Ответ православного публициста Сергея Худиева
http://www.kbogu.ru/showquestion.php?id=83572
Может ли жизнь выдающихся личностей обрастать мифологическими подробностями? Вообще-то да, может. Жития святых - яркий пример; чем более позднюю версию мы имеем, тем больше в ней отсебятины и явно фантастических подробностей. Однако этот процесс имеет свои особенности.
а) Он требует значительного времени.
В житиях античных мучеников мы находим явно легендарные подробности — по молитвам святых обрушиваются языческие капища, огонь и раскаленное железо не причиняет им вреда, и тому подобное — но вот про новомучеников ХХ века таких историй не рассказывают. События недостаточно удалены от нас во времени, и легенды просто не успевают сформироваться.
б) Этот процесс соответствует определенным культурным ожиданиям.
Ожидается, что святой будет творить впечатляющие чудеса - вот он их творит, чем версия позднее, тем более удивительные. Однако святой не творит ничего, что решительно не вписывалось бы в рамки традиции и культуры составителя житий.
С Евангелием все это не так; рассмотрим это подробнее. Евангелие в первоначальном значении слова - это даже не текст, это определенное возвещение, греч. "керигма". Возвещение это состоит в том, что Иисус из Назарета, распятый и погребенный, воскрес, что Он есть предреченный пророками Мессия, более того, некто, отождествляемый с Самим Богом - Спаситель, Господь, эсхатологический Судия; в свете этих фактов люди призываются покаяться и уверовать в Него.
Соотвествовало ли это ожиданиям среды? Это была среда иудеев - людей, воспитанных в строжайшем монотеизме; как отмечает К.С.Льюис именно члены этого народа были в наименьшей степени склонны обожествлять кого бы то ни было. С точки зрения своей культуры Апостолы проповедовали вещи совершенно немыслимые. Приведу пример. Если некий человек скажет, что покойный о.Александр Мень как-то превратил кирпич в буханку, это мифологизация. Человек воспринимает (думаю, с некоторым основанием) о.Александра как святого, отчего бы святому и не сотворить такого чуда. Однако в рамках мифологизации абсолютно невозможно представить себе утверждения, что о.Александр Мень объявил себя предвечным Сыном Божиим, эсхатологическим Судией и Спасителем, и пообещал вернуться во славе судить живых и мертвых. Такого верующие приписывать своему святому не стали бы никогда. Потому что в образ православного святого такие утверждения не вмещаются абсолютно.
Так вот, еще меньше они вмещаются в образ благочестивого Раввина I-века. Восторженные ученики (по прошествии значительного времени) могли бы приписывать своему Учителю чудеса - это да, такие примеры есть. Но приписать ему слова, которые с точки зрения их религии и их культуры были немыслимой ересью - это уже едва ли возможно. Ни отождествлять себя с Богом, ни обещать вернуться во славе, ни воскресать из мертвых у благочестивых Раввинов I-го века века было как-то не принято.
Второй важный фактор - время. Большинство Новозаветных текстов (утверждающих и божественную природу Иисуса, и Его искупительное служение) написаны при жизни первого-второго поколения учеников Иисуса, и написаны в среде этих самых учеников. Предостаточно свидетелей евангельских событий - как уверовавших, так и их противников - еще были живы. То, что мы имеем в Новом Завете - это именно свидетельство, не преданья старины глубокой, но то, что лично известно достаточному числу людей, которые еще живы на момент создания текстов.