холодней,
Я сижу у изголовья – «Не болей».
...
А дыханья
Нет.
(с) Юля Стэп
Абонент очень счастлив и больше не принимает звонки из прошлого.
(с) N/a
[250x398]
На прошлой неделе прочитала 2 неплохие книги о которых и хочу поведать.
1) Сборник рассказов Бернхарда Шлинка "Другой мужчина"
Описание: Семь историй о любви от автора международного бестселлера - романа "Чтец", феноменальный успех которого можно сравнить только с популярностью "Парфюмера" Патрика Зюскинда. Подобно популярному сейчас писателю Янушу Вишневскому, в "Другом мужчине" Шлинк исследует разные лики любви: от любви-привычки до любви, открывающей новые, неведомые горизонты.
Что такое любовь? Почему люди так жаждут любви и почему бегут от нее?
Почему не берегут свою любовь, пока не оказывается слишком поздно?
Семь печальных и лирических историй Шлинка - семь возможных ответов на этот вопрос.
Мнение: В целом книга заявлена как рассказы о любви. Так оно и есть. Только о любви Шлинк пишет хуже, чем о вине. И сюжеты этих рассказов, в общем, вторичны. Герой, одновременно любящий и мучающий троих женщин, заболевает и попадает в их власть («Сладкий горошек»); отец, понявший, что любит сына только перед гибелью («Сын») ; вдовец, узнавший, что у его жены много лет был любовник («Другой мужчина»)… Впрочем, несмотря на некоторую тривиальность, этот рассказ, давший название книге, – пожалуй, самый «сделанный». Выяснив, что «другой мужчина» – жалкое и претенциозное ничтожество, герой рассказа все же понимает, почему жена любила не его, хорошего, здравого и заботливого, а этого фигляра. За то, что он расцвечивал ее скучный мир роскошными – пусть и вульгарными, это не так-то уж и важно – красками…
Мое особое внимание привлек рассказ "Сладкий горошек" , в которым выписаны шикарные женские образы, не смотря на то, что они были второстепенными героинями. Три женщины являются сильными, мудрым и успешными. Это напоминание мужчинам - будьте благоразумны, иногда женщины мстят и очень жестоко!
2) Ричард Йейтс "Пасхальный парад"
[200x320]
Описание:Впервые на русском - "самый тонкий и проникновенный", по выражению критиков, роман современного американского классика Ричарда Йейтса, автора прославленной "Дороги перемен" - романа, который послужил основой прогремевшего под занавес 2008 года фильма Сэма Мендеса с Леонардо Ди Каприо и Кейт Уинслет в главных ролях (впервые вместе после "Титаника"!). "Пасхальный парад" повествует о сестрах Эмили и Саре Граймз, и действие романа охватывает без малого полвека. В этом своего рода мини-эпосе старшая сестра, мамина любимица и первая школьная красавица, сразу после школы выходит замуж и обзаводится детьми, а младшая заканчивает колледж, пытается делать карьеру и переживает роман за романом. Обе сестры воображают себе радужное будущее, но обеих цепко держит прошлое...
Мнение: Неоднозначное! Книга написана очень правдиво, очень честно. Ощущение, что ты подглядываешь в замочную скважину. Мы читаемя историю разрушения, историю падения, как физического, так и духовного. Роман на любителя, скажем так.
Но мне очень понравилась одна шикарная цитата:"Но чтобы называться интеллектуалкой, мало красиво рассуждать или даже попадать каждый семестр в список лучших студентов или в свободное время ходить в музеи, на концерты и на «фильмы», а не просто в киношку. Надо научиться не проглатывать язык в кругу патентованных интеллектуалов и не впадать в другую крайность, когда ты начинаешь нести всякую ахинею в безнадежной попытке исправить одну глупость, сказанную двумя минутами ранее. А если уж ты свалял дурака, то не ворочаться потом всю ночь в постели, изводясь по этому поводу.
Следовало быть серьезным и при этом — убийственный парадокс! — ни к чему не относиться слишком серьезно."