«Только у раба могли забрать детей, не спросив на то его согласия; у мужчин отбирают их собственных детей, не спрашивая их согласия. До сих пор мы все еще говорим женщинам, что они имеют право на детей, а мужчинам мы говорим, что они должны бороться за детей».
Уоррен Фаррелл.
Признаемся. Со всей откровенностью. Отцовства не существует. По крайней мере, в правовом поле нет отцовства. Презумпция недоверия к отцу и презумпция доверия к матери в равной степени узаконены. У отцов нет никаких прав. В лучшем случае у них есть обязанности, в худшем – недостатки. Территория отца есть территория вины, вечной и неискупимой…
«На берегу Атлантического океана стоит статуя Свободы, но неплохо было бы поставить рядом статую Ответственности», — остроумно заметил Виктор Франкл. Материнские права и свободы почти безграничны и не заканчиваются даже там, где начинаются права отцов и детей. Необходимо раз и навсегда уравнять порции Свободы и Ответственности: признать, что права отцов являются настолько же естественными, как и права матерей; вступая в силу с момента зачатия ребенка, они должны сохраняться всю его жизнь. Эти права никем не могут быть ограничены; реализация отцовских прав на воспитание, общение и заботу о ребенке не зависит от воли и желания кого бы то ни было, в том числе, — от воли и желания матери ребенка. Любое нарушение прав отца на воспитание, общение и заботу о своих детях является нарушением прав человека и должно караться законом.
* * *
Весной 2008 года я принял участие в разработке законопроекта, посвященного поддержке отцовства в России.
| читать полный текст со всеми комментариями |
[350x225]
|
Место
|
Марка
|
Количество претензий на каждые 100 автомобилей
|
|
1
|
Lexus
|
120
|
|
2
|
Mercury
|
151
|
|
3
|
Cadillac
|
155
|
|
4
|
Toyota
|
159
|
|
5
|
Acura
|
160
|
|
6
|
Никогда не забыть, как в «Горбушке» выступал Дэвид Бирн, а перед ним, в первом отделении, — «Аквариум». Или, там же, Генри Роллинз, а перед ним — «Ва-Банк». Или же в Зеленом театре парка Горького играли ZZ top, а перед ними — «Моральный кодекс». Незабываемые впечатления. Не только музыкальные.
Муки зву...
И «Аквариум», и «Ва-Банк», и «Моральный кодекс», несмотря на все колебания, провалы, взлеты и падения, группы достойные. Некоторые их записи, некоторые их концерты заслуживают того, чтобы, как принято говорить, стоять на «золотой полке» или сохраняться в памяти на долгие-долгие годы. Но все познается в сравнении. Эта формула придумана очень давно, задолго до появления и «Аквариума», и ZZ top, и рок-н-ролла вообще, во всем его многообразии. Собственно, когда Фома Аквинский писал свой трактат об Истине, рок-н-ролла точно не было. Ну, свистели в дудочки, стучали в тамбурины да били по струнам кифары. Кто-то скажет — так это же группа Morphine в ее лучшие годы. Возможно, возможно…
Но вернемся к сравнению. И выделим случай первый, «Аквариум» против Дэвида Бирна. На тот концерт автор попал по приглашению, сидел в ложе, за пультами звуковиков. Но сам концерт был задержан часа на полтора, БГ со товарищи репетировал. И вот когда всех запустили в зал, когда «Аквариум» вышел наконец на сцену «Горбушки», то разобрать что-либо из слов было совершенно невозможно. Все хрипело и сипело. Бас ухал так, что хотелось заткнуть уши. Звуковиков же у «Аквариума» было четверо (!), перед каждым был дисплей, они беспрестанно крутили ручки, но добиться ничего так и не смогли. Потом объявили перерыв, на место аквариумских звуковиков пришел американец (один), выключил все компьютеры, кроме одного, покрутил что-то, что-то подвигал, и уже когда Бирн проводил пальцем по струне, то было слышно именно это: движение одного конкретного пальца по одной, строго определенной струне. И, признаюсь, меня поразил даже не столько уровень и профессионализм самого Дэвида Бирна, сколько профессионализм его звуковика, человека, несомненно имеющего имя и фамилию, но, в отличие от Бирна, никому за пределами довольно ограниченного пространства не известного. Поражены были, похоже, и аквариумские ребята: вместе с Гребенщиковым они сидели тут же и, судя по всему, обсуждали именно это. То есть каким образом один человек ухитрялся свести всю музыку Дэвида Бирна к высококачественному продукту, а четверо делали из музыки «Аквариума» подкисший винегрет?
Ответ на такой вопрос сложен. Вариант, будто музыка Бирна звучала хорошо потому только, что Бирн, в отличие от Гребенщикова, хороший музыкант, не проходит. Как ни относись к БГ, музыкант он великолепный. Но дело в том, что в рок-н-ролле профессионализм — явление коллективное и зачастую играет еще большую роль, чем, скажем, в музыке классической. Классический пианист имеет дело лишь с инструментом. Рок-н-ролльщик — с целой командой людей разных специальностей, провал на одной позиции в этой команде может быть фатальным. Вполне вероятно, все причины провинциализма и непрофессионализма того явления, которое принято обозначать как «русский рок», и коренятся в том, что социальный психолог назвал бы проблемами внутригруппового взаимодействия. Если, конечно, творцы этого рока изначально не плюнули — как чаще всего и бывает — на профессионализм и качество. Что в общем-то вполне понятно: в России всегда на первое место ставится «что?» в урон «как?», причем неумехи и непрофессионалы забывают или делают вид, что «как?» и «что?» — две стороны одной медали, друг без друга не существуют. Да, не существуют там, где играют рок-н-ролл, отличающийся от рока как исполняемая на тамбуринах-дудочках-кифарах музыка от музыки группы Morphine.
Хотеть и уметь
Удивительно, но рок-н-ролл, явление изначально внесистемное и свободное, накрепко связан с музыкальным мастерством. Уже повивальная бабка рок-н-ролла, кливлендский радиоведущий Алан Фрид, хоть и колотил кулаками по режиссерскому пульту и подпевал запускаемым в эфир композициям, понимал: профессионализм всему голова. Рок-н-ролл должен был не только заводить молодежную аудиторию, но и быть высококачественным товаром. Так выросшее из ритм-н-блюза и рокабилли новое музыкальное направление не только мгновенно обросло целой армией обслуживающего высокопрофессионального персонала, но и заставило тех, кто непосредственно играл рок-н-ролл, повышать и повышать свой профессиональный уровень. Репетировать. Думать. Или, как минимум, предлагать думать за себя другим — правда, эти исполнители быстрее сходили с круга.
[показать]Однажды Хиллари Клинтон, до недавнего времени известная как кандидат в президенты США, сделала выбор. Вместо ежегодного шествия ирландцев она отправилась на гей-парад. Поддержка сексуальных меньшинств оказалась выгоднее, чем традиционный для американских политиков праздник святого Патрика, который, судя по всему, не особенно одобрял геев.
[338x449]