Казбек. Когда я услышал это слово не как что-то упомянутое и отстраненное, а обращенное вдруг именно в свой адрес - в душе всколыхнулось. Не просто место, не столько гора - весь комплекс таинственной, романтической и опасной альпинистской жизни вмиг превратился из далекого и абстрактного понятия в вероятный и внезапно близкий вариант моей. Это из разряда тех вещей, которые почему-то никогда не “примерял” на себя, но которые всегда захватывали воображение, и я всякий раз с неизменным интересом смотрел и читал о потрясающих историях, судьбах, характерах... И тут вдруг ко мне - “Пойдешь?”

А-а-а... м-м-м... Да, конечно! Только, ведь, я ж это, того... не альпинист вовсе. Казбек!
1.

Для меня это что-то совсем запредельное, высокое и серьезное. И, вообще, это какое-то приглашение в сказку! Анатолий был спокоен и уверен: “Я посмотрел за тобой - справишься”. Вот тебе и раз! Тут же, по ходу, выяснилось, что мне готовы помочь всем, чего мне не хватает для такого рода походов. Как тут не согласиться? По рукам! И вот я уже в Москве, где намечен сбор группы. В поезде познакомился с остальными участниками: Григорием и Александром. Выяснилось, что кроме меня тут только бывалые горновосходители. Средний возраст группы 48,5, я - самый молодой, старшему - 61. С ходу все разговоры на неведомом мне доселе сленге - тьма впервые услышанных выражений и терминов. Это сбивает с толку: язык тот же, русский, а понимаешь с трудом. Горняшка, альпинёры, зарубаться, жумарить, шхельда - без конца и края, в ворохе знакомых букв я блуждал в поисках значений, иногда интуитивно их угадывая. И так полтора суток под стук колес и свежие открытия - до Владикавказа.
За два дня в поезде я узнал о горах столько, сколько за всю жизнь не ведал. Кое-где на меня нагнали жути. Оказалось, что на каждого по-разному действует высота, что все очень индивидуально и зачастую нелицеприятно, что “горняшка” может захватить резко и жестко: как психику, так и здоровье. И это никак не предугадать. Причем, по статистике чаще подкашивает как раз-таки здоровяков, а сухопарым везет значительно больше. Нередки случаи, когда люди впадают в летаргический сон, не просыпаясь утром, кого-то выворачивает наизнанку, пока не спустится, голова кружится без остановки, у кого-то напрочь отшибает аппетит, кто-то превращается “в овоща”, пуская слюни, в ком-то просыпаются спрятанные демоны... и так далее и тому подобное. От таких разговоров романтическая картина альпинистского бытия таяла на глазах. А мужики улыбаются, веселятся - явное предвкушение долгожданной вылазки. Жару в общий котел приподнятого настроения подлил Григорий, который в какой-то момент включил песню “Это, бл.., горы!”, из которой я также понял едва ли половину. Но генеральная фраза, конечно, прицепилась моментально. С этой поры припев частенько гулял в атмосфере нашей группы.
2.

Долго ли, коротко ли, в окнах забрезжили призрачные горные силуэты. И вот мы уже в столице Северной Осетии - поторговались с местными таксистами, выяснили как лучше перемахнуть в Грузию, не теряя на это времени, и посреди того же дня очутились у подножия Казбека, в поселке Степанцминда, который находится уже на высоте 1744 метров над уровнем моря.
3.

Самое первое и очевидное ощущение гор – Величие. Древние великаны, самые верхние места планеты, где живет человек и куда он способен дойти своим ходом.
4.

Вид в ту самую сторону пленил меня сразу. Взгляд поневоле все время ускользал к Вершине. Желание разглядеть ее без мешающих взгляду мелочей родилось незамедлительно. И не у меня одного: после трапезы мы пошли на разведку на ближайший склон, где было на что посмотреть.
5.

6.

Отсюда открываются еще более