Катя всегда была красивой. кстати, внешне, она тоже всегда была красива...
и что бы там не говорили про Катю, она всегда была для него.. она и сама ни раз говорила, что он, и больше никто..
и она всегда была с ним.. и сейчас с ним, Я даже не сомневаюсь.
доктор, можно мне хоть крошку лекарства.. капельку.. песчинку.. просто, чтобы Я был уверен, что это нужно не только мне.
атом, намёк, галограмма...
док, избавь меня от боли, чтобы Я мог привести всё в порядок..
избавь от холода ожидания, дай свет в темноте..
Вова, Ты чего? фильмов насмотрелся?
к этому нельзя быть готовым!
нельзя! блять, просто пойми!
думаешь мне так прикольно? думаешь Я стальной и мне все-равно? или у меня есть охуительный секрет, как не сойти с ума и не переломить свою жизнь в щепки?
хуй! нет ничего!
плохой день?
как ты судишь о том, каков был день?
все перемены ведут к лучшему, дело в том, что не всегда сразу понятно...
в любом случае, голова сейчас пульсируeт только одной мыслью..
единственной мыслью..
единственной.
представь, нитка. и ты держишь её из-за всех сил.
она тянется через десятки, сотни киллометров.. через сомнения и подозрения, через эмоции и чувства, через эти бесконечные мысли и мечты. через тепло воспоминаний, через боль и обиду. где-то там, чуть выше облаков, и чуть ниже звезд. на той высоте, где летают смски..
и вот она уже тянет тебя через океаны и пустыни внутренних миров, и ты с упоением погружаешься в эти миры.. предавшись забвению, вкушаешь каждую секунду с ненасытностью сладострастного вампира.
дааа. вот оно..
у меня во дворе волшебная страна. её не видно, но это не потому, что она маленькая..
и только выпадет снег, как происходит чудо... и волшебная страна появляется во всей своей красе.
окруженная снежно-ледяными кристаллами, она цветет зеленью, словно край вечного тепла.
там, наверное, тепло.. в этом месте...
то есть... в том, месте...
In faith, I do not love thee with mine eyes,
For they in thee a thousand errors note;
But 'tis my heart that loves what they despise,
Who in despite of view is pleased to dote;
Nor are mine ears with thy tongue's tune delighted,
Nor tender feeling, to base touches prone,
Nor taste, nor smell, desire to be invited
To any sensual feast with thee alone:
But my five wits nor my five senses can
Dissuade one foolish heart from serving thee,
Who leaves unsway'd the likeness of a man,
Thy proud hearts slave and vassal wretch to be:
Only my plague thus far I count my gain,
That she that makes me sin awards me pain.