Это Любовь. Да-да, та самая, которую никак и никогда не объяснить, а лишь осознать возможно. Весна, конечно же, тому виной. Еще и не пахло ею, еще вместо трели птах – хриплые кар-р-ры ворон, еще хмуро, холодно и серо, а в груди уж просыпается пульсация: слабо, скромно, но все ж заметно. По телу побежали соки, разгоняя жизнь, желания и сон. И хоть зима еще хозяйка, и уходить явно не торопится, всё кругом напоминает о возрождении: от бьющегося чаще сердца до хруста льда на реке...

Подобно лягушке, замерзшей с приходом холодов в собственной среде обитания, я погрузился в небытие и всю зиму находился в спячке, в том числе и творческой. И хотя все же изредка случались времена, когда мой нос высовывался на мороз, и даже кое-что фотографировал, общее ощущение всего организма - берлога. Тоже, впрочем, интересный опыт. Понимаешь, каково быть медведем. Ну, да в прошлом это. Хотя без него, конечно, вкус настоящего не столь терпок. И когда забрезжила оттепель, сначала в крови, затем на улице, трепетно пробудилось желание вытащить голову из панциря и оглядеться, жадно впитывать весну.
1.

И я пошел, ибо где ж её еще вкусить, если не на воздухе. Разминаю забытыми движениями пробуждающееся тело. От этого скорлупа моей рутины трескается по швам. И так с непродолжительными поначалу пробелами я уже почти каждое утро просыпаюсь засветло, хотя еще недавно забвенно дрых до полудня. А теперь вот: подъем в 5 утра, зарядка, завтрак, рюкзак за спину, ногу за дверь. Шустро набирая обороты, у бытия проявляется вкус, цвет и смысл.
2.

3.

А на улице кутерьма: не то, чтоб день ото дня – час от часу все меняется, не то что зимой. И в одно и то же календарное время год от года всё совершенно по-разному, и в этом кайф - абсолютная непредсказуемость казалось бы очевидных и закономерных природных процессов. Я, конечно, не так давно живу в Петербурге, и, более того, наблюдаю за его климатом, но даже за то время, что запечатлеваю здешний колорит, удивление мое лишь растёт. Например, в прошлом годе явственно помню, как невский лед сошел за день-полтора, а ладожский проплыл за несколько часов. В этот же раз все было совершенно иначе, и я смог налюбоваться завораживающим зрелищем всласть, чуть ли не до последней льдинки.
4.

Меня настолько пленило сие явление, что я как под гипнозом ни на что другое так страстно реагировать не мог. Даже умудрился пропустить невероятной силы полярное сияние, правда остатки его все ж случай подарил (они – здесь). А вот и редкий вид, который я выбрал в качестве одной из причин несовместимости ночной и утренней съемки, сделав выбор в пользу ледохода. Стоило ли оно того? Не важно – сделано уже. То утро, в любом случае, не позабыть – чего только не осталось за кадром.
5.

Так вот, о чём же шь я. Ах, да… как говорится, долго ли коротко ль, быстро иль долго, но где-то в середине марта до меня дошло, что пришла пора брать в руки фотик, ибо Нева тает, превращаясь в зеркало. Главная река Петербурга в это время года – единственный детектор весны, во всем остальном её разглядеть еще не получается. А тут – нате!
6.