Я всегда хожу на выборы. Это, наверное, в генах. Советское наследие.
Не мог не пойти и сейчас. Тем более что выборы президента. Не хухры.
Выборы, как обычно, были в школе. На входе торговали пирожками. В спортивном зале стояли столы с членами Избирательной Комиссии, кабинки для голосования. В углу зала под охраной полицейских хор из отбывающих 15 суток за несанкционированные митинги уныло пел "По диким степям Забайкалья". Среди поющих мелькнуло знакомое лицо Сергея Станиславовича Удальцова.
Я подошел к столу, показал работнице ИК паспорт, она отметила меня в журнале и выдала мне избирательный бюллетень. Я с интересом заглянул в него.
1. Навальный
2. Кадыров
- Это...- сказал я. - Это всё?
- А что вы хотите? - недовольно спросила работник ИК.
- Ну...- протянул я. - Не знаю. Какой-то совсем небольшой выбор. Хотя бы этих: Зюганов, Жириновский. Явлинский, наконец.
Работник ИК посмотрела на меня с жалостью.
- Вам самим-то они не надоели? - спросила она. - Третий десяток лет - Зюганов, Жириновский, Явлинский.
- Оно, конечно, верно, - сказал я. - Но как-то тут выбор тоже не очень.
- Вы что-то имеете против чеченцев? - строго спросила женщина.
Я испуганно оглянулся.
- Нет, конечно! Я вообще этот... - Слово из далекого советского прошлого долго не вспоминалось, но вспомнилось. - Я интернационалист.
- Ну так тем более. Опять же - один за то, что "Хватит кормить Кавказ!", а другой строго наоборот. То есть выбор есть, - заключила женщина.
Я помялся.
- А все-таки нет ли других вариантов, а?
Женщина пожала плечами: "На вас не угодишь", забрала у меня бюллетень для голосования и дала другой.
Я посмотрел в него.
1. Собчак
2. Поклонская
Земля поплыла под ногами. Я положил бюллетень на стол, вышел, положил под язык таблетку корвалола, запил ее водкой из маленькой бутылки-мерзавчика, разумно положенной во внутренний карман плаща при выходе из дома. Полицейский, стоящий на входе, заботливо дал пару раз затянуться его сигаретой "Петр Великий".
Почувствовав, что мир снова приобрел более или менее четкие формы, я вернулся в помещение для голосования.
- Все-таки нельзя вот так, сразу, - сказал я женщине. - Бережнее надо к людям. Не при тоталитаризме живем.
Женщина забрала бюллетень, заметив:
- Одного вообще на скорой увезли час назад. Народ пошел нынче какой-то совсем хлипкий.
- Не удивительно, - сказал я. - При таком раскладе.
- Не Америка, - сказала женщина. - Нет у меня для вас Трампа.
- Трампа нам не надо, - твердо сказал я. - Нам бы что-нибудь наше, родное.
Теперь оглянулась женщина, потом достала из ящика стола еще один бюллетень.
- Вот, - шепотом сказал она. - Вы человек явно понимающий, так что берите.
Я заглянул в этот бюллетень. Первым пунктом большими буквами было написано:
1. ПУТИН - и большой квадрат напротив.
Второй пункт был очень мелким шрифтом, а квадратик был миллиметра два на два.
Я вынул очки, чтобы прочесть. Разобрал:
2. Сидоров
- Кто такой Сидоров? - спросил я озадаченно. - Это тот Сидоров, который...?
- Нет, - отрезала женщина. - Не тот.
- А который тогда? - не унимался я.
- Да какая разница, - в сердцах сказала работница ИК. - Вы первый, первый пункт читайте.
Я снова прочитал первый пункт.
1. ПУТИН
- И верно, - сказал я. - Что это я, в самом деле.
Поблагодарив женщину, я пошел в кабинку. Хор как раз бодро запел:
Угрюмый лес стоит стеной кругом;
Стоит, задумался и ждет.
Лишь вихрь порой в его груди взревет.
Вперед, друзья, вперед, вперед, вперед.
"Сидоров... Сидоров... Ну, хорошо, значит, пусть будет Сидоров. Сидоровых у нас еще не было", размышлял я по дороге.
В кабинке, прежде чем поставить галочку, я все-таки допил мерзавчик.
"На рубеже 80-х и 90-х, когда многие из вас еще не родились, на русском языке в мире говорило 350 миллионов человек, сейчас — порядка 270. Ничтожный в историческом масштабе отрезок времени — и минус 80 миллионов человек. Ни один язык за последнее столетие так быстро не исчезал с лица планеты, как русский", — сказал он (председатель комитета Госдумы по международным делам Леонид Слуцкий).
Так потому что это был язык Советского Союза, язык социализма и Октябрьской революции.
А язык ряженых казаков, попов на мерсах и воров-силовиков на хрен в мире никому не нужен. Ну а олигархи говорят на английском.
Ну и вот, понемногу подходит к концу мой рассказ про коммунистов, котов и псов.
Начало тут.
1942 год. Декабрь. Где-то в районе Волыни.
Обер-лейтенант Отто Ланге по-русски говорил очень хорошо. Потому что он родился в Российской Империи, в Латвии, учился в Дерптском университете и только после революции, случившейся в России в 1917 году и поставившей на Империи Романовых крест, уехал в Германию. Но русский язык он не забыл, читал русских классиков, даже выписывал советские газеты и журналы, поэтому говорить на языке врага ему не составляло труда.
За знание языка обер-лейтенант и попал в полевую жандармерию, где боролся со сталинскими бандитами, называвшими себя партизанами, и боролся успешно, судя по тому, что недавно получил уже второй Железный крест.
Сейчас Отто Ланге сидел за столом, перед которым его подчиненный, украинец и националист Мыкола Парасюк, держал на поводке овчарку. При этом вторая рука солдата сжимала автомат, направленный на собаку, а палец лежал на спусковом крючке.
В хате было жарко - в печке весело трещали дрова.
- Ну, - сказал обер-лейтенант собаке, - Не понимаю я тебя. Ты же была любимой собакой комбрига Петрова, который летом 1937 года был расстрелян как участник военно-фашистского заговора в Красной Армии. Тебя не усыпили почему-то, а отправили в совхоз охранять сараи с удобрениями. Так что тебе эти большевики и евреи?
Овчарка тряхнула мордой, словно отгоняя муху.
- Это наши дела, немец, - сказала она упрямо. – Вас не касается.
Украинский подчиненный обер-лейтенанта, видя такое неуважение, зло дернул поводок. Немец знаком остановил его.
- Все-таки правильно вас называют фанатиками, - сказал немец. – Армия фюрера у ворот Москвы, Петербург в кольце, вот-вот режим Сталина и Кагановича рухнет – а вы все еще на что-то надеетесь. Думаете, американцы и англичане будут за вас умирать? Для них вы не лучше эфиопов, которых итальянцы поливали ядовитыми газами. Такие же существа второго сорта. Что русские, что их животные.
- Наполеон однажды Москву захватил, - ответила собака. – И что было потом?
Немец лениво улыбнулся.
- Мы не французы, собачка. Да и времена уже не те. Время моторов, танков и самолетов. А здесь немецкому гению вам противопоставить нечего.
- Впрочем…
Тут он встал.
- Убеждать хвостатого большевистского фанатика – это забавно. Но вот есть еще более забавное существо.
- Я сейчас приду, - сказал он Мыколе и вышел.
Пока его не было, украинец пнул собаку сапогом в живот. Украдкой, но расчетливо. Собака не заскулила, как он того ожидал, только бросила на своего мучителя недобрый взгляд.
Немец вернулся. В руках у него был кот.
Он поставил маленькое животное на стол. Тот пару секунд пытался стоять на четырех лапах, но завалился на бок. И запел:
Будет людям счастье,
Счастье на века,
У Советской власти
Сила велика…
- Вот еще один сталинский фанатик, - представил кота обер-лейтенант. – Кот Василий. Связной между подпольем и бандитами-партизанами. Чтобы не переместился – у американских плутократов есть смешное слово "телепортировался", мы его накачали валерьянкой. Так что избежать своей участи ему не удастся. А участь, как ты понимаешь, собачка, у этого кота незавидная. Например, сгореть в печке.
Охранник Мыкола радостно оскалился, а пьяный кот продолжал петь:
Наши нивы глазом не обшаришь,
Не упомнишь наших городов,
Наше слово гордое "товарищ"
Нам дороже всех красивых слов…
Обер-лейтенант иронически почесал кота за ухом.
- Хороший большевик, хороший…
- Так вот, собачка, у меня к тебе такая пропозиция. Ты загрызаешь этого лохматого большевика – и я отпускаю тебя на волю. Ну, лапу одну, конечно, прострелю, чтобы ты уже не могла помогать бандитам, но останешься жива. Если нет – то кот сгорит в печке, а тебя утопят в нужнике. Как тебе?
- Цэ гарно, - не сумел скрыть своего удовольствия охранник.
Кот же, лежавший на боку, выпустил слюни и беспечно продолжил:
Гремя огнем, сверкая блеском стали,
Пойдут машины в яростный поход,
Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин,
И первый маршал в бой нас поведет…
Собака помотала головой.
- Нет, - хмуро буркнула она.
- Точно нет? Уверена? – спросил обер-лейтенант. – Это всего лишь паршивый кот. Вы же с ними не ладите. Вековые враги, можно сказать. Что тебе его жалкая жизнь?
- Нет, - ответила собака.
- Ну… - начал немец, а кот снова продолжил петь:
Чтобы тело и душа были молоды,
Были молоды, были молоды,
Ты не бойся ни жаpы и ни холода,
Я щас прыгну, прыгни и ты…
Обер-лейтенант с некоторым удивлением
А.В.Шубин. Мир на пути к войне. СССР и мировой кризис 1933-1940 гг.
2016
497 стр.
Новая книга А. Шубина посвящена международной ситуации 1933-1940 гг. и роли в ней советской внешней политики. В книге рассматриваются причины обострения международных конфликтов и основные международные кризисы 30-х гг., анализируются политика "коллективной безопасности", "народного фронта" и "умиротворения", взаимосвязь политики СССР в Европе и Азии, роль Мюнхенского и Московского договоров в приближении или отдалении войны в Европе, а также дается общая оценка этого периода истории международных отношений.
Файл pdf (с OCR).
Размер файл 12 мегабайт.
От себя:
Не скажу, что я эту книгу читал с восторгом: автор придерживается тоталитарной концепции, теорий бюрократии как нового класса, иногда у него просто антисоветские проговорки на уровне каких-нибудь ультраправых, что не делает ему чести, как мне кажется. Есть некая попытка создания новой концепции развития государств в период после Великого кризиса 1929 года, при этом автор типологически объединяет США Рузвельта, Германию Гитлера и СССР Сталина.
Новая книга о Февральской революции и о том, как бездарно закончилась русская монархия. Довольно объективная.
Новая книга о Февральской революции и о том, как бездарно закончилась русская монархия. Довольно объективная.
И.Е.Синицин. Андропов вблизи. Воспоминания о временах оттепели и застоя.
2015
513 стр.
"Вокруг главного персонажа этих воспоминаний — Юрия Владимировича Андропова, посла в Венгрии, секретаря ЦК КПСС, председателя КГБ, члена политбюро, генсека — сложилось много мифов и легенд. Не делая окончательных оценок, автор предлагает новое видение этой выдающейся личности как человека, партийного и государственного деятеля, чекиста. Портрет "последнего большевика" рисуется на фоне событий 1970-х годов, деятельности генсека Брежнева и других кремлевских геронтократов. Читатель на основе некоторых малоизвестных фактов из жизни и функционирования советской верхушки может сделать свои выводы об Андропове и его времени".
Файл pdf (с OCR).
Размер файла 13 мегабайт.
От себя:
Любопытная книга и любопытный автор. Он работал 10 лет помощником Андропова по связям с Политбюро, когда того, в должности начальника ГБ, избрали в ПБ (кстати, вот Дзержинского в ПБ при Ленине не избирали, как и военных). При этом сын известного и реального сталинского разведчика Елисея Синицина, которого знают все, кто интересовал проблематикой советско-финляндских отношений времен Иосифа Виссарионовича.
Для выпускника аспирантуры Академии Общественных Наук при ЦК КПСС, да еще и с такой биографией, книга поразительно антисоветская. И я вообще не очень доверяю некоторым фактам, которые в ней прочел.
Но как документ эпохи интересно.
- Марк Анатольевич, с днем рождения и все такое. Позвольте один вопрос: почему после падения СССР и коммунизма Вы не сняли ни одного фильма?
- Понимаете, после того, как я сжег в прямом эфире программы "Взгляд" партийный билет КПСС - естественно, только после того, как ГКЧП проиграл и его членов арестовали, мне теперь каждый день снится один и тот же сон: какой-то неизвестный человек в пенсне, который строго спрашивает меня:" Захаров, у тебя задолженность по партийным взносам!" Каждую ночь. Уже 26 лет. Какие уж тут фильмы. С ума бы не сойти.
В.В.Тихонов. Идеологические кампании "позднего сталинизма" и советская историческая наука. Середина 1940-х — 1953 г.
2016
425 стр.
Монография посвящена анализу влияния идеологических кампаний и дискуссий (борьбы с "низкопоклонством " перед Западом, борьбы с "буржуазным объективизмом", антикосмополитической кампании, дискуссий о языкознании и политэкономии) "позднего сталинизма" на советскую историческую науку. Впервые в научной литературе дается общая картина влияния идеологических кампаний и дискуссий на корпорацию советских историков. Для выявления механизмов и закономерностей изучаемых процессов советская историческая наука вписывается в политическую культуру сталинской эпохи. Подробно анализируется состояние профессионального сообщества историков в 1930 — 1940-е гг. Доказывается, что направление, динамика и содержание идеологических "проработок" в значительной степени зависели от ситуации внутри самой корпорации (групповых, институциональных и индивидуальных конфликтов, карьерных амбиций, социальной психологии поколений историков и т.д.). Подробно описывается прохождение кампаний в Институте истории ЛИ С ССР (включая Ленинградское отделение), МГУ, ЛГУ и Московском историко-архивном институте. Показываются и относительно позитивные последствия идеологических кампаний. В частности, именно они дали мощный толчок развитию историографических исследований в Советском Союзе. Для выявления концептуального влияния идеологии "позднего сталинизма" на советскую историографию анализируются книги-лауреаты Сталинской премии. Монография написана на широком круге опубликованных и неопубликованных источников, многие из которых вводятся в научный оборот впервые.
Файл pdf (с OCR).
Размер файла 18 мегабайт.
В.В.Тихонов. Идеологические кампании "позднего сталинизма" и советская историческая наука. Середина 1940-х — 1953 г.
2016
425 стр.
Монография посвящена анализу влияния идеологических кампаний и дискуссий (борьбы с "низкопоклонством " перед Западом, борьбы с "буржуазным объективизмом", антикосмополитической кампании, дискуссий о языкознании и политэкономии) "позднего сталинизма" на советскую историческую науку. Впервые в научной литературе дается общая картина влияния идеологических кампаний и дискуссий на корпорацию советских историков. Для выявления механизмов и закономерностей изучаемых процессов советская историческая наука вписывается в политическую культуру сталинской эпохи. Подробно анализируется состояние профессионального сообщества историков в 1930 — 1940-е гг. Доказывается, что направление, динамика и содержание идеологических "проработок" в значительной степени зависели от ситуации внутри самой корпорации (групповых, институциональных и индивидуальных конфликтов, карьерных амбиций, социальной психологии поколений историков и т.д.). Подробно описывается прохождение кампаний в Институте истории ЛИ С ССР (включая Ленинградское отделение), МГУ, ЛГУ и Московском историко-архивном институте. Показываются и относительно позитивные последствия идеологических кампаний. В частности, именно они дали мощный толчок развитию историографических исследований в Советском Союзе. Для выявления концептуального влияния идеологии "позднего сталинизма" на советскую историографию анализируются книги-лауреаты Сталинской премии. Монография написана на широком круге опубликованных и неопубликованных источников, многие из которых вводятся в научный оборот впервые.
Файл pdf (с OCR).
Размер файла 18 мегабайт.
Пекин, 5 октября /Синьхуа/ — В Китае опубликовано расширенное собрание сочинений Владимира Ленина, сообщило сегодня Бюро переводов при ЦК КПК.
60-томное собрание сочинений содержит дополнения к второй редакции, опубликованной в 1980 гг., говорится в заявлении Бюро.
После добавления в собрание новых, недавно обнаруженных документов, эта версия состоит из более, чем 33 млн иероглифов.
Проект по публикации сочинений, писем и записок В.Ленина был начат в 2010 году.
А.В. Сушков. Президиум ЦК КПСС в 1957-1964 гг.: личности и власть.
2009
461 стр.
"На основе архивных материалов и воспоминаний рассматриваются критерии и источники кадрового комплектования Президиума ЦК КПСС в период 1957-1964 гг., причины изменений его персонального состава, распределение обязанностей и соотношение властных полномочий между членами Президиума ЦК КПСС. В исследовании определены основные факторы, отразившиеся на становлении ряда влиятельных членов Президиума ЦК КПСС "хрущевского призыва", а также проанализированы их личные и деловые качества".
Файл pdf (с OCR).
Размер файла 16 магабайт.
В своих работах, написанных с середины 1916 по 1919 годы, В. И. Ульянов-Ленин упоминает Николая Второго более ста раз.
Вслед за Энгельсом, считавшим, что Николай II: "идиот, и морально, и физически расслабленный онанизмом"*, В. И. Ленин снабжал Николая такими эпитетами, как: "Николай Кровавый", "коронованный разбойник", "полоумный Николай", "слабоумный Николай Романов", "идиот Романов", "изверг-идиот Романов" и т. д.
Физическое уничтожение царя-батюшки среди социал-демократов даже не подвергалось сомнению. Например, во время II съезда РСДРП, происходившего в 1903 году в Брюсселе и Лондоне, кое у кого из делегатов возникла мысль вставить в программу пункт об отмене смертной казни. Но эти предложения вызвали только насмешливые возгласы: "И для Николая II?", после чего даже меньшевики не посмели поддержать все дальнейшие предложения по отмене смертной казни для царя.
* Это утверждал Ф. Энгельс в своём письме к А. Зорге от 10 ноября 1894 года:
"(...) Что касается прочих мировых событий — смерть русского царя, вероятно повлечет за собой перемену либо в результате движения внутри страны, либо из-за финансовой нужды и невозможности получить деньги за границей.
Не могу себе представить, чтобы теперешняя система пережила смену монарха, в результате которой придет к власти идиот, и морально и физически расслабленный онанизмом! (Этот факт известен во всех медицинских факультетов. Профессор Краузе из Дерпта (ныне - Тарту), который пользовал Николая по желанию царя Александра, указал на онанизм как на непосредственную причину болезни, за что и получил от царя пощечину; тогда он подал в отставку, вернул посланный ему вдогонку орден Владимира и возвратился в Германию, где рассказал всю эту историю.) Но если заварится каша в России, то и молодому Вильгельму доведется увидеть кое-что новое. Тогда над всей Европой повеет моральный ветер, который теперь может быть нам только кстати".
К. Маркс, Ф. Энгельс. Сочинения. Издание второе. Издательство политической литературы, М., 1966, т. 39, стр. 259.
В общем, повезло Энгельсу и Ленину, что не попались они госпоже Поклонской. Она бы им показала, где раки зимуют!
Анна Иванова. Магазины "Березка". Парадоксы потребления в позднем СССР.
2017
312 стр.
"Операции с иностранной валютой считались в СССР уголовным преступлением, культ западных товаров среди советских граждан был постоянным объектом критики в газетах, а существование привилегированного снабжения официально отрицалось. Тем не менее государственные магазины "Березка", в которых определенные группы советских граждан могли покупать дефицитные импортные товары за валюту и ее заменители (сертификаты и чеки), успешно функционировали по всему Советскому Союзу. Более того, они стали важной частью позднесоветской повседневности. Американские джинсы, японские магнитофоны и итальянские сапоги покупали в "Березках" не только дипломаты или артисты, выезжавшие на гастроли, но и советские рабочие, оказывавшие "техническую помощь" в странах третьего мира, диссиденты, получавшие валютные переводы из- за рубежа, а также обычные советские граждане, которые отваживались покупать валютные заменители на черном рынке за рубли. Магазины "Березка" воспринимались в советском обществе одновременно и как эталон потребления, и как пример социальной несправедливости. В книге Анны Ивановой розничная валютная торговля в позднем СССР впервые становится объектом исторического исследования. Автор рассматривает причины появления магазинов "Березка", описывает категории советских граждан, имевших доступ в "закрытые" валютные магазины, и образ валютной торговли в официальном дискурсе и среди потребителей. Книга основана на документах из центральных и республиканских архивов, материалах советской прессы, воспоминаниях и личных интервью как с работниками, так и с пользователями системы валютной торговли".
Файл pdf (с OCR).
Размер файла 19 мегабайт.
Анна Иванова. Магазины "Березка". Парадоксы потребления в позднем СССР.
2017
312 стр.
"Операции с иностранной валютой считались в СССР уголовным преступлением, культ западных товаров среди советских граждан был постоянным объектом критики в газетах, а существование привилегированного снабжения официально отрицалось. Тем не менее государственные магазины "Березка", в которых определенные группы советских граждан могли покупать дефицитные импортные товары за валюту и ее заменители (сертификаты и чеки), успешно функционировали по всему Советскому Союзу. Более того, они стали важной частью позднесоветской повседневности. Американские джинсы, японские магнитофоны и итальянские сапоги покупали в "Березках" не только дипломаты или артисты, выезжавшие на гастроли, но и советские рабочие, оказывавшие "техническую помощь" в странах третьего мира, диссиденты, получавшие валютные переводы из- за рубежа, а также обычные советские граждане, которые отваживались покупать валютные заменители на черном рынке за рубли. Магазины "Березка" воспринимались в советском обществе одновременно и как эталон потребления, и как пример социальной несправедливости. В книге Анны Ивановой розничная валютная торговля в позднем СССР впервые становится объектом исторического исследования. Автор рассматривает причины появления магазинов "Березка", описывает категории советских граждан, имевших доступ в "закрытые" валютные магазины, и образ валютной торговли в официальном дискурсе и среди потребителей. Книга основана на документах из центральных и республиканских архивов, материалах советской прессы, воспоминаниях и личных интервью как с работниками, так и с пользователями системы валютной торговли".
Файл pdf (с OCR).
Размер файла 19 мегабайт.
Так вот теперь и будет в этой дате вместе навсегда: советские запустили спутник, Ельцин расстрелял парламент.
А что, в РФ торжеств по случаю 60-летия начала космической эры человечества не будет, да? Да и то, ведь не обретение же мощей каких-нибудь или тезоименитство патриарха.
"В 1969 году советский диссидент Андрей Амальрик опубликовал в Амстердаме свое эссе "Просуществует ли Советский Союз до 1984 года?", в котором предсказывал скорую гибель СССР. К тому времени Амальрик уже несколько лет занимался "антисоветской деятельностью", успел побывать в ссылке в Сибири и рукопись своей статьи на Запад передал, конечно, тайно. Тем не менее за свой "подрывной" текст он смог не только получить в Москве гонорар от иностранного издательства, но даже обратить его в так называемые "сертификаты “Внешпосылторга”" — заменители иностранной валюты, выпускаемые государством. Эти сертификаты дали Амальрику доступ в закрытый валютный магазин "Березка", где продавались импортные товары высокого качества, недоступные в обычных советских магазинах."
Иванова, А. Магазины "Березка": парадоксы потребления в позднем СССР. 2017.
Тоталитаризм - он такой. А диссида - она такая.
Книжку Ивановой выложу.
- Слышь, инженер! Это я тебе, да! Не полетит твоя штуковина. Потому что религиозные традиции у вас в СССР игнорируют. Сам Кирилл сказал сегодня.
Вячеслав Никонов. Молотов. Наше дело правое. Книга вторая.
2016
573 стр.
Продолжение биографии В.М.Молотова, написанной его внуком.
Файл pdf (с OCR).
Размер файла 15 мегабайт.
Еще раз выражаю благодарность тем, кто помогал, помогает и, надеюсь, будет помогать сайту rabkrin.org (там есть информация, как можно помочь).