
Успел побывать на выставке Герхарда Рихтера в Louis Vuitton Fondation, которая скоро закрывается. Народу тьма. Вдруг всем понадобился этот суровый немец, глядящий на мир близорукими, но внимательными глазами. Все размыто и как будто не в фокусе. Все в сером цвете. Это Рихтер 60-х годов. Рихтер, успевший покинуть ГДР за два месяца до возведения Берлинской стены. Рихтер, спасшийся. Больше он никогда не увидит своих родителей.

Сегодня на 75-м году жизни скончалась заслуженная артистка РСФСР ИРИНА ШЕВЧУК, чье имя навсегда вписано в историю советского кинематографа благодаря пронзительной роли Риты Осяниной в легендарной военной драме «А зори здесь тихие…». Актриса ушла из жизни после продолжительной и тяжелой болезни.
О смерти матери сообщила ее дочь, актриса Александра Афанасьева-Шевчук. Причиной смерти стала лимфома головного мозга — злокачественное заболевание, при котором мутировавшие лимфоциты образуют опухоли, поражающие жизненно важные органы.

Шахматы на Чистопрудном бульваре, 1957 год
Фото Владимира СТЕПАНОВА
Отец Владимира привез с Второй мировой войны фотоаппарат Leica-D и сын со временем увлёкся фотографией. Влюблённый в родной город, юный фотограф бродил по окрестным улицам и бульварам, снимал не просто московский дворики, улочки, переулочки, а и жителей и их жизнь – бытовые сценки на улице, игры детей, транспорт. Его снимки печатались в местной прессе, журнале Советское фото. После окончания операторского факультета ВГИКа работал в основном в кинооператором и режиссёром
Одна женщина пришла в гости к подруге. Эта подруга вышла замуж второй раз. Первый брак был тяжелым и неудачным. Муж пил, вел себя невыносимо, потом ушел к другой. Печальная история. И Таня поддерживала подругу, помогала ей во всем, утешала... Для этого ведь и существует дружба, правильно?
Композитор Oysten Sevag
Автор текста -Анненский Иннокентий
Исполняет Ветров Борис
СНЕГ

Полюбил бы я зиму,
Да обуза тяжка...
От нее даже дыму
Не уйти в облака.
Эта резанность линий,
Этот грузный полет,
Этот нищенский синий
И заплаканный лед!
Но люблю ослабелый
От заоблачных нег -
То сверкающе белый,
То сиреневый снег...
И особенно талый,
Когда, выси открыв,
Он ложится усталый
На скользящий обрыв,
Точно стада в тумане
Непорочные сны -
На томительной грани
Всесожженья весны.
<1909>

За певчий бунт, за крестную судьбу,
по смертный миг плательщицу оброка,
да смуглый лоб, воскинутый высоко,
люблю Марину — Божию рабу.
Люблю Марину — Божия пророка
с грозой перстов, притиснутых ко лбу,
с петлей на шее, в нищенском гробу,
приявшу честь от родины и рока,
что в снах берез касалась горней грани,
чья длань щедра, а дух щедрее длани.
Ее тропа — дождем с моих висков,
ее зарей глаза мои моримы,
и мне в добро Аксаков и Лесков —
любимые прозаики Марины.
1980

Портрет Митрофана Беляева, 1886 год. Холст, масло. ГРМ
Илья РЕПИН
В ноябре 1884 года музыкальный критик Владимир Васильевич Стасов получил анонимное письмо. В нём таинственный доброжелатель выразил желание выплачивать ежегодную премию талантливым русским сочинителям за музыкальные произведения, созданные ими в течение текущего года. Первым лауреатом премии, названной в честь великого русского композитора Михаила Ивановича Глинки, стал Пётр Ильич Чайковский, для которого эти деньги стали приятной неожиданностью.
Аргентинское танго - Кумпарсита (Оркестр).

Лёд в московских «Лужниках» помнит их последнее прощальное танго. В 1976 году, завершая карьеру, Пахомова и Горшков исполнили «Кумпарситу» так, будто это был не танец, а исповедь.
Зрители не аплодировали — застыли, словно боялись разбить хрупкую грань между триумфом и трагедией. Их жизнь, как и их танец, стала симфонией страсти, боли и невероятной силы.
Весной 1966 года Людмила Пахомова, уже чемпионка СССР в паре с Владимиром Рыжкиным, оказалась на распутье. После седьмого места на чемпионате Европы их дуэт распался.
«С Виктором Ивановичем было как с тренером на льду — он анализировал каждый шаг, а мне хотелось полета и свободы», — вспоминала позже фигуристка.
Травма ноги отправила её в диспансер «Лужники», но вместо восстановления Пахомова сбегала на каток «Кристалл». Там тренировался молодой Александр Горшков с партнёршей Ириной Нечкиной.
— Танька, посмотри, как они скользят, — говорила Людмила подруге, наблюдая за их выступлениями. — У него грустные глаза, но такое обаяние!
Георгий Свиридов - Пастораль.
|
Арсений Якшиянц: Нежность
Я в зеркало смотрю. Там отразилась женщина... В полупрозрачном чёрном платье: вышивка, шифон.
А волосы её – обжаренные зёрна кофе.
Ещё застенчива, хрупка, светла, доверчива. Услышу монолог внутри. О трепете и счастье.
Открыв коробочку, возьму флакон духов.
Как будто волшебства и тайн знакома дверочка Живёт там где-то девочка. Господь ей подарил фантазии из слов. |
Мне снился странный сон:
старинный патефон,
винил-пластинка, русский вальс Шатрова.
Февральский снег... светло...
бьют крылышки в стекло
шмелей-снежинок... снова, снова, снова.
Роскошная зима,
а снега кутерьма
как будто оседает на иголке
адаптера. А мне
тревожно в этом сне
и пахнет осыпающейся ёлкой.
Звучит старинный вальс,
а сон... Не сон, а транс
глубокий, музыкальный и мятежный.
Беспечно детвора
ваяет во дворах
снеговиков с ведром из хлопьев снежных.
Начался год. Январь.
А снится мне февраль.
Прошловековый. Странный и холодный.
Снег на губах горчит.
Мелодия звучит –
винил на патефоне старомодном.
Оживший снеговик
клянётся мне в любви.
Обняв его, проснулась и... к окошку:
но кроме двух синиц
и синих черепиц –
нет ничего. Ещё соседской кошки.
*
Р.S.
Вдруг стало жаль,
что не услышу снова
во сне старинный вальс Ильи Шатрова.
Но почему – февраль?
В сознанье робко
Маньчжурия и сопки, сопки, сопки...
ТВ-канал поведал мне вчера,
как шла война в заснеженных горах.
Вячеслав Моцардо
— Вы любите февраль?
— Люблю.
— За что его любить?
— За сказку.
Я доверяю февралю
Счастливый выдох и развязку.
Люблю его за теплый дом
За бесконечность разговоров,
За изобилие фарфора,
Добытого своим трудом.
— И всё?
— Ещё за пахлаву,
За чай, который греет руки.
— И Вы не чувствуете скуки?
— Я ощущаю, что живу.
Рисую на полотнах дней
То солнце, то букеты в вазах.
— Цветы для Вас важней алмазов?

Прощёное воскресенье — заключительный день Масленичной недели, четвёртое и последнее из четырёх воскресений подготовки к Великому посту. В 2026 году этот день приходится на 22 февраля, он предшествует Чистому понедельнику, с которого начинается пост.
И само слово „прощение“ — „просто“. Если человек прощён и сам прощает, то живет просто! И действительно как просто жить, когда чистая, не обременённая злопамятством душа. Как птица она парит и готова принять благодать святого духа.
* * *
Андрей Дементьев
Прощеное воскресение
Прощаю всех, кого простить нельзя.
Кто клеветой мостил мои дороги.
Господь учил: «Не будьте к ближним строги.
Вас все равно всех помирит земля».
Прощаю тех, кто добрые слова
Мне говорил, не веря в них нисколько.
И все-таки как ни было мне горько,
Доверчивость моя была права.
Прощаю всех я, кто желал мне зла.
Но местью душу я свою не тешил.
Поскольку в битвах тоже не безгрешен.
Кого-то и моя нашла стрела
* * *
Я всем прощение дарую…Анна Ахматова...(Прощаю всех!!!)
|
Я всем прощение дарую
И в Воскресение Христа
Меня предавших в лоб целую,
А не предавшего — в уста.
Анна Ахматова |

Раньше жили не спеша. Выходили замуж, рожали детей в более или менее спокойной обстановке, болели обстоятельно – лежа в постели по целым месяцам, не спеша выздоравливали и почти ничем, кроме хозяйства, не занимались. Без докторов, без нудных анализов, без анкет.
Наша нянька, заболев, на вопрос «Что с тобой?» отвечала всегда одно: «Шось мене у грудях пече». А болезни-то были разные.
Умирали тоже спокойно. Бывало, дед какой-нибудь лет в девяносто пять решал вдруг, что умирает. А и пора уже давно. Дети взрослые, внуки уже большие, пора землю делить, а он живет. Вот съедутся родственники кто откуда. Стоят. Вздыхают. Ждут. Дед лежит на лавке под образами в чистой рубахе день, два, три… не умирает. Позовут батюшку, причастят его, соборуют… не умирает. На четвертый день напекут блинов, оладий, холодца наварят, чтобы справлять поминки по нем, горилки привезут ведра два… не умирает. На шестой день воткнут ему в руки страстную свечу. Все уже с ног валятся. Томятся. Не умирает. На седьмой день зажгут свечу. Дед долго и строго смотрит на них, потом, задув свечу, встает со смертного одра и говорит: «Ни! Не буде дила!» И идет на двор колоть дрова»
Александр Вертинский, "Дорогой длинною"

«Вечерняя заря», 1896 г. Холст, масло. Частное собрание