Детство вспоминают слишком охотно в золотистом свете, как будто оно и вправду было каким-то райским преддверием, где всё объяснялось любовью, снегом, запахом книг и материнскими руками. Но это неправда. Верней, не вся правда. Детство не только янтарь, в котором застывает солнечная пыль мира. Оно еще и лаборатория первичных ужасов. Там, в самом начале, когда разум еще не обзавелся ни словами, ни защитами, ни привычками, нас впервые испытывают темнотой, глубиной, толпой, позором, удушьем, потерей. И если потом из человека выходит нечто большее, чем просто испуганное животное, то лишь потому, что страх, пройдя через него, не уничтожил его окончательно, а превратился в орган зрения.

Я говорю с тобой стихами,
Остановиться не могу.
Они как слёзы, как дыханье,
И, значит, я ни в чём не лгу...
Всё, что стихами, ‒ только правда,
Стихи как ветер, как прибой,
Стихи ‒ высокая награда
За всё, что отнято тобой!
Вероника Тушнова
Лиричные, светлые, искренние стихи Вероники Тушновой трогают душу, волнуют и удивляют. Стихи про любовь, надежду и счастье... «Не отрекаются любя...», «Сто часов счастья», «А знаешь, всё ещё будет...», положенные на музыку Марка Минкова, стали известными песнями. И каждый раз мы пропускаем их через сердце, задумываемся, как велико притяжение любви, за которое «можно всё отдать».
Вероника Тушнова родилась 27 марта 1911 года в Казани. Отец – профессор Ветеринарного института, ученый-микробиолог. Мать – художница, выпускница Московских высших Бестужевских женских курсов, играла на рояле и знала несколько языков.

Vertinskiy - "Nashi vstrechi"
Наши встречи минуты, наши встречи случайны,
Но я жду их, люблю их, а ты?
Я другим не скажу нашей маленькой тайны,
Нашей тайны про встречи, мечты.
Разве можно глазам запретить улыбнуться?
Разве стыдно, другую любя,
Подойти и пройти, лишь глазами коснуться,
Лишь глазами коснуться тебя...
Кто же выдумал все эти "надо", "не надо",
Надо только запомнить сберечь
И влюбленную ненависть гордого взгляда
И пожатье презрительных плеч.
Ведь расчерчены дни, лишь минуты бескрайны,
Ведь живут так недолго цветы.
Наши встречи — мгновенья, наши встречи случайны,
Но я жду их, люблю их, а ты?..
________
Масло на холсте...
Австрийский художник Андреас Грутца ( Andreas Grutza, 1973 г.р.), живёт и работает в Монако...

Что касается меня, то я предпочел бы XX век. Это был последний век в истории человечества, когда люди еще надеялись на будущее. После этого будущее наступило, и люди оставили всякую надежду на него.
Наш XX век был, может быть, самым драматичным в истории человечества с точки зрения судеб людей, народов, идей, социальных систем и цивилизаций. Но, несмотря ни на что, он был веком человеческих страстей и переживаний – веком надежд и отчаяния, иллюзий и прозрений, обольщений и разочарований, радости и горя, любви и ненависти... Это был, может быть, последний человеческий век. На смену ему надвигается громада веков сверхчеловеческой или постчеловеческой истории, истории без надежд и без отчаяния, без иллюзий и без прозрений, без обольщений и без разочарований, без радости и без горя, без любви и без ненависти...
Александр Зиновьев, "Глобальный человейник"
Иосиф Бродский и Мария Соццани
«Я - Иосиф. Она - Мария. Может быть, у нас что-нибудь и получится..."
"Что нужно для чуда? Кожух овчара,
щепотка сегодня, крупица вчера,
и к пригоршне завтра добавь на глазок
огрызок пространства и неба кусок.
И чудо свершится…"

Женщина курила сигареты на протяжении 96 лет, съедала почти 1 кг шоколада каждую неделю, жила совершенно одна до 110 лет — и всё равно стала самым старым человеком в истории, прожив 122 года и 164 дня. Её звали Жанна Луиза Кальман, и её жизнь была настолько необычной, что даже учёные с трудом верили в её реальность.
Она родилась 21 февраля 1875 года в Арль, тихом городе на юге Франции. Чтобы вы понимали, это было время до появления автомобилей, самолётов и обычного электричества в домах. Эйфелева башня ещё не была построена. И всё же Жанна прожила достаточно долго, чтобы увидеть интернет, мобильные телефоны и весь современный мир.

Из письма Чарли Чаплина дочери:
"Приглядывайся к людям! Смотри на вдов и сирот! И хотя бы один раз в день говори себе: «Я такая же, как они». Да, ты одна из них, девочка! Более того. Искусство, прежде чем дать человеку крылья, чтобы он мог взлететь ввысь, обычно ломает ему ноги. И если наступит день, когда ты почувствуешь себя выше публики, сразу же бросай сцену. На первом же такси поезжай в окрестности Парижа. Я знаю их очень хорошо! Там ты увидишь много танцовщиц вроде тебя, даже красивее, грациознее, с большей гордостью.

НАДПИСЬ НА ПОРТРЕТЕ
Я вглядывалась в Ваш портрет
Настолько пристально и долго,
Что я, быть может, сбита с толку
И попросту впадаю в бред,
Но я клянусь: Ваш правый глаз
Грустней, внимательнее, строже,
А левый — веселей, моложе
И больше выражает Вас,
Но оба тем и хороши,
Что Вы на мир глядите в оба,
И в их несхожести особой —
Таинственная жизнь души.
Они мне счастья не сулят,
А лишь волненье без названья,
Но нет сильней очарованья,
Чем Ваш разноречивый взгляд.
---------
Художник Амедео Модильяни

В Америке студент Колумбийского университета задремал на лекции по математике. Проснувшись под шум голосов после занятия, он увидел на доске два задания.
«Разберусь дома», — подумал он. Но, сев за работу, понял: задачи невероятно сложны.
И всё же он не отступил — отправился в библиотеку, нашёл материалы, посвятил этому всё своё время и силы.
На следующей лекции он с удивлением заметил: профессор не спешит проверять домашнее задание. Тогда студент поднял руку и спросил:
А они все шли и шли… И список этот все не уменьшался. Новые карточки с именами участников и создателей спектакля «Нуреев» появлялись в руках интенданта берлинского балета Кристиана Шпука как у заправского фокусника. Ниоткуда. Из воздуха.. Но на сцене в фойе уже не оставалось места. А в фойе еще было полно народу. И все братались и фотографировались на память о премьере «Нуреева» на сцене Deutche Oper Berlin.
Поднять такую махину - задача для современного столичного европейского театра почти неподъемная. Тут и живой оркестр, и хор, и кордебалет, и солисты, и джаз, и миманс… И все это играет, движется, живет.

Неприкрытая хлопает дверь,
Под деревьями мечутся тени.
Вслед за возрастом приобретений
Начинается возраст потерь.
Начинается время потерь.
Выбирай себе ношу полегче.
Перед тем, как подставить ей плечи,
Восемь раз её прежде измерь.
Ненадёжна истлевшая нить
Отношений, которыми жили.
Дети выросли, стали чужими.
Новых поздно уже заводить.
Начинается время потерь,
Время неизлечимых болезней.
Во влюблённых девчонок не верь, -
Для тебя это будет полезней.
Начинается время потерь,
Старых истин и старых понятий.
Опасайся нечаянных пятен:
Не успеешь свести их теперь.
* * *
— Александр Городницкий

Есть вечером особые мгновенья,
Когда, забыв про всё на полчаса,
Я ухожу в другое измеренье
И вслушиваюсь в птичьи голоса.
Когда скользят невидимые тени,
Когда в молочном свете фонарей
Ложатся спать усталые ступени,
Как старый страж у запертых дверей.
Всё кажется и проще, и сложнее,
И чей-то образ видится в окне,
И ничего на свете нет важнее,
Чем с мирозданьем быть наедине.
Оставив все сомненья на пороге,
мы станем чище в эти полчаса.
Деревья, будто древние пророки,
Худые ветки тянут в небеса.
Нам вечер раны старые залижет,
Ночные страхи станут не страшны,
И мы, быть может, сделаемся ближе
За полчаса звенящей тишины.
* * *
Парижская площадь Вогезов - одно из мест расположения художественных галерей, специализирующихся на современном искусстве. Пройдемся вдоль их витрин, посмотрим на работы, которые там выставлены.
1. Стефано Бомбардьери (Италия). Носороги

2. Кэрол Фейерман (США). Купальщица

В день рождения известного французского фотографа русского происхождения Николя Тихомироффа, побывавшего вместе с журналистом Мишелем Шевалье в Москве и Загорске в 1957 году, несколько фото, снятых в той поездке

Кремлёвская стена
Фото Николя ТИХОМИРОФФА

народный артист СССР Святослав Теофилович Рихтер

Фото от 8 октября 1977 года
Николай Владиславович Бессонов (1962-2017) Художник, писатель, этнограф, публицист, историк цыгаского народа.
Его интересовали две темы-цыгане и ведьмы. О цыганах он издал пять книг и написал множество картин, некоторые из которых вы можете посмотреть здесь. О ведьмах и всех ужасах пыток я показывать воздержусь.
* * *
Ах вы,песни! Ах други чавалэ-ромалэ!
Что такое привычный домашний уют?
Все ничто! Все качнулось на миг и пропало,
Только звезды, да ночь, да цыгане поют.
Небо красное, черное и золотое...
Кровь то пышет, то стынет от острой тоски.
Что ж вы, черти, творите со мною такое!
Вы же сердце мое разорвали в куски!
© Эдуард Асадов.
