Минует незнакомок пошлость.
И пусть вуалей нет на них -
Их сущность та же, что и в прошлом,
К ним так и льнёт волшебный стих.
Отбросим смутное лукавство -
Нам женщины милее те,
В которых тайна иль коварство...
Как и положено мечте.
Сегодня блогу ТЕАТР ОДНОГО ХУДОЖНИКА исполняется ровно год. Всему, что было опубликовано в нём, я старался придать цельный вид дневника, рассказывающего о событиях в моей творческой лаборатории и о том, что волновало или могло бы волновать всех нас. Здесь нет политики, стихийных бедствий, катастроф, проявлений терроризма, национализма, сплетен об известных людях и громких скандалов. Здесь только то, что могло бы пригодиться в спокойные минуты размышлений о том, что жизнь вовсе не так уж и плоха. Достаточно пофантазировать на тему своего существования языком искусства, взглянуть на ежедневную суету сквозь призму творчества.
Много для этого было сделано или мало - теперь не столь важно. Все, кто приходит в ТЕАТР, черпают здесь надежду на лучшее и очень тонко чувствуют всё, что предлагают эти страницы. Обратная связь с Читателем установлена, а это самое главное.
Выражаю искреннюю благодарность всем, кто участвует в создании этой важной связи, кто посещает блог и находит в творчестве не только приятное времяпрепровождение.
Сергей Гришунов
(Специально для LiveInternet) Очередные "гастроли" Театра Одного Художника на этот раз состоялись в Японии. Новая стoличная галерея Rinko-gallery-Tokyo в качестве своего первого экспонента избрала Сергея Гришунова и его неожиданную для многих компьютерную графику. Поклонники этого автора, уже несколько привыкнув к постоянным сюрпризам, всё-таки не всегда оказываются подготовленными к резким виражам в творчестве художника. В том числе - и чисто техническим. Произведения, представленные в Токио 10 апреля 2010 года в рамках экспо-акции "Луна в капле росы", впечатлили зрителей сразу по нескольким позициям. Во-первых, композиции оказались не просто выполненными с помощью компьютерных программ, но и стилистически перекликались с традиционным искусством Японии. Во-вторых, в визуальный ряд экспозиции автор добавил свои стихи, так же напоминающие знаменитую дальневосточную поэзию. И, наконец - сногсшибательная подача всей акции галереей Rinko. Рисунки Сергея не были воплощены на бумаге, холсте или какой-либо иной привычной для зрителя поверхности. Созданные цифровыми технологиями, они так и остались неосязаемыми, "потусторонними" объектами, поскольку вся серия работ была размещена на десяти огромных плазменных панелях, где отдельные композиции сменяли друг друга, уступая место стихам на трёх языках - японском, русском и английском. Придерживаясь первоначального замысла, автор сумел зафиксировать чистое отражение своей "Луны..." не только в капле росы, но и в сердцах взволнованных зрителей. Эту необычную акцию художник посвятил памяти своего давнего друга и коллеги - журналиста и фотохудожника Игоря Уколова, всегда мечтавшего посетить Страну Восходящего Солнца и запечатлеть её с самых неожиданных, свойственных пытливому европейцу, ракурсов. Мечте мастера, увы, не суждено было сбыться - его земной путь прервался на самом подъёме. В эти дни Сергей Гришунов рассказывает публике о несомненном влиянии своего единомышленника на яркую философию творчества Театра Одного Художника.
Эммануэль Демонжо
Под рано выцветшею маской
В своей обыденности тихий,
Слегка разбавленною краской
Намечен образ лунноликий.
Он грустен, но при этом светел,
Безукоризненно напрасен
И по особенным приметам
Небесполезен и прекрасен.
Шипы таятся возле розы,
В боль превращая чью-то ласку,
Ненарисованные слёзы
Рождаются под этой маской.
Но, боль стерпя, любовь молчала,
Предвидя всё это заранее -
Невысказанные печали,
Неутолённые желания...
Что молчишь, бескрылая душа?
Что за песню грустную поёшь?
Знаю - за тобою ни гроша,
Знаю, что совсем иного ждёшь.
Лёгкой тенью мечешься вдали,
Вспоминая годы, что прошли.
На заре, на заре, заре
Сновиденья в волшебном ларе
Обсуждают клиентов своих,
Посещённых в забавах ночных.
Кто-то бегал во сне, кто-то пел -
Лишь к рассвету забыться сумел,
Кто-то жарко признанья шептал,
Кто-то мимо кровати упал.
Кто слезою подушку мочил,
Кто уснул, да во сне и почил...
Ночь нас всех до утра обняла,
Словно сложенные два крыла.