...она хотела то и дело
летать... и вместе с ним - мечтать...
...парить между душой и телом
и лёгкой даже в чувствах стать...
...она хотела в одиночку
подняться вверх, коснуться звёзд...
...стать той последней верной строчкой
в стихах, что утром он принёс...
...они каждый вечер вдвоём...
...и сами того не желая,
беседу ведут ни о чём,
конца и начала не зная...
...конец и начало, увы -
абстрактные слишком понятья...
...им долгие дни суждены -
коктейль из любви и проклятья...
С лёгкой руки словесно-языкового эквилибриста Вилли Мельникова мир получил новый привлекательный термин - "сотография". Это - фото, сделанные при помощи сотового телефона. Необходимый и повседневный ныне аксессуар давно уже расширил область своих возможностей и полезных функций - теперь мы не только всегда на связи со всем миром, но и в состоянии запечатлеть и отобразить этот мир.Мне удалось отыскать ещё одну интересную креативную грань современного мобильника и придумать "сотостишия" - стихи-наброски, привычно, подобно СМС-сообщениям, набираемые на ходу. Можно, сочинив, тут же отослать кому-нибудь, а можно сохранить и поискать визуальных соответствий в окружающем. Сегодня мы наблюдаем результаты синтеза двух новых необычных жанров, утверждаясь во мнении, что искусство живёт везде. (фото - Вилли Мельников, стихи - Сергей Гришунов)
[700x497]Он всё ещё во что-то верит
И грезит в сладкой полутьме,
Глядит на запертые двери
И ищет истину в вине.
Она ещё не в силах сбросить
Оцепененья после сна
И всё, о чём он ни попросит,
Пожалуй, сделает она.
Они пока не очень стары,
Но всё же чужд желаний пир.
Они - друг друга мемуары.
Воспоминаний хмурый мир.
[495x700]Позови меня туда,
Где плодов запретных сладость,
Где желаний череда
Исключает чью-то радость.
Где отверженность тоски
Перемешана с забвеньем,
Где зыбучие пески
Жаждут жертвоприношенья.
Позови, не откажусь
Окунуться в эту бездну -
В неразгаданную грусть...
Лишь бы только безвозмездно.
Лишь бы без особых трат,
Без последствий и ранений,
Без фальшивых обольщений -
Этим я и сам богат.
Бывает так, что где-то глубоко внутри возникает необъяснимое желание в чём-то признаться кому-то. Не в содеянном некогда некрасивом поступке, а в чём-то хорошем, радостном не только для тебя самого. Такой порыв может быть обращён к кому угодно - к близкому человеку, к другу, к красивой женщине, к себе, наконец. Или - к листу бумаги. Собственно, признание подчас необходимо как способ приблизить кого-то и самому стать ближе. Но вот беда - в нужный момент не хватает нужных слов. Тягостное молчание сводит к нулю беспомощную откровенность, и лишь позже, разобравшись с эмоциями на дне своей души, мы вдруг обнаруживаем бесполезные теперь фразы...Эти рисунки - такие вот признания. Запоздалые, но всё же увидевшие свет. А те, кому они предназначались, обязательно почувствуют их присутствие в этом мире, обязательно поймут, как важны они были для всех нас...
[466x700]Я - никто. И никем я останусь
До конца, до скончанья времён.
Серебристо-скрипучая старость
Не страшна, коль решил быть нулём.
Пребываю прозрачною тенью,
Силуэтом неясным вдали
И словесною дребеденью
Не задену тебя. Извини,
Что был резок порою и скучен,
Что печальным казался не в лад,
Что за серой и будничной тучей
Я не видел твой солнечный взгляд.
Извини за смешные признанья
И за разницу в наших годах...
От знакомства и от расставанья
Мы всегда были лишь в двух шагах.
[526x700]Бумага дышит на столе,
Бумага дышит...
Я ей пишу письмо. Во сне
Она всё слышит.
Я постараюсь подобрать
Слова и чувства.
Попытка молча прозвучать -
Сродни искусству.
Я объяснюсь в который раз,
Я буду вежлив,
И дом покину сей же час
В немой надежде,
И буду там, внизу стоять,
Перебирая
Сомнений чётки. И шептать...
Чего - не знаю.
В канун Новогодних праздников, перебирая дорогие сердцу поздравления, я заинтересовался словами одной очаровательной женщины. Среди всяческих благ она желала мне "неиссякаемого вдохновения". Неблагодарный и неугомонный, я привычно обратил чудесное пожелание в повод для размышлений.
А действительно, может ли вдохновение иссякнуть? Может ли художник оказться вне той питательной среды, благодаря которой он живёт, благодаря которой всё и происходит?
Та же внутренняя неугомонность позволяет мне достаточно уверенно считать это невозможным. То есть, утратить вдохновение очень даже можно, скажем, потерять связь с каким-то таинственным потусторонним хранилищем вдохновения... Это возможно и такое случается нередко. Но иссякнуть в этом "фонде" по счастью ничего не может.
Просто так получается, что по личной ли прихоти или под действием неких более чем негативных факторов, наша связь с заветным "сервером" прерывается или становится крайне нестабильной. И мы, увы, остаёмся без вдохновения. Это не у нас оно заканчивается и не заканчивается оно вообще, это мы опрометчиво и безответственно ограждаем самих себя от волшебного потока образов, стремящихся к материализации.
Мне кажется, что всем нам нужно пожелать себе вот этого главного - не терять связи с тем, что даёт смысл и дыхание всему на свете. Да и кто мы без вдохновения?
(Лина Саванская, Толедо-Лондон, специально для обзора LeFigaro-2009) Всё, что его окружает, вызывает у него улыбку. Возможно, кому-то покажется,что это не свойственно для художников, что это делает взгляд на мир поверхностным и несерьёзным. Пусть так. Но, благодаря этой улыбке, язык его творчестваприобретает иронично-светлый и оттого неожиданный оттенок. Неожиданный дозаразительности. Картины Сергея Гришунова всегда улыбаются зрителю подобно милым собеседникам. Живопись по стеклу, уже регулярно представляемая им в Европе, какникакой другой жанр, позволяет до конца прочувствовать эту живую, пульсирующую причастность к... Да просто к жизни, к красочной неоднородной мешанине дней, к нескончаемой череде лиц, событий, жестов... Покрытые изнутри краской, стёкла, или, как их называет автор - "гласы", с лицевой стороны всё же остаются глянцево-блестящими, сберегая для каждого подошедшего щедрую возможность отразиться, стать персонажем картины, испытать на себе эту живописную иронию, вдохнуть аромат букета эмоций, выраженных вроде бы кистью, но создающих впечатление слепка с нашего отношения к миру. Зиму 2009-го года гласография из России встретила в Испании. Молчаливыйсредневековый Толедо не смог устоять перед яркой россыпью необычной живописи.Испанская публика не смогла сдержать ответной улыбки и русскому художнику вновьдостались вполне заслуженные рукоплескания, откровенные признания в симпатияхи, может быть, в чём-то более глубоком, основательном. В очередной раз СергейГришунов, оперируя лишь языком искусства, а порой и вовсе находясь достаточнодалеко от своего зрителя, добился желанного эффекта - неподдельного интереса ксвоему творчеству, какого-то психологического резонанса и настоящей обратнойсвязи. В принципе, лично я ничего другого и не ожидала. Наблюдая за этим разносторонним автором, привыкаешь к неожиданностям настолько, что всякий раз ждёшь их,пытаешься предугадать, опередить. Но, как правило, безуспешно. Этот калейдоскоп творческих ребусов бесконечен и непредсказуем, будь то живопись или графика,или затейливые перфомансы, полные подтекстов и нередко - эротической двусмысленности. И всё же. Всё же... Лишь робко пытаясь что-то предсказывать, замечу, что именно гласография, авторская живопись по стеклу, занимает в творческой лаборатории Сергея наиболее заметное место. Именно ей суждено стать ярким художественным способом выражения чувств и переживаний, выражения того, что может быть выражено без слов лучше, чем собственно словами. Именно ей суждено стать новым, довольно энергичным шагом в те сферы и миры, где словами ничему и не поможешь, где слова тишины не нарушают, где балом правят образы и не слишком материальныеявления. И она уже стала таким шагом, и приглашает зрителя за собой... Вы готовы?
Совсем недавно мой старый друг-художник в очередной раз озвучил свою излюбленную мысль о необходимости государственной поддержки искусства и вообще всякого творчества. Дескать, явления такого рода, как живопись, театр, кино, обязательно должны питаться из государственной кормушки. В особенности, если произведения иных творцов однозначно претендуют на исключительность, на заманчивый статус национального достояния и т.п.
Вопрос интересный, но сложный. Тем более, что нечто похожее многие наши российские творцы уже проходили. Финансирование сверху (или ещё с какой-либо иной стороны) всегда будет подразумевать что-то вроде адекватных ответных шагов со стороны художников. Даже если отпущенные средства будут достаточно щедрыми и смогут быть потрачены на конкретные и поистине необходимые творческие нужды, их как-то, видимо, придётся отработать. О независимости и вольном полёте птицы-вдохновения придётся забыть. Сытая жизнь или крылья за спиной?..
Но самое-то главное, что никакое финансирование, никакая спонсорская или даже меценатская помощь, не купят художнику внимание зрителя. Это он всё же должен заработать сам. И лишь тогда, наверное, сам собой органично всплывёт вопрос о средствах. Ибо какой прок от бесполезных вложений в того, кто никому не интересен? Круг замкнётся.
Вот об этом интересе со стороны зрителя и надобно думать. А это уже личное, поскольку любое искусство непременно приобретает философию, настроение, оттенки чувств и черты характера своего автора. По-другому нельзя. Механизмы творчества таковы, что привлекающие публику произведения (даже если это банальный кассовый успех), создаются не менее привлекательными людьми. Художник всегда вкладывает в искусство что-то своё, им самим пережитое и попробованное на вкус. Ни о чём другом песня не сложится, картина не напишется, роман так и останется черновым наброском... А деньги... Деньги, да ещё чужие, интереса вряд ли прибавят.
Дорогие друзья!
Познакомиться с материалами цикла лекций Сергея Гришунова "Психология и Магия творчества" можно в Livejournal по адресу: http://artmaster45.livejournal.com/4502.html
Завершая очередной год и привычно оглядываясь назад, замечаешь непринуждённое перемещение некоторых созданных творений в раздел классики. Своей собственной классики. Это значит, что таким произведениям под силу выполнять роль точки отсчёта, они становятся своеобразным креативным хранилищем материала для будущих плодотворных идей. Серии работ, связанных общей графической техникой "Многоточие" - такая классика. Проверено временем.
Всё, что создаётся художником, нередко подразумевается им и его зрителем, как один из вариантов мироздания. Выражаемое отношение к увиденному и изображаемому, неизбежно подталкивает всех участников процесса к мысли о некоем существовании "по ту сторону" холста. Да, там можно существовать! Пресловутая "любовь к искусству", возможно, может являться своеобразной формой "побега" от действительности. И когда параллельный мир по действием загадочных сил природы утрачивает свою параллельность, то в точке пересечения (или малейшего соприкосновения) с ним, мы всерьёз можем оказаться совсем в ином, гораздо более желанном измерении. Захочется ли оттуда возвращаться?