[показать]С юных лет святой Никита поступил в Киево-Печерскую обитель и вскоре решился сделаться затворником, несмотря на внушение игумена о преждевременности такого подвига для молодого инока. В затворе Никита подвергся следующему искушению: по внушению диавола он перестал молиться Богу и весь предался чтению книг Ветхого Завета. Никита так изучил их и выучил на память, что никто не мог сравниться с ним в знании этих книг. Когда его блестящее знание ветхозаветного Писания стало известным многим, князья и бояре стали приходить к нему для слушания и наставлений. Однако, многих удивляло, что о книгах Нового Завета он и слышать не хотел и всячески избегал их упоминания. Тогда мудрые старцы монастыря поняли, что Никита «впал в прелесть», то есть подпал под диавольское обольщение. От этого состояния Никита был избавлен усердными молитвами печерских иноков. После этого Никита покинул свой произвольный затвор. Продолжая строго поститься, он стал прилежно молиться Богу, и чрез непродолжительное время он своим послушанием и смирением превзошел других иноков.
Святой бессребреник Кир был знаменитым врачом в городе Александрии, где родился и вырос. Он был христианином и лечил всех больных безвозмездно, не только подавая помощь в телесных болезнях, но исцеляя также и душевные недуги, которые бывают причинами телесных болезней. Проповедуя Евангельское учение, святой врач многих язычников обращал ко Христу. Во время гонения Диоклетиана (284—305) святой Кир удалился в Аравийскую пустыню, где принял иночество, и продолжал и там лечить людей своей молитвой, получив от Бога дар исцелять все болезни.
В городе Едессе в то время жил воин Иоанн, благочестивый христианин. Когда началось гонение, он пришел в Иерусалим и там, услышав о святом Кире, стал его разыскивать, пошел для этого в Александрию, затем в Аравию. Найдя святого Кира, Иоанн всей душой привязался к нему и стал его верным последователем. Узнав, что в Египте, в городе Канопе, схвачена христианка Афанасия с тремя юными дочерьми: Феоктистой — 15 лет, Феодотией — 13 лет и Евдоксией — 11 лет, святые Кир и Иоанн поспешили прийти к ним на помощь, опасаясь, как бы страх перед мучениями не заставил их отречься от Христа. Они посетили их в темнице и укрепили в мужестве перед предстоявшим подвигом.
http://www.orthodox-jerusalem.ru/load/pravoslavnyj_obrjad_pokhoron/1-1-0-349
[показать]
В. Перов. Возвращение крестьян с похорон зимою
Очень часто отсутствие понимания смысла православных обрядов и традиций приводит к тому, что люди, вместо того, чтобы помогать душе умершего близкого, начинают верить во всякие суеверия и соблюдать обычаи, которые не имеют никакого отношения к христианству. В этой статье мы расскажем вам о том, как следует хоронить человека в соответствии с православными традициями
После крещения Руси и принятия православия, обряд похорон изменился. Кое-где в русских деревнях (особенно северных) возник обычай самому изготавливать себе гроб, подобно тому, как это делали некоторые святые.
В русской крестьянской семье умершего при любых обстоятельствах обмывали, переодевали в чистую, иногда весьма дорогую одежду. Клали покойника на лавку, головой в красный угол (в красном углу находились иконы), укрывали белым холстом (саваном), руки складывали на груди, давая в правую белый платочек. Похороны совершались на третий день, особо чтимых умерших несли на руках до самого кладбища. Все это сопровождалось плачами и причитаниями…
Смерть глубокого старика не считалась горем, причеты и плачи в этом случае носили скорее формальный характер. Нанятая плачея могла моментально преобразиться, перебить плач каким-нибудь обыденным замечанием и завопить вновь. Другое дело, когда причитают близкие родственницы или когда смерть случалась преждевременно. Здесь традиционная форма принимала личную, эмоциональную, иногда глубоко трагическую окраску.
После крещения Руси покойников стали хоронить головой на запад. Общее христианское правило класть мертвых головой на запад напрямую связано с преданием о том, что тело Христа было похоронено головой на запад и, следовательно, лицом на восток. В одном духовном сочинении XIV века об этом говориться говорится так: «Всякий должен быть погребен так, чтобы голова его была обращена к западу, а ноги направлены к востоку. Он при этом как бы самим своим положением молится и выражает, что он готов спешить от запада к востоку, от заката к восходу, от мира в вечность».
Похороны всегда заканчивались поминками, или тризной, для чего готовились специальные поминальные кушанья. Еще на кладбище покойника поминали кутьей — круто сваренным рисом, в который добавлен изюм. Среди обязательных кушаний на русских поминках — блины.
Все ночи после смерти и до похорон специально нанятая чтица читала Псалтырь и заупокойные молитвы. Вместе с нею в комнате, где находился умерший, бодрствовали местные старики и старухи. После похорон чтице дарили полотенце, на котором лежал Псалтырь.После похорон, устоялся обычай отмечать девятый и сороковой день (сороковины) после смерти.
У славян существовал ритуал специальной погребальной одежды. У восточнославянских пародов был обычай хоронить в той же одежде, в которой человек венчался, а если умирала молодая незамужняя девушка или холостой парень, то покойника наряжали, как на свадьбу. На Украине девушку клали в гроб с распущенными волосами, с венком из позолоченного барвинка на голове, украшали гроб цветами, ставили две венчальные свечи. У гуцулов один венок надевали на голову, а другой, побольше, из барвинка, васильков, гвоздики, клали вокруг тела.
Подруги (дружки) имитировали при этом свадебный обряд — выбирали старост, сваху, бояр. Старост и подстарост подвязывали рушниками, свахе вручали свечу и меч. Девушки-дружки подвязывали головы черными ленточками. Одного юношу выбирали на роль «вдовца». На палец девушке одевали перстень из воска, предварительно позолотив его. Ко дню похорон выпекали свадебный каравай, его клали на крышку гроба, а на кладбище раздавали родным.
Умершего ребенка у восточных славян, как правило, подпоясывали. Этот обычай связан с наивным религиозным представлением о том, что Бог на «Спаса» будет раздавать детям яблоки, и надо, чтобы ребенок мог спрятать яблоко за пазуху.
О здравии поминают имеющих христианские имена, а о упокоении - только крещенных в Православной Церкви.
На литургии можно подать записки:
На
В царствование благоверного и христолюбивого царя Алексея Комнена (1), который принял царскую власть после Никифора Ботаниата (2), был в Константинополе великий спор об этих трех святителях между искуснейшими в красноречии учителями мудрости.
Одни ставили выше прочих святителей Василия Великого, называя его искусным оратором, так как он всех превосходил словом и делом, причем видели в нем мужа, мало, чем уступающего ангелам, твердого нравом, не легко прощающего согрешения и чуждого всего земного; ниже его ставили божественного Иоанна Златоуста, как имевшего отличные от указанных качества: он был расположен к помилованию грешников и скоро допускал их к покаянию.
Другие, наоборот, возвышали божественного Златоуста, как мужа человеколюбивого, понимающего слабость человеческого естества, и как красноречивого оратора, наставлявшего всех на покаяние множеством своих медоточивых речей; поэтому и почитали его выше Василия Великого и Григория Богослова.
Иные, наконец, стояли за святого Григория Богослова, утверждая, что он убедительностью речи, искусным истолкованием Священного Писания превзошел всех славнейших представителей эллинской мудрости, как ранее живших, так и современных ему. Так, одни возвышали славу святого Григория, а другие унижали его значение. От этого происходил между многими раздор, причем одни назывались Иоаннитами, другие Василианами, а иные Григорианами. Об этих именах спорили мужи искуснейшие в красноречии и мудрости.
Спустя некоторое время после того, как возникли споры, явились эти великие святые, сначала каждый отдельно, а затем все три вместе, — притом не во сне, а наяву, — Иоанну, епископу Евхаитскому, ученейшему мужу, весьма сведущему в эллинской мудрости (как об этом свидетельствуют и его сочинения), а также прославившемуся своею добродетельною жизнью (3). Они сказали ему едиными устами:
— Мы равны у Бога, как ты видишь; нет у нас ни разделения, ни какого-либо противодействия друг другу. Каждый из нас отдельно, в свое время, возбуждаемый Божественным Духом, написал соответствующие поучения для спасения людей. Чему мы научились сокровенно, то передали явно людям. Нет между нами ни первого, ни второго. Если ты ссылаешься на одного, то в том же согласны и оба другие. Поэтому, повели препирающимся по поводу нас прекратить споры, ибо как при жизни, так и после кончины, мы имеем заботу о том, чтобы привести к миру и единомыслию концы вселенной. В виду этого, соедини в один день память о нас и, как подобает тебе, составь нам праздничную службу, а прочим передай, что мы имеем у Бога равное достоинство. Мы же совершающим память о нас будем споспешниками к спасению, так как мы надеемся, что имеем некоторую заслугу у Бога.
Сказав это епископу, они стали подниматься на небо, сияя неизреченным светом и называя друг друга по имени. Блаженный епископ Иоанн тотчас своими стараниями восстановил мир между враждовавшими, так как он был муж великий в добродетели и знаменитый в любомудрии. Он установил праздник трех святителей, как и повелели ему святые, и завещал церквам праздновать его с подобающим торжеством (4). В этом ясно обнаружилась мудрость сего великого мужа, так как он усмотрел, что в январе совершается память всех трех святителей, а именно: в первый день — Василия Великого, в двадцать пятый — божественного Григория, а в двадцать седьмой — святого Златоуста, — то он соединил их в тридцатый день того же месяца, увенчав празднование их памяти канонами, тропарями и похвалами, как это и приличествовало.
Святой Василий Великий превзошел в книжной мудрости не только учителей своего времени, но и древнейших: он прошел не только всю науку красноречия до последнего слова, но и хорошо изучил философию, а равно постиг и ту науку, которая учит истинной христианской деятельности. Затем, проводя добродетельную жизнь, исполненную нестяжательности и целомудрия, и восходя умом к Боговидению, он был возведен на архиерейский престол, имея 40 лет от рождения, и в течение 8 лет был предстоятелем Церкви.
Святой Григорий Богослов был столь велик, что если бы можно было создать человеческий образ и столп, составленный по частям из всех добродетелей, то он был бы подобен великому Григорию. Просияв своей святой жизнью, он достиг такой высоты в области богословия, что всех побеждал своею мудростью, как в словесных спорах, так и в истолковании догматов веры. Поэтому он и был назван Богословом. Он был святителем в Константинополе 12 лет, утверждая Православие. Пожив затем малое время на Патриаршем престоле (как об этом п
[показать]В Православной Церкви мариология не является самостоятельной темой: она неотделима от христианского учения в целом, как своего рола его антропологический лейтмотив. Основанный на христологии догмат о Богоматери имеет ярко выраженный ппевматологический характер и благодаря двойному Домосторнтельству Сына и Святаго Духа неразрыно связан со всей экклезиологической реальностью.
[показать]
Георгий Победоносец.2-я половина XIX в
ГЕОРГИЙ Победоносец (в рус. фольклоре Егорий Храбрый, мусульм. Джирджис), в христианских и мусульманских преданиях воин-мученик, с именем которого фольклорная традиция связала реликтовую языческую обрядность весенних скотоводческих и отчасти земледельческих культов и богатую мифологическую топику, в частности мотив драконоборчества. Ортодоксальная христианская житийная литература говорит о Г. как о современнике римского императора Диоклетиана (284-305), уроженце восточной Малой Азии (Каппадокии) или сопредельных ливанско-палестинских земель, принадлежавшем к местной знати и дослужившемся до высокого военного чина; во время гонения на христиан его пытались принудить истязаниями к отречению от веры и в конце концов отрубили ему голову.
[показать]Моисей, который всем преподал учение в небесных книгах своих, этот вождь Евреев, и меня, как ученика, да научит своим Пятокнижием этою сокровищницею откровения. В нем раскрыта история едемскаго сада; по наружности только описанный, он величественен по сокровенным в нем тайнам, и кратко изображенный, дивен по своим растениям.
Долго порывался я страхом и любовию. Любовь призывала меня внимательно рассмотреть рай, а страх его величия удерживал от такой пытливости. Наконец, то и другое соединил я с мудростью. Благоговейно чтя сокровенности рая, я исследовал одно то, что открыто в нем. Одно исследовал для собственного приобретения, о другом умолчал для собственной же пользы.
[показать]Кто скажет брату своему — рака*, подлежит верховному судилищу; кто же скажет: бессовестный! подлежит геенне огненной. Матф. V. 22.
— Страшно сие слышать! Да убоится сего приговора всякий, почитающий укоризненные слова за малость.
Итак, если ты принесешь дар твой к алтарю, и тут вспомнишь, что брат твой имеет нечто на тебя, — оставь там дар твой перед алтарем, и поди прежде примирись с братом своим, — и тогда приди и принеси дар твой, ст. 23 и 24.
[показать]Часто люди рассуждают: что такое церковь? Для нас, православных, ответ совершенно ясен. Это не список членов и не здание в центре города или села. Церковь является церковью именно в качестве соединенного, собранного на богослужение прихода. Сам Христос находится там посреди нас вместе со всем видимым и невидимым миром.
http://www.orthodox-jerusalem.ru/news/iskazhenie/2012-02-11-516
[показать]
Как личное духовное событие, христианство есть упразднение всего прошлого, «новое творение» Человека. Оно разрушает мир старый, мир тления и с помощью неповторимой нравственной, небесной красоты показывает новый мир, который укрепляется и развивается при условии бодрствовании души. Этот новый мир человека есть плацдарм для «будущего града». Ради него тратится вся жизнь, а «пребывающий град» преобразуется в поле для испытания и духовного подвига.
Именно в этом «пребывающем граде», здесь в этом мире, который обладает ценностью, потому что является местом, где человек ответственно и свободно творит свое вечное будущее в обществе людей, встает вопрос о том, как действует и как должно действовать христианство? Может это сила, которая консервирует старое, поддерживает ценности, подвергающиеся угрозе, восстанавливает полуразрушенное, с помощью взаимных уступок примиряет расстоящееся, или может она отрицает старое, очищает место от мусора, от развалин, от всего слабого, отказывается от компромиссов и утверждает в обществах какой-то с самого начала новый порядок вещей?
Как новое духовное движение, некая постоянная молодость, упразднение прошлого, как кабальной для жизни формы, христианство есть дерзновенный поиск не лучшего, а совершенного, поскольку оно выступает в Евангелии как мощный голос свободы от греха и разных земных целесообразностей. Христианство переполнено творческой поэзией, которая идет вперед к оживотворению будущего в духе и истине.
Итак, христианство с его возрождающей силой представляет собой противоположность консерватизму и позицию для восстания. Христианство не довольствуется прогрессивными улучшениями жизни и человека: сила открытой во Христе истины действует и разбивает старый мир, чтобы установить новый мир, мир чуда, чтобы радикально изменить жизнь. Его появление в мире принесло эту мощную волну восстания, которая взбудоражила и иудеев, и язычников, и своим вторжением упразднила старые социальные принципы и укрепила любовь и братское равновесие. Сегодня мы ощущаем, что это было восстание животворящей истины против забальзамированной социальной лжи, тоска реальной жизни, в центре которой – Бог, а цель которой – вечность.
Мы читаем Евангелие и пьянеем от одной лишь мысли, что все это могло быть применено и омолодить нашу жизнь, изменить ее с самого основания, перевернуть ее и предложить новую жизнь, поскольку «древняя мимоидоша, се быша вся нова» (2 Кор. 5.17). Это невероятное духовное опьянение истиной Христовой со страхом ощущали и ощущают несчастные власть придержащие и напуганные грядущим восстанием. Они прилагали огромные усилия, чтобы лишить христианство его бунтарского характера, обуржуазить его. Смешивая его с миром, им это удалось до определенной степени. Они преобразили это неповторимое, постоянное и благотворное восстание, на знаменах которого значились не материальные выгоды, но разрешение от оков греха, внутренняя свобода человека, его бессмертие, в жалкий и близорукий консерватизм, который отказывал жизни в важном, а второстепенное превратил в серьезное.
Так, по прошествии первых веков своей истории мы находим христианство искаженным. Обремененное грехами, войнами, грабежами под сухими предлогами, терпимостью к кровавым беззакониям, преступлениями, ослеплениями и бесчувствием по отношению к попираемому праву, оно наладило прекрасное сотрудничество с режимами, попирающими свободу и доводившими людей до нищеты. А когда временами оно поднималось, чтобы исполнить свой долг, силы зла требовали от него давать отчет, оправдываться для чего оно разрывает постыдный союз с ними, для чего превращает сотрудничество с ними в войну. Божественный лик христианства был покрыт скверной многих заблуждений, его революционный динамизм и убеждение сведены на нет прошлым, которое постепенно исказило в сознании людей его образ, его неповторимый характер. И, естественно, когда мы говорим о христианстве, нельзя не говорить о Церкви Христовой.