http://www.inosmi.ru/africa/20111107/177250037.html
Еще недавно их приветствовали как освободителей, но теперь бойцы ливийских повстанческих сил начинают злоупотреблять гостеприимством жителей Триполи
Ник Мео (Niсk Meo)
Триполи - Момент осознания для Абдула Моджана наступил тогда, когда хорошие парни бросили его в багажник своей машины, захлопнули его и увезли его в плен.
Когда они, наконец, остановились, и вытащили его наружу, он спросил их: «Что вы делаете? Я такой же революционер, как и вы! Я никогда не поддерживал Каддафи».
Но бывшим повстанцам было все равно. Им пришелся по вкусу новый офисный квартал на западе Триполи, которым управлял г-н Моджан, и они захотели получит ключи и документы на владение. Он пытался договориться с ними, взывая к их разуму, и указывая, что вокруг полно стоящих пустыми правительственных зданий.
Однако все было тщетно. «Мы жертвовали ради этой революции, а вы нет, и теперь мы возьмем то, что хотим, - сказал ему дерзкий и самоуверенный 18-летний юноша. «Получишь здание обратно, когда революция закончится».
Спустя неделю, в разговоре с журналистом Sunday Telegraph, г-н Моджан все еще не мог поверить в произошедшее, признав, что ему еще повезло, что его не избили, хотя с тем, что у него из машины украли 5 000 динаров (2 550 фунтов стерлингов), поделать он ничего не смог.
За последние недели с подобной мрачной утратой иллюзий столкнулись многие жители Триполи. Их освободители, по-прежнему расхаживающие с важным видом по городу в беретах в стиле Че Гевары и вооруженные до зубов, так и не уехали обратно в свои родные города, как обещали. Кроме того, они так и не начали сдавать оружие, которое они использовали в борьбе против Каддафи, как, по их же словам, намеревались сделать.
«Когда они говорили «Ливия свободна», они имели в виду машины, холодильники и телевизоры с плоскими экранами», - гласит одна из шуток, циркулирующих в триполийских кафе (игра слов - free означает и свободный, и бесплатный - прим. перев.). Историями о вооруженных людях, захватывающих дорогие машины на контрольно-пропускных пунктах, выдавая расписки о том, что они будут возвращены после революции, нервно обмениваются за чашкой чая.
Еще более тревожными, чем грабеж, стали сообщения о вооруженных столкновениях между ополченцами. В одном лишь Триполи за последнюю неделю произошло три больших стычки: перестрелки в больнице, на Площади Мучеников и в военном аэропорту, в ходе которых несколько человек погибли и десятки были ранены.
Кроме того, в стране происходят аресты и задержания. Бои закончились, но революционеры не бездельничают. Они занимаются тем, что устраивают облавы на сотни предположительных сторонников Каддафи в рамках крупномасштабной «охоты на ведьм», причем их выводы часто основываются не более чем на слухах и голословных обвинениях.
Один человек, сторонник революции, который был полон надежд еще месяц назад, описал, как его сводного брата Омара захватили вооруженные люди из Мисраты. Они действовали от имени богатого бизнесмена, с которым у Омара был спор несколько лет назад.
«Они пришли к нему в дом, и Омар пошел с ними, потому что он верил в революцию, и думал, что возникло какое-то недоразумение, и скоро с этим разберутся», - сказал этот человек.
«Но когда они приехали в Мисрату, они бросили его в свою частную тюрьму и заявили, что будут бить его по пяткам, пока он не признается. Это старая турецкая пытка под названием фалака. Он действительно испугался, и ему удалось бежать, убедив одного из них, терзавшегося происходящим, отпустить его. На следующий день они появились у его дома и начали угрожать его жене и детям. Вы можете в это поверить? Теперь у нас сотни маленьких Каддафи».
«Нет никого, кто мог бы остановить их, и они убеждены в том, что раз они страдали на войне, теперь у них должна быть возможность делать все, что хотят. Если это будет так продолжаться и дальше, я действительно опасаюсь за нашу революцию».
Проблемы Ливии не выглядели бы столь опасными, если бы имелось надлежащее правительство, которое могло бы справиться с ними. Но вместо этого, спустя более двух месяцев после изгнания Каддафи из столицы, в стране по-прежнему наблюдается вакуум власти. Никакого правительства не сформировано, потому что бывшие повстанцы не могут прийти к согласию по вопросу о том, как разделить власть. Новый премьер-министр, назначенный на прошлой неделе, является профессором в области электротехники. Сам он родом из Триполи, но провел большую часть последних трех десятилетий в университетах в Алабаме и Северной Каролине - и был выбран потому, что такой выбор никого не обижает и ни у кого не вызывает раздражения.
Абдул Рахиму аль-Кибу (Abdul-Raheem al-Keeb) еще только предстоит доказать, что он больше подходит для управления бывшей диктатурой, наводненной оружием и раздираемой племенным и региональным соперничеством, чем для управления факультетом университета.
Ожидания высоки, а список задач, которые перед ним стоят - ошеломителен и пугающ: ему
Читать далее...