Второй вариант "топики" включает в себя "Я", "Оно", "Сверх-Я". В некотором смысле "я" соответствует сознанию, "оно" - бессознательному, "сверх-я" - предсознательному. Но это соответствие - лишь частичное, поскольку "я", "оно" и "сверх-я" частично сознательны, частично - бессознательны. Кроме того, при обсуждение проблем сознания и бессознательного мы имеем в виду безличную психику, а когда говорим о соотношении "я", "оно" и "сверх-я", то переходим к проблемам личности. Некоторые комментаторы стремятся провести резкую грань между "я" и личностью, но сам Фрейд этого не делал.

Вся проблематика вокруг "я" вырастает из наблюдений по поводу взросления, невротического "расщепления личности", ее патологических изменений, обозначаемых в быту или моральном сознании как неполная вменяемость, безответственность, ненадежность, незрелость и т. п. Говоря о "я" мы чаще всего переходим на моральный язык. Зрелое, здоровое, развитое "я" выступает как автономное по отношению к внешнему миру, по отношению к "оно" и "сверх-я". "Я" способно принимать решения, отказывая "оно" в его желаниях и критически анализируя установки "сверх-я" с точки зрения их практической целесообразности.

В зрелой личности "я" не втянуто в конфликты и разбирательства с "оно" и "сверх-я", характерные для ребенка и невротика, которые не владеют собой, часто испытывают угрызения совести, затрудняются при принятии решений. В качестве "стержня личности" "я" на протяжении жизни претерпевает множество изменений, вбирает в себя влечения "оно" и моральные признаки "сверх-я". Таким образом "я" приближается к понятию целостной личности, выступающей как "связная организация душевных процессов", ориентированная на других людей, на культуру.

Однако в трактовке "я" Фрейдом есть все-таки некоторая двойственность. "Я" - это фокус сознательной, зрелой личности. Но "я" не всегда или не полностью выражает самоидентичность. Будучи центром субъективной реальности, "я" нередко оценивается как "хорошее" или "плохое", слабое или сильное, воспринимается самим субъектом с большей или меньшей теплотой. Есть люди, которые находят в себе очень интересного партнера и собеседника. Другие в самих себе ничего не находят и очень низко себя ценят. "Я" - по Фрейду - преимущественно бессознательная инстанция.

Это внутреннее образование, порожденное рядом особенно значимых восприятий и переживаний, идентификаций с родителями и "значимыми другими". Ребенок первые годы нередко мыслит о себе в третьем лице и лишь постепенно, научившись удерживать фокус личности в устойчивых границах, осваивает или создает "я". Фрейдовское "я" пользуется механизмами сдерживания, ограничения, защиты и сопротивления. С самого начала "я" есть нечто пограничное, вынужденное выступать в качестве посредника. Между кем и в качестве кого посредничает "я"?

Во-первых, "я" посредничает между "оно" и внешним миром, во-вторых, между "оно" и "сверх-я".

 Фрейд выстроил три взаимодополнительных модели психики: топическую (пространственно-структурную), экономическую (обменно-энергетическую) и динамическую (мотивационно-смысловую). Существуют два варианта топики. Первый включает в себя Сознание, Предсознательное и Бессознательное.

Сознание до Фрейда часто отождествлялось с психикой. Фрейд подчеркнул, что сознание - лишь малая, поверхностная часть психического аппарата. Она отличается от других его частей тем, что располагает свободной энергией, которую можно использовать для дополнительной зарядки или же нейтрализации каких-то идей и впечатлений. "Заряжая идеи", мы их "передвигаем", "сращиваем", разъединяем, строя, таким образом, картину мира, частную теорию или свой характер.

Фрейда интересовала реальная, наблюдаемая деятельность сознания. В сознании он видел, прежде всего, освобождение мысли от ее первичной, чувственно-импульсной оболочки, выявление значения и смысла. Сознание может свободно оперировать смыслами, фиксируемыми в словах и образах. Внимание, сосредоточенность - функции сознания, благодаря которым можно вырабатывать нужные смысловые конструкции, чтобы затем - внедрять их в нижележащие слои психики, в которых комбинации смыслов не поддаются сознательному контролю.

Активное воздействие сознания на бессознательное - суть психоаналитического лечения. В повседневной жизни сознание заполнено преходящими представлениями. Чтобы увидеть через них аутентичное "ядро" личности, нужно произвести работу самоанализа или проделать анализ с помощью врача.

 Основы. Стержнем всей системы Психоанализа является предложенная 3. Фрейдом структурная модель личности. Действующими агентами психической жизни Фрейд считал влечения, которые всегда, в той или иной степени, эмоционально окрашены, осмыслены и энергетически заряжены. Все три составляющих: чувственная, смысловая и энергетическая присутствуют в каждом психическом импульсе, но их удельный вес - различен: мысль может быть бессильной, импульс - не имеющим ясного смысла и т. п.

О структуре психики можно сказать следующее. Во-первых, она не связана непосредственно с мозговыми, нервными структурами. Во-вторых, психика представляется автономной динамической системой, аппаратом, встроенным в личность, который взаимодействует с окружающим миром и получает сигналы из внутренних органов. Психика подчиняется тем же самым законам физики, термодинамики, биологии, которые действительны для всей природы.

 З. Фрейд и история появления психоанализа. Зигмунд Фрейд (Freud) родился 6 мая 1856 года в австрийском городке Фрейберге. Он был первым сыном сорокалетнего торговца шерстью Якоба Фрейда от его второго брака с двадцатилетней Амалией. Говорили, что мальчик родился "в сорочке". Мать с самого рождения уверовала в великое будущее своего первенца и назвала его Зигмундом в честь популярного героя моравских легенд. Семья Фрейда долго скиталась по городам Европы в поисках убежища от еврейских погромов и, в конце концов, осела в венском гетто. Зигмунду в это время было 4 года. В Вене он прожил почти всю жизнь.

История психоанализа начинается с 1880, когда Й.Брейер, венский врач, сообщил Фрейду, что одна больная, рассказывая о себе, по-видимому, излечилась от симптомов истерии. Под гипнозом она смогла раскрыть глубоко травмирующее событие своей жизни, испытав при этом чрезвычайно сильную эмоциональную реакцию (катарсис), и это привело к смягчению симптомов. Выйдя из гипнотического состояния, пациентка не помнила о том, что рассказывала под гипнозом. Фрейд использовал ту же самую методику с другими пациентами и подтвердил результаты Брейера.

Они сообщили о своих наблюдениях в совместной публикации Исследования истерии (Studien über Hysterie, 1895), в которой предположили, что симптомы истерии определяются замаскированными воспоминаниями о забытых «травмирующих» событиях. Память об этих событиях исчезает из сознания, но продолжает, тем не менее, оказывать значительное влияние на пациента. Причину такого исчезновения из сознания Фрейд видел в конфликте между определенными импульсами, связанными с данным событием, и моральными устоями.

По личным причинам Брейер отошел от исследований. Работая независимо, Фрейд обнаружил, что сходный опыт имеет место не только при истерии, но и при неврозе навязчивых состояний сексуальной природы, который нередко возникает в детском возрасте. Сексуальные желания ребенка вовлекают поочередно рот, анус и гениталии, что происходит в биологически определенной последовательности, достигая кульминации между тремя и шестью годами, когда сексуальные потребности адресуются родителю противоположного пола.

Это приводит к соперничеству с родителем того же пола, сопровождающемуся страхом наказания. Все эти переживания вместе носят название «эдипов комплекс». Наказание, которого страшится ребенок, принимает в его воображении форму телесных повреждений, например повреждения гениталий. Для фазы эдипова комплекса характерна мастурбация, сопровождающаяся фантазиями, связанными с объектом любви.

Фрейд считал этот комплекс ключевым для неврозов, имея в виду, что желания и страхи эдиповой ситуации те же самые, что и при развитии невроза. Процесс формирования симптома начинается, когда бессознательные детские влечения угрожают прорвать барьер, поставленный вытеснением, и выйти в сознание для реализации, что оказывается неприемлемым для других частей психики, как по моральным соображениям, так и из страха наказания. Выход запретных импульсов воспринимается как опасный, психика реагирует на них неприятными симптомами тревоги. Психика может защитить себя от этой опасности, снова и снова изгоняя нежелательные импульсы из сознания, т.е. как бы обновляя акт вытеснения.

Если это не удается или удается лишь частично, достигается компромисс. Какие-то неосознаваемые желания все же достигают сознания в ослабленном или искаженном виде, что сопровождается такими знаками самонаказания, как боль, дискомфорт или ограничение активности. Навязчивые мысли, фобии и истерические симптомы возникают как компромисс между конфликтующими силами психики. Таким образом, согласно Фрейду, у невротических симптомов есть смысл: в символический форме они отражают безуспешные попытки личности разрешить внутренние противоречия.

Фрейд обнаружил, что принципы, которые

 Области применения. Гештальт-терапия является универсальным подходом в силу того, что в основе гештальт-терапии лежит универсальный принцип контакта организма с окружающей средой. У гештальт-терапии есть наиболее проработанная из всех терапевтических подходов философская база, что позволяет гибко применять ее в различных практических областях, сохраняя базовые принципы. Гештальт-терапия практикуется как в форме индивидуальных, так и в форме групповых занятий.

Гештальт-терапия в клинической практике успешно применяется на различных этапах психотерапевтической работы и с различными состояниями пациентов, Ограничения гештальт-терапии связаны с ограничениями возможностей осознания пациента. Работа возможна с пациентами даже в достаточно тяжелых состояниях. При шизофрении и психотических расстройствах гештальт-терапия вполне применима на этапах становления ремиссии для поддержания максимально возможной адаптации к социальной жизни в периоды между приступами заболевания. Результатом работы является большая осознанность и произвольность социального поведения пациентов (Pagan, Shepherd, 1970; Хломов, 1995; Немиринский, 1999).

При работе с невротическими расстройствами и расстройствами личности гештальт-терапия может быть основным методом психотерапевта. Правда, это подразумевает достаточную длительность работы, которая может продолжаться даже в течение нескольких лет. Особенно это характерно для работы с нарушениями личности, поскольку изменения личности происходят постепенно. В этом случае терапевтическая поддержка направлена на процесс автономии, взросления клиента, на поиск и освоение собственных психологических ресурсов, повышение его ценности, нормализацию эмоциональной жизни, оптимизацию контактов с окружающим миром.

Методы гештальт-терапии позволяют оказывать поддержку при посттравматическом синдроме, острых кризисных состояниях, облегчают проживание травмирующей ситуации, позволяя построить новые ценности, приспособиться к изменениям в жизни.

При работе с зависимостями гештальт-терапия, основанная на достаточно разработанной теории зависимости, предоставляет наиболее универсальный подход и широко применяется в центрах анонимных алкоголиков, анонимных наркоманов, созависимых, эмоционально-зависимых лиц. Гештальт-терапия подразумевает добровольное участие человека в терапии и позволяет развить в этом случае способность к самоподдержке, принятию адекватной поддержки от других людей, укрепить личность человека.

Особенность психосоматических нарушений проявляется в нарушении целостности, разделении телесных и психических процессов. В гештальт-терапии работа направлена на интеграцию этих процессов, осознание психологического значения симптомов, восстановление эмоциональных переживаний. Возможность использования в работе множества невербальных техник, таких, как игры, лепка, рисунок, игрушки, делает гештальт-терапию весьма эффективной в работе с детьми разного возраста и с подростками. Успешно осуществляется работа с такими нарушениями контакта ребенка с миром, как патологические страхи, агрессия, застенчивость, капризы (Окландер, 1997).

Гештальт-метод применяется не только в психотерапевтической практике, но и в других областях практической психологии, таких, как психология образования и организационное консультирование (Фюр, 1995; Nevis, I988).

 Практика работы с тревогой. Этот тип психотерапевтической работы хорошо разработан в гештальт-терапии и базируется на представлении о том, что тревога как таковая - это заблокированная или неправильно направленная энергия. Во всяком случае, это энергия, которой человек в данный момент не может воспользоваться. Стратегии работы с тревогой выбираются из этих соображений. Необходимо вернуть человеку целостность, то есть помочь объединить себя самого и свою энергию.

На уровне слов заметно своеобразное "расщепление" целостности человека, "расщепление" или потеря единства - "у меня есть тревога". Феноменология тревоги (телесная) распознается, осознается человеком как нечто самостоятельное, неподвластное субъекту. В словесном выражении это описывается словами "меня трясет" - как если бы действие было ретрофлексивным, то есть источник активности находился вовне человека.

В отличие от "обычной" ретрофлексии, когда в рамках относительного спокойствия можно наблюдать огромные запасы энергии, при тревоге суммарный объем энергии, который доступен субъекту, весьма мал... И быстро наступает усталость. Эту тревогу стоит отличать от похожего на тревогу переживания специфического напряжения, которое возникает у человека при так называемой ретрофлексии. То есть когда субъект сдерживает (из последних сил!) какой-то направленный вовне импульс. И тогда напряжение сравнительно легко распознается как два противонаправленных импульса.

В любом случае, с точки зрения внешнего наблюдения эта энергия легко истощается; чувства, которые базируются на тревоге, недостаточно стеничны. Стратегии возвращения к целостности, возвращения к овладению всей энергией в рамках гештальт-подхода достаточно прозрачны. Это эксперименты, в рамках которых субъект может "соединиться" или вступить в отношения с собственной тревогой.

Например: Человеку предлагают буквально идентифицироваться с тревогой, то есть изобразить трясущуюся фигуру, усилить тип движения, сделать его "произвольным", осознать, какова символика этих движений, какие потребности и чувства стоят за этим движением. На основе того же начального эксперимента станцевать танец, символически выражающий тему. Сосредоточиться на выражении агрессии - направлена она в адрес кого-то или доминирует страх перед кем- то.

Сделать игру - человек разговаривает с воображаемой символической фигурой, которая символизирует его тревогу, в диалоге проясняются чувства и потребности текущего момента. Просто описывать свои ощущения, сконцентрировавшись на телесных переживаниях и появляющихся импульсах чувств и желаний. В результате начинает доминировать какое-то актуальное переживание, которое позволяет человеку сосредоточить собственную энергию и вернуть себе целостность. Все эти эксперименты направлены на увеличение внимания к себе и собственным потребностям в данный момент.

Если проследить динамику развития тревоги, то можно отметить следующие этапы: Естественное течение энергии, обычное самочувствие. Что-то произошло (либо фрустрация потребности, препятствие на пути движения к чему-то важному, либо истощение, усталость, усилившийся дефицит по какой-либо потребности), в результате чего человек начинает переживать (регистрирует) тревогу. Создается впечатление, что часть энергии, которая есть в распоряжении человека, как будто бы отделяется и субъект начинает относиться к ней как к чуждой.

В действие вступают защитные механизмы психики - и субъект подавляет тревогу, но чувствует себя бессильным и уставшим. Если продолжить ранее сформулированную метафору, это значит, что от общей энергии организма отделена еще одна часть, которая должна была играть роль "сдерживателя", и в распоряжении человека остается еще меньше свободной энергии. Наступает снижение активности, слабость, соматизация (например, простудное заболевание), разрушение системы отношений между людьми.

 Работа со сновидениями. Перлз достиг славы в последние калифорнийские годы жизни именно благодаря своему подходу к работе со сновидениями. Он рассматривал тогда различные элементы сна как проекцию отдельных частей личности сновидца. Речь шла об обнаружении "экзистенциального послания", с которым спящий обращается к самому себе, например, через импровизированные диалоги между различными элементами сна как одушевленными, так и неодушевленными.

Для этого субъекту предлагалось последовательно идентифицировать себя с разными элементами сна таким образом, чтобы присвоить обратно свои проекции. Во сне может вскрываться один из важных тупиков, который стремится разрешить невротик (Perls, 1969). Часто можно было упрекнуть Перлза за театральный и поверхностный характер этого взгляда на сны, который прерывает контакт субъекта с внешним миром вообще и психотерапевтом в частности в угоду центрации на внутрипсихическом. Именно по этой причине, основываясь на работах Пола Гудмена, Изидор Фром предложил другой подход к работе со снами.

Сон анализируется в контексте, который в свою очередь является контекстом терапии; подчеркивается тот факт, что личный сон рассказан данному терапевту в данный момент терапии. Рассказать сон своему терапевту - это значит поведать ему что-то такое, чего сам клиент не знает и не сумел бы ему рассказать по-другому. Содержание сна тогда рассматривается как построенное в основном из ретрофлексивного материала и, прежде всего, из ретрофлексии, возникших в течение предыдущего сеанса, которые, таким образом, пытаются проявиться сначала во сне, а потом в пересказе сна данному адресату.

Терапевт уделяет особое внимание снам, которые снились ночью, следующей за сеансом. Но сон может быть также "построен" ночью, предшествующей сеансу, как своего рода подготовка к будущему сеансу. Сон, таким образом, благодаря Изидору Фрому находит свое место среди средств, дающих возможность работы с явлениями границы, контакта и нарушениями функций границы.

Телесная работа. Гештальт-терапию иногда относят к формам "эмоциональной", "психотелесной" терапии, или, если сказать более современно, к "соматотерапии". Действительно, телесные и эмоциональные проявления опыта субъекта почти всегда присутствуют в терапевтическом процессе, предлагаемом гештальт-терапией, но это отнюдь не значит, что гештальт-терапия хочет считать себя телесной терапией или следовать моде дня.

Все объясняется гораздо проще: гештальт-терапевт старается подойти к опыту пациента во всей его целостности. Это значит, что терапевт принимает в расчет телесные и эмоциональные измерения, так же как когнитивные, интеллектуальные, поведенческие, связанные с воображением и сновидением, экспрессивные и другие характеристики пациента, с которыми терапевт работает, и что он может пользоваться этими измерениями, чтобы войти в контакт с пациентом (Керпег, 1987).

Но это также значит, что терапевт не разделяет то, что мы привыкли разделять: например, что "тело" - это одно, а "ум" - это другое. "Тело" или "эмоция" представляет собой частные модальности опыта человека. При патологических процессах эти модальности иногда носят фрагментарный или изолированный характер, и, безусловно, их не следует рассматривать по отдельности, если мы хотим помочь человеку восстановить их единство.

 Наиболее известными являются следующие игры.

1. Диалог между частями собственной личности. Когда у пациента наблюдается фрагментация личности, психотерапевт предлагает эксперимент: провести диалог между значимыми фрагментами личности — между агрессивным и пассивным, «нападающим» и «защищающимся». Это может быть диалог и с собственным чувством (например, с тревогой, страхом), и с отдельными частями или органами собственного тела, и с воображаемым значимым для пациента человеком.

Техника игры такова: напротив стула, который занимает пациент («горячий стул»), располагается пустой стул, на который «сажают» воображаемого «собеседника». Пациент поочередно меняет стулья, проигрывая диалог, пытаясь максимально отождествлять себя с различными частями своей личности.

2. Совершение кругов. Пациенту предлагается пройти по кругу и обратиться к каждому участнику с волнующим его вопросом, например выяснить, как его оценивают другие, что о нем думают, или выразить собственные чувства по отношению к членам группы.

3. Незаконченное дело. Любой незавершенный гештальт есть незаконченное дело, требующее завершения. По существу, вся гештальт-терапия сводится к завершению незаконченных дел. У большинства людей есть немало неулаженных вопросов, связанных с их родственниками, родителями и т. п. Чаще всего это невысказанные жалобы и претензии. Пациенту предлагается с помощью приема пустого стула высказать свои чувства воображаемому собеседнику или обратиться непосредственно к тому участнику психотерапевтической группы, который имеет отношение к незаконченному делу.

Гештальт-психотерапевтами замечено, что наиболее частое и значимое невыраженное чувство — чувство обиды. Именно с этим чувством работают в игре, которая начинается со слов: «Я обижен…»

4. Проективная игра. Когда пациент заявляет, что другой человек имеет некое чувство или черту характера, его просят проверить, не является ли это его проекцией. Пациенту предлагается «разыграть проекцию», т. е. примерить на самого себя это чувство или черту. Так, пациента, который заявляет: «Я испытываю к тебе жалость», просят разыграть роль человека, вызывающего жалость, подходя к каждому из участников группы и вступая с ним во взаимодействие. Постепенно входя в роль, человек раскрывает себя, при этом может произойти интеграция прежде отвергаемых сторон личности.

5. Выявление противоположного (реверсия). Явное поведение пациента часто носит характер защиты, скрывающей противоположные тенденции. Для осознания пациентом скрытых желаний и противоречивых потребностей ему предлагается разыграть роль, противоположную той, которую он демонстрирует в группе. Например, пациентке с манерами «душечки» предлагается разыграть роль агрессивной, высокомерной, задевающей других женщины. Такой прием позволяет достичь более полного соприкосновения с теми сторонами своей личности, которые прежде были скрыты.

6. Упражнения на воображение. Иллюстрируют процесс проекции и помогают участникам группы идентифицироваться с отвергаемыми аспектами личности. Среди таких упражнений наиболее популярна игра «Старый, заброшенный магазин». Пациенту предлагают закрыть глаза, расслабиться, затем представить, что поздно ночью он проходит по маленькой улочке мимо старого, заброшенного магазина. Его окна грязные, но если заглянуть, можно заметить какой-то предмет.

Пациенту предлагают тщательно его рассмотреть, затем отойти от заброшенного магазина и описать предмет, обнаруженный за окном. Далее ему предлагается вообразить себя этим предметом и, говоря от первого лица, описать свои чувства, ответить

 Основными принципами применения гештальт-терапии являются следующие.

1. Принцип «сейчас». «Сейчас» — это функциональная концепция того, что и как делает индивид в данный момент. Например, акт воспоминания далекого прошлого является частью «сейчас», а то, что происходило несколько минут назад, не является «сейчас».

2. Принцип «я - ты». Выражает стремление к открытому и непосредственному контакту между людьми. Часто свои высказывания члены психотерапевтической группы направляют не по адресу — конкретному участнику, а в сторону или в воздух, что обнаруживает их опасения и нежелание говорить прямо и однозначно. Психотерапевт побуждает участников группы к непосредственному общению, просит адресовать конкретные высказывания конкретным лицам. Прямая конфронтация мобилизует аффект и живость переживания.

3. Принцип субъективизации высказываний. Связан с семантическими аспектами ответственности пациента. Психотерапевт предлагает пациенту заменять объективизированные формы (типа «что-то давит в груди») на субъективизированные («я подавляю себя»). Это помогает пациенту рассматривать себя как активного субъекта, а не как пассивный объект, с которым «делаются» разные вещи.

4. Континуум сознания. Является неотъемлемой частью всех технических процедур, но может использоваться и в качестве отдельного метода. Это концентрация на спонтанном потоке содержания переживаний, метод подведения индивида к непосредственному переживанию и отказу от вербализаций и интерпретаций, одно из центральных понятий гештальт-терапии. Пациент должен постоянно осознавать или отдавать себе отчет в том, что происходит с ним в данный момент, он должен замечать малейшие изменения в функционировании организма. Осознание чувств, телесных ощущений и наблюдение за движениями тела (понимание «языка тела») способствуют ориентации человека в самом себе и в своих связях с окружением.

Техники гештальт-терапии можно подразделить на две большие группы. С одной стороны, это техники диалога, который происходит на границе контакта между терапевтом и клиентом. Для этой работы необходимо полнокровное личностное присутствие терапевта в диалоге; об этой форме работы говорят, что терапевт "работает собой", использует свой опыт, свои переживания. С другой стороны, это проективные техники, такие, как работа с образами, сновидениями, воображаемым диалогом; при этом терапевт поддерживает проявление и осознание клиентом своих переживаний. Техники не являются самоцелью, а лишь обозначают различные подходы и пути экспериментирования и игр.

Это разнообразные действия, выполняемые пациентами по предложению психотерапевта, которые способствуют более непосредственной конфронтации со значимым содержанием и переживаниями. Эти игры предоставляют возможность экспериментирования с самим собой и другими участниками группы. В процессе игр пациенты «примеряют» различные роли, входят в разные образы, отождествляются со значимыми чувствами и переживаниями, отчужденными частями личности и интроектами. Цель игр-экспериментов — достижение эмоционального и интеллектуального прояснения, приводящего к интеграции личности.

Эмоциональное осознание («ага-переживание») — это такой момент самопостижения, когда человек говорит: «Ага!» По Перлсу, «ага» — это то, что происходит, когда что-нибудь защелкивается, попадая на свое место; каждый раз, когда «закрывается» гештальт, «звучит» этот щелчок. По мере накопления фактов эмоционального прояснения приходит прояснение интеллектуальное. Число игр не ограничено, так как каждый психотерапевт, пользуясь принципами гештальт-терапии, может создавать новые игры или модифицировать уже

 Описанные в предыдущем посте варианты нарушений процесса саморегуляции представляют собой невротические защитные механизмы, прибегая к которым индивид отказывается от своего подлинного «Я». В результате действия перечисленных механизмов нарушается целостность личности, которая оказывается фрагментированной, разделенной на отдельные части. Такими фрагментами, или частями, чаще выступают дихотомии: мужское—женское, активное—пассивное, зависимость—отчужденность, рациональность—эмоциональность, эгоистичность—бескорыстие.

Большое значение придается в гештальт-терапии описанному Перлсом конфликту между «нападающим» (top-dog) и «защищающимся» (under-dog). «Нападающий» — это интроект родительских поучений и ожиданий, диктующих человеку, что и как он должен делать («Родитель» в терминологии трансактного анализа). «Защищающийся» — зависимая, неуверенная в себе часть личности, отбивающаяся различными хитростями, проволочками типа «сделаю завтра», «обещаю», «да, но…», «постараюсь» («Ребенок» в трансактном анализе).

Основная цель гештальт-терапии состоит в интеграции фрагментированных частей личности. В процессегештальт-терапии на пути к раскрытию своей истинной индивидуальности пациент проходит через пять уровней, которые Перлс описывал как "прохождение через слои невроза".

Первый, поверхностный слой, с которым встречается терапевт, - обманчивый слой; он проявляется в стереотипах поведения, ненастоящем реагировании на жизнь. На этом уровне существуют игры и роли, в которых человек теряет себя, живя в фантазиях и иллюзиях. Как только человек пытается осознать обманчивость игр и стать более честным, он переживает неудобство и боль.

Следующий слой - фобический. На этом уровне человек пытается избежать эмоциональной боли, которая ассоциируется с тем, что он начинает видеть различные аспекты самого себя, которые предпочел бы не знать. В этой точке сопротивление принятию себя таким, каков человек есть на самом деле, словно "взрывается". Появляются катастрофические страхи, что другие люди непременно отвергнут невротика.

 Процесс развития по Ф. Перлзу - это процесс расширения зон самосознания (self-awareness); основной фактор, препятствующий психологическому росту -  избегание осознавания.

Ф.Перлз считал, что когда человек оставляет попытки привести свое поведение в соответствие с заимствованными у "авторитетов" условностями, на поверхность выходят сознаваемые потребности и спонтанный интерес, и он можете обнаружить, кто он есть, и что ему подходит. Это его природа, сердцевина его жизненной силы. Энергия и внимание, которые уходили на принуждение себя из-за ложного чувства "долженствования", часто направлялись против его собственных здоровых интересов. В той мере, в какой он можете вернуть себе эту энергию и по - новому ее направить, будут расширяться сферы влияния жизненного интереса. Лечит сама природа - "natura sanat".

В ценности хорошего здоровья согласно гештальт - терапии входят следующие условия:

1. Жить "сейчас"
2. Жить "здесь", в данной ситуации
3. Принимать себя таким, какой я есть
4. Воспринимать и взаимодействовать со своим окружением, с таким, какое   оно есть, а не с таким, каким бы хотелось, чтобы оно было
5. Быть честным с самим собой
6. Выражать то, что ты хочешь, о чем ты думаешь, что чувствуешь, не  манипулировать собой и другими при помощи рационализации, ожиданий, судейства и искажений
7. В полной мере испытать все эмоции, которые возникают, как приятные, так и неприятные
8. Не принимать тех внешних требований, которые входят в противоречие с собственным лучшим знанием о самом себе
9. Быть готовым к экспериментированию, открытию новых ситуаций
10. Быть открытым к изменению, росту

В теории гештальт - терапии "Я" определяется как сложная система контактов, необходимых для адаптации в сложном поле. Гештальт - терапия рассматривает личность или самость (self) не как статическую структуру, а как протекающий процесс. "Я"  - не выбор замороженных характеристик ("Я" - это только это, и ничто другое). В норме "Я" гибко и разнообразно в своих способностях и качества, зависящее от частных требований организма и окружения. "Я" не имеет собственной природы, кроме как в

 По мнению Ф. Перлза, целью гештальт-терапии является рост потенциала человека, или повышение его силы и возможностей путем процесса интеграции и развития, и формирование целостной гармоничной личности, способной противостоять любой ситуации.  Интеграция помогает личности перейти от зависимости к самостоятельности, от опоры на внешние авторитеты к аутентичным внутренним авторитетам. Наличие внутреннего авторитета означает, что личность уверена в себе. Она обнаруживает, что требуемые возможности находятся внутри нее и что они зависят только от нее.

Социально-культурная среда создает разные концепции и модели желаемого поведения. Для того чтобы быть принятым, индивид, воспринимает различные элементы этих моделей и требований. Делая это, человек часто отказывается от своих чувств, желаний и потребностей, утрачивая при этом связь с природой и руководствуясь, главным образом, расчетом. Он играет перед собой и другими роли, не продиктованные истинными желаниями и переживаниями. Его раздирают внутренние противоречивые требования и ожидания.

Он не умеет устанавливать контакт с самим собой и окружением и значительную часть своей активности уделяет поиску какой-либо опоры вне самого себя, поскольку не верит в способность самостоятельно справиться со своей жизнью. Задача гештальта - в расширении сознания, в большей интеграции, в большей целстности, большей внутриличностной коммуникации. Все что делается с подобными целями, - это гешталът. Все, что делается с другими целями, - нет.

Потенциального клиента великолепно описал Ф. Перлз: ' Современный человек живет на низком уровне жизненности. Хотя, в общем, он не cлишком глубоко страдает, но при этом столь же мало знает об истинно творческой жизни. Он превратился в тревожащийся автомат... Он, кажется, nomeрял всю свою спонтанность, потерял способность чувствовать и выражать себя непосредственно и творчески... '.

По мнению Ф. Перлза, чтобы обрести радость творчества и получать удовольствие от жизни, человек нужно уметь прислушиваться к самому себе. Доверяя своему внутреннему голосу можно научиться принимать решения и отвечать за свою жизнь. Другими словами, человек способен сам строить cвою жизнь и эффективно решать свои проблемы, если он полностью осознает то, происходит в нем и вокруг него.

Разработанная Ф. Перлзом гештальт-терапия - это форма экзистенциональной терапии, основанной на той предпосылке, что люди должны найти свой собственный путь в жизни и принять на себя личную ответственность, если они надеются достичь зрелости. Это подход, направленный на развитие самостоятельности личности, обретения подлинной жизненности, способности получать удовольствие от жизни в настоящем. В процессе терапии самым важным вопросом является мобилизация собственных ресурсов - учиться "стоять на собственных ногах", находить правильные формы связи с окружением.

Целью терапевтической работы является снятие блокирования и стимулирование процесса развития, реализация возможностей и целей и, прежде всего" создание внутреннего источника опоры и оптимизация процесса саморегуляции. Основой   терапевтического   процесса   является   ОСОЗНАВАНИЕ и ПЕРЕЖИВАНИЯ КОНТАКТА с самим собой и окружением.

"Большую часть времени мы предпочитаем просчитывать, а не осознавать себя, при этом даже не осознаем, что делаем какой-то выбор. Прием выключения нашего "компьютера" может способствовать контакту с текущи ми переживаниями, который может вовлечь желания просчета будущего, а может и не вовлечь. И в самом деле, многое в нашем мышлении похоже на репетицию, обусловливает необходимость управлять будущим. В поисках такой обеспеченности" мы можем избегать потерь и болезненности, но, превра тившись в "компьютер", мы вообще перестаем полнокровно жить ".

Гештальт-терапия стремится побудить человека осознавать собственные эмоции, интонации голоса, движения рук и глаз, понять прежде

[показать] [показать]

Двизуо

Нидал Оле «Буддистские лекции».flv

• Нидал Оле «Буддистские лекции» 1 «Карма».flv

• Нидал Оле «Буддистские лекции» 2 «Медитация».flv.flv

• Нидал Оле «Буддистские лекции» 3 «Мужчина и женщина».flv

• Нидал Оле «Буддистские лекции» 4 «Учитель и ученик».flv

• Нидал Оле «Буддистские лекции» 5 «Умирание и смерть».flv

• Нидал Оле «Буддистские лекции» 6 «Махамудра».flv

 Я делаю свое дело, а ты делаешь свое дело. Я живу в этом мире не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям.

В настоящее время гештальт-подход является одним из основных направлений в психологической и психотерапевтической практике.

Создатель гештальт-терапии - Фриц Перлз - начинал свою практику как психоаналитик, и появление гештальт-терапии было связано с его неудовлетворенностью жесткими психоаналитическими рамками, стремлением преодолеть эти ограничения. Гештальт-терапия удачно интегрирует в себе идеи экзистенциализма, концепции телесной терапии В. Райха о связи тела и разума, восточной философии и психоанализа. Поэтому важным достоинством гештальт - подхода является целостное видение человека в единстве его телесных, эмоциональных, социальных и духовных проявлений.

Основная идея гештальт-терапии - развитие креативности во взаимодействии с окружающим миром, восстановление способности к саморегуляции. Фредерик С. Перлз, известный под именем Фриц Перлз, родился в Берлине в 1893 году в еврейской семье. Изучал медицину и психиатрию и, кроме того, работал с Куртом Гольдштейном, который приобщил его к концепции, рассматривающей организм как единое целое, а не как конгломерат отдельных частей, функционирующих без связей друг с другом и более или менее автономных.

В 1927 году он поселяется в Вене и начинает заниматься психоанализом вместе с Вильгельмом Райхом, Карен Хорни, Хелен Дойч. Он женится на Лоре Познер, докторе психологии, специалисте в области гештальт-психологии. С установлением гитлеровского режима Перлз вынужден эмигрировать, и благодаря поддержке Эрнеста Джонса он едет в Южную Африку, где открывает Институт психоанализа.

Он приезжает вновь в Германию в 1936 году на конгресс по психоанализу с двойной целью - встретиться с Фрейдом и сделать сообщение на конгрессе. Его встреча с Фрейдом прошла неудачно, а сообщение, воспринятое как недостаточно ортодоксальное, получило неблагоприятный отклик и положило начало его разрыву с психоанализом. Сообщение называлось "Вербальный характер сопротивления", оно содержало в зародыше идеи, развитые позднее в работе "Эго, голод и агрессия", излагающей первые наметки новой терапии. Подзаголовок первого издания (1942) гласил: "Пересмотр теории Фрейда и его метода". Позже он был снят.

В 1946 году при поддержке Эриха Фромма он поселяется в Нью-Йорке и продолжает свою работу терапевта вместе с небольшой группой единомышленников, включавшей писателя и философа Пола Гудмена. Он разрабатывает психотерапевтический подход, который в 1950 году получит название "гештальт-терапия" и который мог называться экзистенциальным психоанализом или терапией сосредоточения.

 В сегодняшнем мире тревожность во многом обоснована и вызвана объективными причинами - неустойчивостью экономического и политического положения. Поэтому естественно рекомендовать человеку активно участвовать в политике и экономической борьбе. Остается тревожность, обусловленная вытесненной враждебностью. Человек вытесняет враждебность к лицам или учреждениям, которые ему угрожают, поскольку не имеет сил с ними бороться. Но эта вытесненная враждебность возвращается к нему в виде тревоги. Таким образом, значительная часть людей, согласно Хорни, обречена стать невротиками. Невротическая личность - типична для нашего времени.

Во многих своих работах Хорни рассматривает проблемы межличностной коммуникации, то, что мы в России называем "общением", вкладывая в это понятие особый смысл. Общение - не только необходимость, но и свобода, не только норма, но и ценность, не только средство, но и цель. Ценность общения для коллективного творчества и поддержания культуры - очевидна. Поэтому идея Хорни о тесной взаимосвязи симптоматики неврозов с типами общения, с установками по отношению к другим людям заслуживает самого серьезного внимания.

Хорни в своей психоаналитической практике столкнулась с неврозами, вызванными не подавлением сексуальных или агрессивных влечений, а неудовлетворенностью социальных потребностей - в эмоциональном контакте, поддержании престижа и т. п.

Пытаясь систематизировать социальные потребности общения, она делит их на три типа: направленные "к людям", "против людей" и "от людей". Различные культуры неодинаково относятся к этим потребностям, давая перевес то одной, то другой из них.

У каждой личности доминирует обычно один тип потребностей общения, благодаря чему все личностные проблемы приобретают специфическую окраску. Доминирующий тип потребностей определяет тип характера. Характеры отличаются друг от друга степенью открытости, контактности, конкурентности, агрессивности, замкнутости.

Естественно предположить, что удовлетворенность общением и польза от него - в смысле активизации развития, поддержания психического здоровья и равновесия связана с частотой, качеством и интенсивностью контактов с людьми. При этом даже сильно акцентуированные, предрасположенные к неврозу люди могут развиваться в сторону большего равновесия, чувствовать себя комфортно, когда имеют достаточный для них уровень и качество контактов. И, напротив, здоровые люди невротизируются, если их общение неудовлетворительно.

Любой тип характера имеет широкий спектр потребностей общения. Каждому человеку - в разной степени свойственны потребности в любовно-дружеских, конкурентных, властных отношениях, в самостоятельности и причастности к группе. Все эти потребности можно реализовать лишь взаимодействуя с другими людьми, выработав определенные навыки, благоприятный стиль общения.

Тип невроза обусловлен усилением одного из элементов базового "тревожного фона" - враждебности, покинутости, неподконтрольности ситуации.

 Невроз и «базальная тревога». Одно из неустранимых противоречий различных культур состоит в конфликте между капиталистической установкой на соперничество, успех, борьбу, за жизненные блага и христианскими ценностями: любви, смирения и доброты к ближнему.

Человек борется не только с природой, обществом, но и со временем. В ХХ веке беспокойство, национальные и политические страсти овладевают широкими массами. "Нормальную" жизнь уже нельзя назвать спокойной и уравновешенной. Беспокойство ощущается повсеместно и повседневно. Отсюда возникает идея "базового тревожного фона" или "базальной тревоги", объяснить которую важно с многих точек зрения. Следует понять роль тревожности в нормальном психическом развитии, генезисе неврозов, обыденном поведении, развязывании социальных конфликтов. Тревожность отличается от страха тем, что она иррациональна, неадекватна ситуации, чаще всего потому, что сама ситуация человеку не вполне понятна.

Фрейд, рассматривая тревожность, имел в виду не объективную, а субъективную ее причину. Этой причиной он считал страх перед вытесненным влечением. Хорни отмечает, что поскольку система установок личности, в общем, соответствует системе культурных ценностей, то и причину тревожности нужно искать не в вытеснениях, а в культуре. Чем сложнее и динамичнее культура, в которой живет человек, чем больше он зависит от цивилизации - тем больше поводов для тревоги. Тревога - невыносима. Не умея понять ее причину, человек избавляется от нее путем вытеснения, то есть невротическим способом. Таких способов Хорни насчитывает четыре.

Первый - рационализация. Тревога превращается в рациональный страх. "Я тревожусь потому, что возросла преступность, за своего ребенка, из-за того, что меня могут уволить и т. д. Приняв для себя некоторую очевидную причину тревожности человека - невротик становится упрямым, ригидным. Говорить ему, что его объяснение его тревоги - неубедительно - бесполезно.

Второй способ избежать тревожности - "взять себя в руки", подавить ее симптомы: страх, сердцебиение, дрожание рук. Но этот способ не радикален. Симптомы могут возобновиться, а пациент, обретя временное успокоение, отказывается от сознательной проработки своих комплексов.

Третий способ - наркотизация - иногда в буквальном смысле, иногда - путем "ухода в работу", сексуальную активность, с помощью мастурбации.

Четвертый способ заключается в избегании ситуаций, мыслей и чувств, которые могут возбудить тревожность. Например, человек прекращает заниматься альпинизмом, когда начинает чувствовать страх высоты. Это - радикальный способ и он наиболее часто рекомендуется психиатрами.

Основная мысль Хорни в этой связи состоит в том, что в современных условиях некоторый фон тревожности неизбежен и даже полезен. Поэтому нужно просто привыкнуть к нему. Чтобы не допустить чрезмерной тревожности, необходимо правильное воспитание. Если в детстве и юности окружение человека было надежным, его обычная тревожность не будет слишком высокой.

Именно отношение к детям, воспитание в семье и школе казалось во времена Хорни главной причиной невротической тревоги большинству психоаналитиков. Хорни пишет, что базовая тревога воспроизводит у взрослого детские переживания. Взрослый, как и ребенок, чувствует себя маленьким, незначительным, беспомощным. Родители не дают ему тепла, в котором он нуждается. Ребенок не чувствует, что он желанен для родителей. Если ребенку отказано в любви, то окружающая среда кажется ему пустой, ужасной, предательской. Именно этот - вполне обоснованный - страх, а не выдуманный страх кастрации, является, согласно Хорни, истинной причиной базовой тревожности.

Взаимная вражда полов. Хорни всегда интересовали проблемы мужской и женской психологии, "борьбы полов", любовно-брачных отношений, и она много лет посвятила их изучению.

Фрейд, разделявший традиционно-патриархальный взгляд на положение женщины, считал, что женщина, ощущая свою анатомическую недостаточность, чувствует зависть, стремление стать мужчиной, которое трансформируется в желание иметь от него ребенка. К. Хорни не усматривала в этом взгляде ничего, кроме патриархального мифа и была полна решимости доказать психическое равноправие мужчин и женщин.

Во времена матриархата закон и обычай фокусировались вокруг матери и "матрицид" тогда был, (как свидетельствую Софокл и другие античные авторы), более тяжким преступлением, чем отцеубийство. В эпоху изобретения письма мужчина стал играть лидирующую роль в политике, экономике, законодательстве и половой морали. Этому было много причин. Одна из них, вероятно, в том, что мужчина - более рационален, более способен обезличить себя, "обобществить свою психику". Но в этом же состоит и его слабость, его несоответствие современности, которая вновь акцентирует значение целостной, индивидуализированной личности. Женщина вновь вступает в борьбу за равенство.

Проблема "гендерных", т.е. культурно-обусловленных половых отношений до сих пор дискуссионна. И осмысливается она чаще всего в рамках "мужской идеологии". В ней Хорни выделяет три момента.

 Основы концепции

Хорни обнаружила у своих пациентов симптомы, обусловленные трудностями социальной адаптации, различными формами социальной изоляции. Неясность или противоречивость культурных норм часто были причинами психологических затруднений. Человек не решался сделать выбор, не мог реализовать свои способности в данном обществе, и это было, согласно Хорни, главной причиной его невроза, не сводимого ни к вытесненным инстинктам, ни к детским переживаниям.

Произведенное Фрейдом "дробление" души на "я", "оно" и "сверх-я" отодвигало на задний план сознательное единство личности и значение нравственной воли. Кроме того, Фрейд в размышлениях о человеке пользовался чаще всего привычной для новоевропейского сознания двоичной логикой: сознание - бессознательное, эрос - танатос, я - оно, свободная энергия - связанная энергия.

 Известно, однако, что двоичная логика не характерна для восточных культур и даже для европейского средневекового христианства, в котором Божественное существо осмысляется как Троичность: Бог-Отец, Бог-Сын и Бог-Святой Дух. Двоичная система не соответствует многозначности психических структур и процессов. Хорни, подобно Юнгу, стремится к более тонкой дифференцировке личностных инстанций, выделяя, в частности, "идеальное я", "актуальное я", "реальное я" и ряд других.

Если под "актуальным я" понимается личность в данный момент времени со всеми ее достоинствами и недостатками, то "идеальное я" есть образ личности, какой она хотела бы стать. "Реальное я" - живой, деятельный центр личности, выражающий ее самоидентичность, не всегда ясно осознаваемую. Согласование этих различных аспектов личности было для Хорни научной и терапевтической задачей.

Фрейд толковал человеческую природу как биологическую в своей основе, одинаковую у всех людей и, в принципе, неизменную. Для Хорни проблема человеческой природы представляется более сложной. Она выделяет в связи с этим три возможных концепции.

 Первый методический шаг. Лейнер сформулировал три возможных альтернативных метода введения пациента в состояние контролируемой регрессии, в котором легче всего могут возникнуть сновидения наяву:

1. Введение через основные упражнения аутотренинга по И.Х. Шульцу (переживание тяжести, понижение мышечного тонуса, переживание тепла во всем теле путем концентрационной саморелаксации плюс упражнения по регуляции дыхания).

 2. Индукция состояния расслабления психотерапевтом. Этот метод менее маскирует конфликты и позволяет добиться более скорой реализации. Пациенту, в соответствии с формулируемыми психотерапевтом указаниями, предлагается самому расслабиться в его присутствии. Благодаря стандартному тексту за несколько минут удается вызвать у пациента необходимое для символдрамы состояние базального расслабления.

3. Единственное побуждение к представлению образов (имагиниция).

Простое достижение состояния расслабленности можно осуществить путем прямого предложения представить один из мотивов симводрамы. В качестве прототипа для этого на первом ознакомительном занятии подойдет тест "цветок". Этот тест показывает, способен ли пациент вообще и насколько, если способен, образовывать полноценные кататимные образы. Простая неформальная просьба к сидящему пациенту предотвращает появление напряженного ожидания. Почти все пациенты, даже с относительно тяжелыми нарушениями, справляются с этим тестом и представляют себе цветок.

Корреляцию между представлением образов и расслаблением можно определить как круговой процесс. Предложение представить образы повышает расслабление, более полное расслабление углубляет переживание образов в плане их большей цветовой насыщенности и пластичности и усиливает регрессивное погружение с внутренним "раскрытием" для эмоционального тона.

Второй методический шаг.

 Основу метода составляет свободное фантазирование в форме образов, "внутренних картин" на заданную психотерапевтом тему, называемую мотивом. Психотерапевт при этом выполняет контролирующую, сопровождающую и направляющую функции.

По мнению Х. Лейнера, подобные образы, (образы фантазии, кататимные образы) возникающие у пациента и имеющие вид эйдетических представлений, являются проявлениями потребностей, конфликтов или аффектов, образующих содержание бессознательного. Образы, связанные с бессознательным, достаточно универсальны и имеют статус архетипических образов, соотносимых с экзистенциальными жизненными ситуациями. Это позволило определить набор стандартных образов: старец, ручей, дом, гора, лес, нора, болото, вулкан, люди и мифические персонажи.

При проведении данного метода задачей терапевта является убеждение пациента в том, что по отношению к его "символам возможны иные операции". По ходу терапии создается сценарий действий, которые пациент должен совершить в следующем сеансе по отношению к своим образам. Весь психотерапевтический цикл продолжается, как правило, 20-50 сеансов и проходит ряд стадий: диагностика проблем и конфликтов, эйдетическая проработка универсальных образов, проработка личностно значимых образов.

Психотерапию по методу символдрамы можно представить как некую трехмерную систему координат, где одну ось представляет работа с конфликтами (первая составляющая), другую – работа, направленная на удовлетворение архаических потребностей (вторая составляющая) и третью - работа, нацеленная на развитие креативности пациента (третья составляющая). В каждом конкретном случае работы с пациентом психотерапевт как бы перемещается в этой системе координат, оказываясь ближе то к одной, то к другой оси, используя различные техники символдрамы.

Психотерапевт может вызвать похожие на сновидения наяву представления образов - имагинации. Если предварительно задать некоторый неопределенный мотив представления, то это, как было показано Лейнером, получается значительно легче. За первыми образами обычно очень скоро возникают последующие, которые по разным причинам представлены преимущественно образами ландшафта, животных и человека.

При этом представляющий образы человек часто может прийти к почти реальному переживанию, расширенному до трехмерного пространства, словно речь идет о действительно реальных структурах. Пациента или клиента просят сразу же сообщать сидящему рядом с ним психотерапевту о содержании появляющихся образов. Психотерапевт может оказать на них влияние, структурируя сновидения наяву по специально разработанным правилам.

В этом диалогическом методе полное эмпатии сопровождение психотерапевта имеет особо важное значение. Этим символдрама отличается от аутистических техник использования образов в психотерапии, например, таких как образная медитация, активное воображение, по К. Г. Юнгу, и высшая ступень аутогенного тренинга, по Шульцу.

Концепция символдрамы базируется на традициях европейской глубинной психологии. В содержании сновидений наяву можно увидеть символическое представление бессознательных или предсознательных конфликтов. Из дидактических соображений вся система разделена на три ступени: основную, среднюю и высшую. При помощи техники основной ступени можно и дополнений из курса средней ступени можно проводить полноценное лечение в ограниченной области.

Система символдрамы основывается на двух основных положениях:

1.  
   Человек способен развивать в своем воображении фантастические представления, которые известны не только как ночные сновидения, но и как дневные фантазии. При помощи своей имагинативной способности человек может каждый раз заново создавать свой образ