Настроение сейчас - Прикольное!......хДДДДДДДДДДДДДД.........ВОТЬ.........ВСТУПЛЕНИЕ
Вас никогда не преследовал странный сон, в котором вы вдруг
оказываетесь совсем без одежды в людном месте, а вам даже прикрыться,
кроме ладоней, нечем?
Ветер согнал белых барашков с голубой простыни неба и
засияло нахальное полуденное августовское солнце. Оно пробивалось
через тонкие веки и, казалось, уже светило изнутри, но просыпаться
Кити не хотела, до последнего цепляясь за хвостик волшебного сна,
лучше которого она никогда не видела. Кити нехотя разлепила глаза
и сразу же захлопнула их обратно из-за раздражительно яркого света.
Она проснулась не дома, более того, совершенно голая: на её теле не
нашлось ничего, кроме веснушек и пары татуировок. Она лежала посреди
небольшой поляны, окружённой высокой травой, на небольшом диковатом
кладбище при городском морге. Не открывая глаз, Кити ущипнула себя
за руку.
Это уже не сон. А продолжение сна, её прекрасного сна, в котором они
опять были вместе, и Кити испытала безмерное счастье. По инерции,
в эйфории она находилась и сейчас, и одновременно совершенно
растерялась, оттого, что никак не могла вспомнить, как сюда попала.
Она ещё наполовину находилась во власти сна, переживая снова и снова
его томительное безумие, постепенно отходя от его счастливой
анестезии. В следующую минуту Кити резко села, обхватив руками
круглые колени, отбросила назад непослушную чёлку и поняла, что
окончательно проснулась. Рядом с головой кружилась, непонятно откуда
взявшаяся, ночная бабочка, большая, чёрная и противно лохматая.
Кити отмахнулась от неё и разревелась от бессилия.
- Егор, почему ты меня здесь оставил, Егор?
Несмотря на слёзы и растерянность, странные несоответствующие
ситуации, чувства душевной полноты и внутреннего покоя не покидали
её, и поскольку времени до наступления темноты оставалось
предостаточно, чтобы подумать, как отсюда выбраться, девушка
предалась воспоминаниям.
ГЛАВА 1
ПРЕКРАСНАЯ СПОРЩИЦА
Егор и Кити лежали на узкой подростковой кровати в комнате девушки,
занимались милыми непристойностями и как обычно спорили. Нежелание
Кити отдаться Егору в первый же месяц встреч только лишь обостряло
в юноше всевозможные животные инстинкты, но Кити стеной стояла за
свои принципы, зная цену себе и своей красоте. И, несмотря на все
усилия восемнадцатилетнего бонвивана, девушка была неумолима,
откровенно подсмеиваясь над теряющим голову Егором.
Кити – Катя Китова, восемнадцатилетняя девушка, не дотянувшая
одного сантиметра до 160. Её родные светлые волосы, цинично
спрятанные под чёрной краской, существовали только в виде прядей
на затылке. Зато спереди красовалась безумная розовая чёлка, такого
же нежно-малинового оттенка, как и полоски на носках, которые
в данный момент являлись её единственной одеждой. Кити походила
на плюшевого медвежонка: без капли лишнего – 50 килограмм
непосредственности и бешеного темперамента. 1 килограмм, правда,
похоже принадлежал украшениям из хирургической стали, которые,
казалось, намертво были вкручены в тело подростка. Колечки в
заострённых маленьких ушках, лабретты в ноздре и пухлой нижней
губе, тоннели с плагами в мочках тех же многострадальных ушей,
подковки в твёрдых девичьих сосках, навелла в пупке, барбеллы
в языке, и там, куда так неотступно рвался через все её доводы
Егор. На её гладком, состоящем из округлостей теле всё это железо
с разноцветными насадками выглядело достаточно брутально, и вместе
с тем ужасно притягательно для магнитов в сердце и штанах Егора.
Мозг же его при виде обнаженной Кити обыкновенно отключался и
переходил в режим автопилота. Спину Кити украшала огромная
разноцветная бабочка, которая безумно любила, когда тёплые
ладони Егора гладили её нарисованные крылья. Сегодня, правда,
глазу Егора предстало новое украшение на теле его возлюбленной,
которое он удивлённо разглядывал уже битый час: над левой грудью
тщательно приклеенный пластырем кусок полиэтилена закрывал новую
татуировку.
Кити жила одна и считала себя самостоятельной 18-летней женщиной.
Квартира досталась от бабушки, которую отец Кити – вдовец с
трёхлетним стажем – забрал к себе, после того как снова женился
и продолжил роль отцовства. Так у папы появилась новая семья с
грудным малышом во главе, а у Кити – полная свобода. Она училась
на философском и позиционировала себя убеждённым тру-эмокидом.*
Последнее обстоятельство являлось вторым по степени важности в
шкале их вечных споров с Егором, после отказа терять девственность
в первый месяц встреч. Так они и жили: всё время, посвящённое друг
другу, занимались ласковыми делами а в перерывах пускались в жаркие
споры по поводу дефлорации, виргинности и приверженности эмо-культуре,
чуждой Егору почище девственной плевы Кити. И если с последней он не
терял надежду вскоре расправиться, и свято верил, что его час вот-вот
Читать далее...