Это племя из Папуа-Новая Гвинея - Asaro Mudmen. У них есть необычная традиция делать себе маски из глины и бамбуковые когти.
«Легенда племени гласит, что когда-то они были побеждены другим племенем и вынуждены были бежать к реке Асаро и прятаться в воде. Когда наступили сумерки, то беглецы вышли из воды оглядеться. Враги приняли измазанных речным илом людей за призраков и в страхе бежали. Побежденные смогли вернуться в свою деревню. Чтобы отпугивать новых врагов, они сделали страшные маски из глины, т.к. ил реки Асаро считался ядовитым и местные жители боялись наносить его на лицо.
Ныне деревня грязевых людей Асаро - это небольшой город Горока, где с 50-х годов прошлого века ежегодно проводится фестиваль "Goroka Show", куда съезжаются папуасы и папуаски из более чем 100 племен и приходят выступать сами грязевые люди. Фестиваль приурочен ко Дню независимости Папуа-Новой Гвинеи (16 сентября), поэтому проводится в сентябре».
Все-таки меня ужасно бесит эта манга. На фига писать о музыке? Ее надо слушать, или по крайне мере не разбавлять это все пошлостью (что, впрочем не сейчас, а дальше). Короче, устала выдумывать текст, половина терминов не переводима просто (пошлости хоть легче переводятся х), не знаю, дотяну ли до конца или снова ее брошу...
Обожаю ослов, уж не знаю почему, может потому что в моем больном мозгу ослы все еще ассоциируются с моим божественным братом-мужем Сетом:
Написала маленький рассказ…, писатель из меня некудышный, так что не судите строго. Один мой шизофренический сон…
-Нам к пяти на кардиографию, поторопись, - сказала мама.
-Да, хорошо.
За окном стояло лето, не очень жаркое, но все-таки лето, хотелось отдохнуть, но вместо этого надо было проходить комиссию. Снова выявили тахикардию, неизвестно, сколько мое сердце еще сможет выдерживать такой ритм.
На обратном пути, в фойе поликлиники, на скамейке мы нашли желтую шапку, и решили почему-то взять ее с собой, но дальше, пока шли по коридору, разъяренная мамаша с маленьким сыном, накинулась на нас, будто мы воры, и отняла эту шапку.
Настроение это несколько испортило, и мы с мамой решили пройтись по магазинам.
Через дорогу, предстал перед нами небольшой рынок за ограждением, он был странный, но трудно сказать почему, просто вызывал чувство опасности.
Я хотела купить карты для покера, но мама не позволила, вместо этого она купила корень какого-то растения, чтобы посадить в горшке. Продавец ехидно улыбнулся, и мы пошли домой. Дома нас давно никто не ждал… отец сбежал к внеочередной любовнице, собака умерла, кошку так и не завели, разве что сосед-курильщик, всегда сидит на нашей лестничной площадке.
Дома мама долго искала, куда посадить этот корень, и сказала мне пока снять с него веревку. Он был обернут на три раза, я развернула один, и тут ко мне пришло видение: мужчина, привязанный к столбу, освободившийся на один моток начал громко орать, чтобы его не отвязывали дальше. Он был такой страшный, что я оторопела, пришла в себя и сказала маме, чтобы мы не садили этот корень, но она воспротивилось. После долгой борьбы за корень, от него остался один росток, который я выбросила в окно.
Жизнь пришла в прежнюю колею, но мне стали сниться странные сны, будто я это не я, а какая-то злобная ведьма, которая водилась с продавцом корня и с мужчиной, привязанным к столбу. Я стала бледнеть и чахнуть с каждым днем, из меня будто высасывали всю радость.
Через месяц я выглянула в окно и увидела огромный цветок, похожий на плотоядный цветок рода Pinguicula.
Я решила спуститься и посмотреть поближе. Цветок был зловонен и поражал своими широкими лепестками, как вдруг справа показалась бледно-зеленая рука, затем посередине - большой глаз, затем девушка вылезла вся. Она подбежала ко мне, благодаря за то, что я ее возродила, но тут же зубами впилась мне в шею, - для полного возрождения ее необходимо было выпить всю мою кровь. Позади я заметила продавца, который продал этот злосчастный корень, он протянул мне нож, я схватило его и нанесла ей шесть колотых ран.
Так я осталась в живых. Да, это была какая-то ведьма.
Я подумала, что, наверно, также возрожусь после смерти, но затем, решила зачем? Если с таким трудом приходится уходить из жизни? Х)
Был давно об этом пост, и то не мой, цитированный:
http://www.liveinternet.ru/users/karinalin/post160612281/
Но там, увы, фотографии куда-то исчезли, восполняю пробел этим завораживающим зрелищем деревьев в паутине:
Улыбающийся паук или Theridion grallator получил свое название из за характерного рисунка на теле, очень напоминающего улыбку :). Обитают они на гавайском острове Мауи и считаются символом местной дикой природы.
Обожаю эту певицу!!!
И́ма Су́мак, она же Соила Аугуста Императрис Каварри дель Кастильо (Zoila Augusta Emperatriz Chavarri del Castillo), родилась 13 сентября 1922, умерла 1 ноября 2008 — перуанская и американская оперная певица и актриса, имевшая мировую известность, владевшая уникальным голосовым диапазоном в 5 октав и способностью петь двумя голосами. Она способна практически моментально переходить от очень низких к самым высоким тонам и издавать «совершенно нечеловеческие звуки».
Детство Имы Сумак прошло в горном селении Ичокан, расположенном в окрестностях Кахамарки, на севере Перу, где у её родителей было ранчо. Она не получила музыкального образования и не знала нот; сама она говорила, что выучилась петь, подражая голосам птиц, в итоге, её голос сформировался к 13 годам. В определённый момент она была приглашена на Аргентинское радио. Вскоре Южная Америка была очарована её голосом. Певица записала не менее 18 песен в Аргентине в 1943 году.
В 1946 году Има Сумак вместе с мужем, композитором и музыкантом Моисеем Виванцо (1918—1998) поселилась в Нью-Йорке. По словам музыкальных критиков,«индейские корни придавали её пению отзвук мистических традиций Южной Америки, а европейская классическая постановка голоса позволяла ей виртуозно владеть экстраординарными вокальными данными».
Дуб Петра Первого умер,
а я его помню живым.
Вместе с бабушкой русской
часто гулял под ним.
Дуб Петра Первого умер,
теперь это пень давно,
нет больше бабушки русской
и много еще кого.
***
Проходят лето и зима,
проходит осень и весна проходит.
Проходит всё, но остаётся тьма,
в которой что-то колобродит.
Сестрой и матерью
[300x422]
Я брошен в желтый дом.
Январь. Барьер высокий и стеклянный
За ним завод морозный и морской.
И на огромном, белом небосклоне
Сломались краны,
Гигантские в космической тоске.
И там, в железно-синих переломах
Запуталось оранжевое солнце.
...И санитарка звякает ведром.
И в этот миг такая безысходность,
Такая сверхзакованность всего
Нетленно-металлического мира
В себе самом.
***
Сижу в бирюзовом скафандре
С лицом, от полюций поблекшим.
И пятеро сыщиков в красном
По кругу меня обегают,
Двусмысленный нос опустив.