"Освенцим не упал с неба... Перенесемся на некоторое время мыслями, воображением в начало 30-х годов в Берлин. Мы находимся почти в центре города. Район называется Bayerisches Viertel, Баварский район. Три остановки от Кудамма, зоопарка. Там, где сегодня находится станция метро, Bayerischer Park – Парк Баварский. И вот однажды в эти ранние 30-е годы на скамьях появляется надпись: “Евреям нельзя садиться на эти скамьи”. Можно сказать: неприятно, несправедливо, это не нормально, но ведь вокруг столько скамеек, можно посидеть где-нибудь в другом месте, ничего страшного.
Это был район, населенный немецкой интеллигенцией еврейского происхождения. Там жили Альберт Эйнштейн, нобелевский лауреат Нелли Закс, промышленник, политик, министр иностранных дел Вальтер Ратенау. Потом в бассейне появилась надпись: “Евреям запрещен вход в этот бассейн”. Можно снова сказать: это неприятно, но в Берлине есть столько мест, где можно купаться, столько озер, каналов, почти Венеция, так что можно где-то в другом месте. При этом где-то появляется надпись: “Евреям нельзя принадлежать к немецким певческим союзам”. Ну и что? Они хотят петь, музицировать, пусть соберутся отдельно, будут петь. Затем появляется надпись и приказ: “Еврейским, неарийским детям нельзя играть с немецкими, арийскими детьми”. Будут играть сами. И тут появляется надпись: “Евреям мы продаем хлеб и продукты питания только после 17 часов”. Это уже проблема, потому что меньше выбор, но, в конце концов, после 17:00 тоже можно делать покупки.
Внимание, внимание, мы начинаем жить с мыслью, что можно исключить кого-то, что можно стигматизировать кого-то, что можно отчуждать кого-то. И так, медленно, постепенно, день за днем люди начинают с этим жить – и жертвы, и палачи, и свидетели, те, кого мы называем bystanders, начинают привыкать к мысли и к идее, что это меньшинство, к которому принадлежит Эйнштейн, Нелли Закс, Генрих Гейне, Мендельсон, другое, что оно может быть вытолкнуто из общества, что это люди чужие, что это люди, которые разносят бактерии, эпидемии. Это уже страшно, опасно. Это начало того, что через минуту может произойти.
А дальше идет уже насильно, и так: запрет принимать евреев на работу, запрет эмиграции. А потом последует быстрая отправка в гетто: в Ригу, в Каунас, в мое гетто, в Лодзинское гетто – Лицманштадт. Откуда большинство будет потом отправлено в “Кулмхоф”, в Хелмне, где будет убито газом в грузовых автомобилях, а остальные отправятся в Аушвиц, где будут удушены насмерть “Циклоном Б” в современных газовых камерах. И тут применимо то, что сказал господин президент: “Аушвиц не упал вдруг с неба”. Аушвиц протоптан маленькими шажками, приближался, пока не случилось то, что произошло здесь."
Посмотреть полностьюКстати, еврейский нацист Познер уже сравнивал непривитых с животными и предлагал загнать их в вольеры. Видимо, чтобы еврейский нацист Познер мог ходить между этими вольерами со своими внуками, показывать пальцем на людей в клетках и смеяться, что-то объясняя детям.
https://a-nikonov.livejournal.com/4069818.html