Корень всех зол есть сребролюбие.

Апостол Павел

Милостыня есть царица добродетелей.

Святитель Иоанн Златоуст

– Как же я люблю деньги, – говорил святой Косма Этолийский, проповедуя грекам в селах и городах покоренной турками бывшей Византии. – Ах, как я люблю высыпать монеты из кошелька и их пересчитывать. И как мило для сердца они звенят, когда засыпаешь их обратно! Как греют душу, когда положишь их за пазуху!

Люди слушали, поднимая брови и вытаращивая глаза. Те, что поглупее, думали: «Надо же! И у святого то же, что у меня!» Те, что поумнее, думали: «Как же он глубоко мне в душу глянул! А рассказал все про меня так, словно бы про себя. Хитрец, однако. Святой хитрец».

Признаваться в сребролюбии неприятно. Да никто особо и не признается. Есть мысленная ловушка: любишь деньги, значит жадный. А не жадный, так, значит, добрый. Но я же добрый! Это все знают. Значит, сребролюбие не про меня!

Какое топорное лукавство. Доброта и сребролюбие – это «синее» и «кислое». Это – с разных полей ягоды.

Сребролюбие обитает в сердце. Оно там живет внутри и наружу выбрасывает усики всякие, щупальца. По щупальцам его присутствие и узнается. Вот я вижу чужую яхту (автомобиль, etc.). Вид чужой дорогой вещи вызывает во мне грустное чувство и философские вопросы. «Это же сколько надо работать или красть, чтобы такое купить?» Или: «Зачем ему (ей/им) такие дорогие вещи? Это же заботы, лишняя трата, суета. Можно было бы столько добра на эти деньги сделать».

Философская грусть при виде чужого богатства – это явный признак сребролюбия