Не знаю почему, но решил выложить здесь свой старый рассказ. Некоторые мысли, пожалуй, на момент написания были еще сыроваты, так что знаю-знаю, недочетов достаточно. =)

Дом, увитый диким виноградом

Сейчас, когда с тех пор минуло уже несколько лет, этот случай кажется мне странным, едва ли не абсурдным, нелепым, но слишком непонятным и трагичным, чтобы оценить его однозначно.
Мне тогда едва минуло двадцать два года, и мы с матерью и сестрой, что четырьмя годами младше меня, жили с ранней весны до самой поздней осени в летнем доме вдали от городской суеты: светских сплетен, дуэльных выстрелов, балов, наигранных обмороков по случаю едва ли не любого известия, кокетства и флирта. Нет, я вовсе не хочу сказать, что все это отталкивало меня – напротив, из-за пылкости моего характера я всегда оказывался в центре всех событий и интриг, однако рано или поздно я все же уставал от них, и иная сторона души моей – души поэта, идеалиста – тянулась к первозданной природе с ее лугами, озерами и рощами – словом, всем тем, что окружало тот небольшой поселок, где располагалась наша усадьба. С самого раннего детства, с тех пор как я помню себя, мы бывали здесь каждый год, жили неделями, а иногда и месяцами.
Я знал здесь каждую аллею, каждую неприметную тропу, ту какие считались у нас с сестрой «потайными», знал в точности, на какое дерево и как легче забраться, где скрыться от посторонних глаз в минуты обиды…
Теперь, конечно, все это осталось в прошлом, незабываемом, но ушедшем безвозвратно, а в сознании моем все чаще и все яснее проступают картины дней, ушедших не столь давно – осенние аллеи, где мы, восемнадцатилетние, гуляли с Кэролайн, той, которую я зову своей первой любовью, и которая уже два года как замужем за самым близким моим другом… Я помню аромат увядающих цветов, тихий шорох, с которым золотисто-алые листья кленов ложились на землю…
Но ярче всего помню я одиноко стоящий дом, покинутый всеми десятилетия назад. Весь фасад его был увит лозами плюща и дикого винограда, окна с резными ставнями не были видны сквозь листья… Но, помню, более всего удивляло меня всегда то, как прекрасно сохранился он – на стекле не было ни единой трещины, целая, без провалов крыша была так крепка, будто построена была не ранее, чем пару лет назад. Я помню тихий скрип половиц, ступеней лестницы, ведущей во второй этаж, и мельчайшие золотые искры пыли, видимые в косых лучах солнца. Здесь всегда царил полумрак и тишина, - наверное, именно из-за этого я и любил этот дом; кроме меня самого никто в нем не бывал, или, быть может, мне так только казалось, но это уединение, дышавшие стариной предметы мебели притягивали меня туда, заставляли возвращаться вновь и вновь…
Однако на протяжении последних трех лет мы не бывали здесь ни разу – мать по случаю смерти мужа – отца моего – носила траур, считая поездки за город оскорбительными в это время. Однако ж, ежели говорить откровенно, эти три года были самыми тягостными и тоскливыми за всю прожитую мною жизнь: в свете мы появлялись редко, и я порой чувствовал себя словно монах, запертый в своей келье и носящий траурные одежды из-за того лишь, что кто-то счел бы несоблюдение этой традиции дурным тоном.
Итак, прошло почти четыре года со времени наших с Кэролайн прогулок по пустым, тихим кленовым аллеям и поцелуев при луне, и я, наконец, оказался здесь вновь. Боже, как изменилось все! Усадьба наша обветшала, окна мансарды будто помутнели, а сад зарос травой, словно минуло не 4 года, а полвека…
С тоской бродил я по дорогам, что были мне так знакомы и так близки, и вот предо мною сам собой возник дом, увитый диким виноградом, в который я каждый раз возвращался как в свой собственный. Он ничуть не изменился – мне даже показалось, что он, верно, никогда не обветшает, веками будет таким, без единого изменения. Я отворил дверь и ступил внутрь: та же антикварная мебель, золотистые искорки пыли в воздухе, лишь дверь слегка скрипнула, чего не было никогда прежде. Однако внезапно тихий, полный тоски стон – я явственно слышал его! – нарушил тишину. Здесь был кто-то кроме меня! Я почувствовал, как лицо мое вспыхнуло от негодования, а где-то в глубине души даже обиды, и поднялся во второй этаж.
На полу, по средине комнаты, залитой светом заходящего солнца, сидел мальчик лет тринадцати, темноволосый, хрупкого, почти детского телосложения. Он медленно обернулся и посмотрел на меня долгим взглядом больших серых глаз, затем так же отвернулся, не сказав ни слова, лишь с губ его сорвался такой же вздох, полный отчаяния, страдания, чего-то, чего нельзя передать словами…
- Кто ты? – тихо спросил я его, пораженный всем этим, - что ты здесь делаешь? Зачем ты здесь?
- Я не знаю… - произнес он едва слышно, и голос его прошелестел, как шелестит желтеющая листва при легком порыве ветра. Я подошел к нему ближе, так, что бы видеть лучше его лицо, - я умираю…
- Что? О чем ты? Тебе нужна помощь? – я опустился на одно колено возле него и взял его руку в свои, но едва я почувствовал ее холод, как он молниеносно вырвал Читать далее...

Оказывается, я сэмпай!
*счастливый*
Да, Тома-кун, я все еще тупо счастливый от ваших слов! ^^ Хожу и как придурок ловлю себя время от времени на том, что по лицу расползается улыбка… ^^”” Даже не знаю, что еще тут добавить. Сэмпай – это круто. А я, оказывается, для кого-то сэмпай)))

Настроение сейчас - ^^

Мало что в своей жизни я ценю сильнее своих воспоминаний, но что выходит? Сейчас, когда до окончания осталось чуть больше 2 месяцев, я не могу не задумываться об этом – да, я действительно ко многим из нашего класса привязался, почти по всем наверняка буду скучать, но при этом… Думая, что все, кто остаются здесь, будут так же учиться в одних и тех же вузах - может, на одних и тех же факультетах даже! – мне просто-таки нехорошо становится… Почему? Я ведь столько раз говорил, что буду скучать… И это абсолютная правда!
Но я понял одну странную вещь, с подобными которой я еще, кажется, не сталкивался: я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хочу закончить этот <определенный> этап, даже если и буду потом скучать по нему. Непонятно. Нелогично. Даже для меня самого.
А вообще я действительно хочу закончить. Надоело! Действительно на-до-е-ло. Наверное, раньше, в предыдущие школьные годы это чувствовалось не так сильно из-за того, что все равно все знали – хочешь - не хочешь, а продолжать придется. А теперь-то ясно, что не придется, вот оно и разгорелось во мне с новой силой.
А дело, наверное, еще и в том, что я понял одну очень… <болезненную? Нет, наверное, не на столько…> неприятную для себя вещь… Я всегда больше всего в нашем классе, да и в школе вообще, ненавидел эти сложившиеся годами стереотипы, по которым судят о каждом из нас, а теперь я понял… Что так же, как единицы из моих одноклассников ХОТЬ СКОЛЬКО-ТО знают меня, так же и я не знаю почти никого из них… И мне очень больно, что в этом плане я такой же как и они… Но я действительно не знаю этих людей такими, какие они сейчас. Они помнят меня… Кем? Я не хочу этого вспоминать. Честно. Просто не хочу. Наверное, одна из тех немногих вещей за 17 лет моей жизни, которую я действительно не хочу вспоминать – начальная школа. Но ведь и я единицы из них знаю такими, какие они сейчас, а не такими, какими они были несколько лет назад!

Интересно, поменялось ли хотя бы что-то в их стереотипе обо мне за последние 2 года? Ну да, разве то только, что теперь нашу троицу считают просто психами… А меня даже это радует. В последнее время действительно очень часто вспоминаю слова Ню <обо мне любимом, о ком же еще ^^ > : «Никогда еще не встречала человека, которому было бы так искренне приятно, когда ему говорят, что он плохой…» Что здесь добавишь?..
Конечно, я прекрасно понимаю, что за эти 2 месяца – как бы я того ни хотел – ни о ком в классе мнение уже не изменить…

ха, может, это и есть одна из причин, почему я не хочу возвращаться к этому этапу?..

Весна.
Этот апрель я пропустил… Когда шестого мы гуляли, было уже по-весеннему тепло, даже почти жарко, но деревья стояли все еще сиротливо-голые. Теперь… Когда я вышел после болезни на улицу? Одиннадцатого апреля. Вышел и ахнул – все зеленое, пахнет почками, листьями, одним словом – весной. И люди все весенние, даже в футболках. Прошло ведь всего 5 дней!
Этот апрель я потерял. Безвозвратно потерял – даже в окно не видел, как все позеленело… Весна ведь только, казалось бы, началась… В мае у нас обычно уже стоит летняя жара, так что весна, можно сказать, уже идет на убыль…А я ее даже из окна не видел.
Сегодня дождь. Весь день сумрачно. Нет, я люблю дождь – любую погоду люблю, но утром было чувство, будто на дворе сентябрь, а не апрель…
Вроде, такая мелочь, правда? Подумаешь, листья распустились – по таким мелочам убиваться и жизни не хватит, да вот только… В этих-то мелочах и есть жизнь. Моя, по крайней мере. Эти-то мелочи и делают мою жизнь жизнью, а не существованием… Оттого и обидно их терять.

Настроение сейчас - дождливое

Да, это было год назад, ровно год назад, в первую неделю апреля… Я тогда еще отходил от бури эмоций после затянувшегося по тех причинам просмотра Икса, как меня буквально с первых же кадров заставки и звуков песни потрясла эта вещь… Чем потрясла? Достаточно сложно сказать вот так сразу и однозначно, мало на кого из моих знакомых она производила подобное впечатление. А на меня… Наверное, своей атмосферой. Психоделичность. Отрешенность. Одиночество награни паранойи, озаренное внезапно новым непонятным чувством. Здесь было все, что переполняло тогда мою душу: как уже было сказано, безграничное одиночество – по сути, все герои Loveless одиноки или были таковыми до тех пор, пока… Здесь были безысходность, острая боль любви и еще большая боль нелюбви… Потеря <самого> любимого человека, ложь во спасение, непонимание, и этот вечный суффикс «-LESS» в названии каждой серии… Что-то невесомое с первого взгляда, но давящее и с каждой серией все сильнее заставляющее сжиматься сердце… И как точно было сказано на одном форуме «голубые тона и молочная грусть».

И, разумеется, - я люблю оставлять на потом самое главное ;) – там были Рицка и Соби. Рицка – ушедший в себя почти параноик, - чье имя хотел взять своим, если б не был уже Хисокой… (Хотя теперь все же не жалею, что не сделал этого)тот самый Рицка со всеми его фразами и вопросами, от которых по рукам бежали мурашки и становилось отчего-то очень холодно и одиноко… И Соби – так и оставшийся для меня самым загадочным героем виденного аниме… Что здесь добавишь? ^^

… Уж не словами ли из Loveless мы говорим теперь чаще всего?
«Нет смысла делать воспоминания с теми, кто ничего для тебя не значит»
«Если я вспомню себя, каким я был два года назад, я нынеший исчезну?»
«Suki… Nani ga suki?..»
И конечно «Я не тот Рицка, которого дома ждет мама»
А еще «взглядом номер не наберешь», которую я вспоминал так часто сумеречными летними вечерами…

Да, и еще девятый эпизод… Его я вспоминаю сейчас едва ли не чаще прочих: «Skin is a nuisance. It’s only a nuisance…»

Потом было еще 2 просмотра, 9 томов манги – и каждый раз я видел что-то новое… Но тот, первый раз, он запомнился, мне кажется, навсегда, те неописуемые чувства в сердце и самый главный вопрос после 12й серии: «Это… все?..»

Настроение сейчас - светлое

[640x360]

[310x319]
Кажется, я все-таки выжил. =) Вот уж не думал, что у меня будет когда-нибудь температура 40.3, и что от такой температуры реально начинаются бредовые глюки! (А какой, скажите, здоровый человек будет в 3 часа ночи собирать по кусочкам желто-коричневый земной шар, понимая при этом, что он действительно не спит?! =Р) В общем, глюконуло меня действительно неплохо.. %)

Завтра иду в школу делать воспоминания. Делать воспоминания с нашим классом мне почему-то в последнее время особенно радостно, все-таки люблю я их… И знаю, что буду скучать… По ***, по ***, по *** с *** и по многим другим, наверное, тоже буду… И – главное - по атмосфере уходящих дней.
Так что теперь воспоминания для выпускного фотоальбома для меня особенно важны, и потерять их было бы жутко обидно. Ведь я не только не хочу забывать – я еще и не хочу быть забытым. ;) Мне, правда, вчера сказали, что я сейчас «бледнее смерти» и на фотках буду похож на привидение… (на то я, собственно, и Шинигами ^__^) Что ж, пусть хоть таким меня запомнят! =D =D На самом деле это не важно, я просто хочу быть там. Может, я трудоголик, но вот так лежать в состоянии овоща почти неделю для меня невыносимо!

З.Ы. Интересно, много ли народу сляжет с температурой 40.3 после моего завтрашнего появления в школе?.. ^__~

Настроение сейчас - уже вменяемый ;)

Мои перепады настроения меня просто убивают.
Потому что уже вторые сутки я хожу тупо без причины счастливый, а еще только позавчера, забившись в угол, учил уроки до половины второго ночи, чтобы хоть как-то отвлечься. Всегда, когда депрессия, учу уроки…
Теперь... Как я вчера очень точно сказал Ню: «Просто у меня хорошее настроение впервые за эту гребаную неделю!»

А еще я наконец-то выспался… (вчера вспоминал Мориту-сана из «Меда и Клевера», который пропадал на несколько дней, а потом приходил в свою комнату и отсыпался как минимум двое суток ^__~ ) Потому что вчера я лег, вернее сказать, отключился в 17, а встал только в начале девятого утра…

… Досматриваю Yami no Matsuei. И понимаю внезапно, что это было… РОВНО 2 ГОДА НАЗАД. Целых 2! Так странно это осознать… Какой это просмотр? Кажется, третий… Уже третий? Или еще третий?... Странно это все…
Киото…ведь до сих пор по рукам бегают мурашки, и что-то внутри переворачивается, когда начинаются те эпизоды, которые я знаю наизусть… И каждый раз, я уверен, сколько бы раз еще я не посмотрел Yami, каждый раз я открываю что-то новое для себя.. Не хочу пафосных слов, но без Yami no Matsuei я действительно был бы сейчас кем-то совсем другим. Совсем-совсем другим…
Нет, Дети Тьмы – это не любимое аниме, это что-то куда глубже, это уже часть меня самого. Странно, вот уже 2 года это часть меня самого…

... А еще я очень сильно хочу попросить прощения у всех, перед кем в чем-то виноват.

Настроение сейчас - подавлен

Снова закрываюсь в себе.
И ничего хорошего это явно не сулит. Не знаю почему, скорее всего именно из-за этого дневника. Черт дернул меня это все писать, а о последствиях я не очень-то подумал... (как непохоже на меня.. О_о)

Сегодня в школьном гардеробе встретился случайно взглядом со своим отражением в зеркале и увидел себя как-то со стороны… Вроде бы и ничего такого: джинсы, клетчатая рубашка, сумка через плечо, ну неформал немного, но одно могу сказать точно – встретив себя на улице, ни за что не подошел бы. Почему? Сложно сказать… Но глаза в зеркале сегодня ясно и резко говорили мне: «Не приближайся». Хотя… может быть, только мне они говорят это с каким-то особым презрением?..
Когда последний раз я переставал хмуриться?.. Ведь даже когда я радуюсь чьей-то приятной компании, не могу перестать думать о том, что это все совсем скоро закончится…Не могу. Никогда!

Почти не сплю. Когда хочу, нет времени, когда оно есть, сон не приходит иногда часами.
Я слишком сильно давлю сам на себя, слишком крепко держу все внутри, но знаю, что если отпущу – будет куда хуже.
Снова загоняю себя в угол.

Я устал от самого себя. Устал от своих чувств, своих мыслей, от своих ошибок… Может быть, действительно пора начать все заново… а может быть и нет.
А еще я устал сомневаться. В своих поступках, своих решениях, в своих чувствах…
Я просто устал.

Наверное, скоро прекращу эту глупую затею с дневником. И почему я не понял сразу, что она бессмысленна?...

Я выхожу на ярко освещенную сцену, предо мной – безмолвный темный зал. Я один, совершенно один – без костюмов, масок – я начинаю свой монолог… Некоторые его части я знаю наизусть, слово в слово, на некоторых путаюсь и запинаюсь…
Предо мной, в темном зале, загораются огни, и я вижу пред собой знакомое лицо в одном из первых рядов. Что-то в груди обрывается, говорить становится и труднее, и легче одновременно. Несколько минут спустя – еще один луч света падает в зал, и я вижу второе лицо, ближе, затем еще и еще, по всему залу…
Я знаю, свет никогда не озарит его весь, я никогда не охвачу взглядом всех слушавших меня. Но с каждым новым слушателем в передних рядах, мне становится все страшнее, я теряюсь, путаюсь и сбиваюсь в словах… Светлый трепет в груди перерастает отчего-то в жгучую боль, которую я не могу унять, как бы я ни успокаивал себя…

…Я один на ярко освещенной сцене…
Без костюмов, без масок, на фоне блекло-зеленоватых декораций… Я чувствую холод, и вновь просыпается в моем сердце непобежденный до конца страх сцены.
Все они собрались здесь послушать мои речи, но взгляд мой с самой первой минуты выхода прикован к одному лишь лицу, и, как бы ни хотелось мне окинуть взором каждого из них и каждому, кого люблю, тепло и искренне улыбнуться, я не могу оторвать взгляда от того, кто появился в этой темноте первым…
И сердце жгут вина, боль, смущение пред теми, в чьи глаза я не могу отчего-то посмотреть… Лишь молюсь безмолвно, что они поймут меня сами…

Настроение сейчас - пустота

[384x288]
Странные люди - попутчики. Когда я описывал эпизод подобной встречи в Повести, мне, несмотря на то, что это моя любимая глава, все казалось каким-то надуманным и неестественным... Писал и думал о том, с какого вообще перепугу они друг другу рассказывают такие вещи о себе?! Людям, которых видят впервые...

А я сам? Ведь, если подумать, те, что ехали со мной 27 и 31 марта.. Будь обстоятельства чуть-чуть другие, и я бы первый полез знакомиться... Я! Действительно дико звучит.
И ведь много бы чего рассказал... Не понимаю, отчего так...

Настроение сейчас - светлое, с привкусом ностальгии

Все! Достало! Все достало!!!
Надоело!!
ПОЧЕМУ ТАК ВСЕГДА ПОЛУЧАЕТСЯ?! ПОЧЕМУ Я САМ ВЕЧНО ПРИДУМЫВАЮ СЕБЕ ПРОБЛЕМЫ? ПОЧЕМУ ВСЕГДА САМ ВСЕ СЕБЕ ПОРЧУ? ПОЧЕМУ НЕ МОГУ БЕЗ ЭТОГО ЖИТЬ? ПОЧЕМУ НЕ МОГУ ЖИТЬ НОРМАЛЬНО?! ПОЧЕМУ НЕ МОГУ БЫТЬ НОРМАЛЬНЫМ ЧЕЛОВЕКОМ? ПОЧЕМУ НЕ МОГУ НОРМАЛЬНО ОБЩАТЬСЯ С ЛЮДЬМИ, ПОЧЕМУ НЕ МОГУ НОРМАЛЬНО ЛЮБИТЬ, ПОЧЕМУ НЕ МОГУ НОРМАЛЬНО ЧУВСТВОВАТЬ СЕБЯ ЛЮБИМЫМ?!
ПОЧЕМУ ТАК НЕНАВИЖУ ЭТОТ КРИТЕРИЙ "НОРМАЛЬНОСТИ"?! И ПОЧЕМУ ХОЧУ БЫТЬ НОРМАЛЬНЫМ? ПОЧЕМУ ПРИТВОРЯЮСЬ, ДАЖЕ СЕБЕ ЛГУ, ЧТО ХОЧУ БЫТЬ НОРМАЛЬНЫМ? ПОЧЕМУ НИКОГДА ТАКОВЫМ НЕ СТАНУ?!
ПОЧЕМУ-ПОЧЕМУ-ПОЧЕМУ!!! ПОЧЕМУ ЗАДАЮ ТАК МНОГО БЕССМЫСЛЕННЫХ ВОПРОСОВ, ПОЧЕМУ ТАК НЕНАВИЖУ СЕБЯ ЗА ЭТО И ПОЧЕМУ НЕ МОГУ ЖИТЬ БЕЗ НИХ? ПОЧЕМУ НИКТО НИКОГДА НЕ СМОЖЕТ МНЕ НА НИХ ОТВЕТИТЬ?!

ПОЧЕМУ????!!!!

Настроение сейчас - злойзлойзлойзлойЗЛОЙЗЛОЙЗЛОЙ!!!!

… Мало чего я боюсь сильнее, чем любви… Вернее нет, не любви, а влюбленности… Я начинаю презирать себя и ненавидеть свое тело… особенно теперь…

«…Я боюсь любить, но жизни без любви боюсь еще сильнее…»
Да, ведь без любви, как бы сильно я ни боялся ее, моя жизнь была бы слишком страшна... И все же...
Боюсь превязанности, потому что из нее ничего не выйдет...
Боюсь влюленности, потому, наверное, что никогда не знал взаимности....
Боюсь Любви, не зная, что это, боясь узнать, не желая разбираться, почему боюсь узнать...
Все так сложно, что голова идет кругом!

<недописано>

Настроение сейчас - болезненное..

…Чувства те же, но не понимаю,
Сколько можно жить, любя украдкой,
Очень сложно скрыть твои повадки,
Очень сложно скрыть мои страданья,
Очень-очень-очень-очень неприличное желанье…

(из одной презабавной песенки Тату)

Сестренка… Я знаю, что рано или поздно ты это прочитаешь))) Если бы ты только знала, как точно попала тогда, на набережной, своими словами «Ну мы же все в тебя верим!..» Знала бы ты, как это больно и страшно… Ничего страшнее у меня, наверное, не было… Когда все вокруг верят и ждут, и даже почти знают уже, что я поступлю… А если нет?! Что тогда? Я ведь себя не прощу! У меня… у меня сейчас такое чувство, что я еду поступать не для себя, а для кого-то другого…
Вот, снова… снова что-то для кого-то… Жить для кого-то у меня никогда не хватит ни сил, ни – тем более – благородства, а существовать так, для других, больше не могу. (А вообще-то я сейчас на практике прохожу то, что учил к универу – ролевой конфликт на том этапе, когда выполняемая роль не совпадает с ожиданиями окружающих… Что-то я заучилсо %) Да что «заучилсо» - ни шиша ведь не делаю! Я в смятении: лишь полтора месяца… и столько ожиданий.

А еще… спасибо за ту ночь – с 28 на 29… Я ведь действительно много понял, а главное – на самом деле нашел причину своего желания… нет, уже навязчивой идеи ухать.
Спасибо.

Питер…
Если Блок писал «Русь моя, жена моя!», то я, кажется, хочу написать «Петербург мой, жених мой!» не муж еще, но дай бог скоро станет…- ну, яойно как-то получается, но тем не менее)))
Да, это сказка… Попадая туда – даже вот так, редко, я ведь 3й раз за всю жизнь там! – попадаешь в сказку… и мне так сложно представить свою дальнейшую жизнь в сказке… Да, Тома, вы невероятно точно подметили – а что потом?.. А я ведь не задумывался.. вернее нет, задумывался конечно – я собираюсь пожить, наконец, для себя, а не существовать ради других, - но все же… Эта строчка в вашем дневнике вчера почему-то меня ввела в легкое замешательство…

А все-таки даже вот так, на неполных два дня, Питер – это свобода. Такая свобода, какой не было для меня, пожалуй, еще нигде прежде… Ветер, солнце, волны, невысокие старые дома в переулках – я весь все еще там, навсегда там, сердцем, душой – навсегда там, словно эльф, увидевший однажды далекое Море… Это чувство нельзя передать словами – только почувствовав сам, поймешь!

Черт возьми, два часа как с поезда и сразу к компу! За 5 дней пришло 26 писем… мыслей так много, что не знаю, с чего начинать…

За эти пять дней… Я возвращаюсь сюда и по каким-то отрывочным фразам, постам, эсэмэскам понимаю, что здесь, где меня не было, за эти пять дней прошли будто бы месяцы, прошли мимо меня, а я совсем не в курсе… За пять дней… И что-то тогда будет потом?..

Черт возьми, мыслей действительно слишком много…
Не знаю, кому отвечать первому, куда смотреть, куда тыкать, на чьи звонки отвечать… И так много хочется сказать о том, что произошло… Завтра, завтра, все завтра! (все равно в школу не пойду;))
Так много… действительно, слишком много надо сказать... всем. И каждому по отдельности…

Настроение сейчас - сумбурное

Посмотрел клип L’Arc~en~Ciel Blurry eyes...

У меня моральная травма.(( Ни за что не поверю, что мою любимую Lost Heaven поет ЭТО!… Мой мозг отказывается это воспринимать… Какой ужас… Почему даже со своим мужским хрипловатым голосом он выглядит девочкой?! Ну почему??!
…Все-таки японцы странные люди… О_о

Настроение сейчас - почти разочарование

О самом сокровенном рассказывают только совершенно чужим людям. (Гилберт Честертон)

Все, что ты говоришь, говорит о тебе, особенно то, что ты говоришь о других. (Поль Валери)

Существуют вещи, которые только затем и прячут, чтобы их показать. (Мишель Монтень)

Настроение сейчас - Kuso, опять ничего не успеваю!

На улице тепло, весна. В наушниках радостное “Let me go seven days!” …
Через 3 дня еду в Питер. Почему-то мне это сейчас немного безразлично, потому, наверное, что я не представляю себе возвращение туда… снова…
А сейчас, почему мне сейчас так радостно? Ускоряю шаг будто в такт музыке, хочется петь, громко, с чувством… Внутри что-то трепещет.

Let me go seven days!
Каникулы начались.