[699x525]
[700x483]
Катя пашет неделю между холеных баб, до сведенных скул. В пятницу вечером Катя приходит в паб и садится на барный стул. Катя просит себе еды и два шота виски по пятьдесят. Катя чернее сковороды, и глядит вокруг, как живой наждак, держит шею при этом так, как будто на ней висят.
Рослый бармен с серьгой ремесло свое знает четко и улыбается ей хитро. У Кати в бокале сироп, и водка, и долька лайма, и куантро. Не хмелеет; внутри коротит проводка, дыра размером со все нутро.
Катя вспоминает, как это тесно, смешно и дико, когда ты кем-то любим. Вот же время было, теперь, гляди-ка, ты одинока, как Белый Бим. Одинока так, что и выпить не с кем, уж ладно поговорить о будущем и былом. Одинока страшным, обидным, детским – отцовским гневом, пустым углом.
В бокале у Кати текила, сироп и фреш. В брюшине с монету брешь. В самом деле, не хочешь, деточка – так не ешь. Раз ты терпишь весь этот гнусный тупой галдеж – значит, все же чего-то ждешь. Что ты хочешь – благую весть и на елку влезть?
Катя мнит себя Клинтом Иствудом как он есть.
[320x267]
| А вы бы сели в 37-ом? |
[показать] «По тундре, по железной дороге, где мчится поезд Воркута-Ленинград»… Списывайте слова. В годы сталинского культа у вас не было никаких шансов остаться на свободе. И не потому, что вы такой яростный боец за идеалы демократии — а потому что слишком многих раздражаете самим фактом своего существования. На вас однозначно написали бы донос. Тем более, что и биография у вас подкачала, и осторожности никакой… |
| Пройти тест www.aloepole.ru |
вот какая незадача, я последнюю неделю злой и раздражительный. Причем это не потому что я забыл, что так нельзя, я как раз очень помню и даже в момент самой крайней раздражительности понимаю что я безусловно свинья редкая. Может это понимание как-то где-то и полезно, но на результате не сказывается и бодрости не прибавляет. У меня как то нет возможности это раздражение вылить на окружающих так чтоб наорать там или еще что. Покусываю так неопасно, а грызу в основном себя. И опять понимаю как это неумно и неконструктивно и опять это не сказывается на результате и не прибавляет бодрости. Скажете - молись Вася. Молиться это дело. В молитве душа успокаивается, становиться легче дышать и тепло на сердце. Но когда понимаешь что то змеиное отношение к окружающим никуда не делось, начинаешь понимать что с молитвой что то совсем не так. Какие то моменты проходят, временами становиться спокойнее, но в целом одинаковый противно-злой фон.
Это мысль у меня формировалась давно. Вообще еще отец меня заставлял в школе завести синюю общую тетрадку и ходить к деду расспрашивать о наших корнях. Ничего у отца не вышло - написал полстраницы плохим почерком и все. И вот уже отец у меня подошел к семидесяти годам, и сын школьник. Но я не буду его заставлять заводить тетрадку, таки возьмусь сам. Я не смогу сразу взять и написать все о своей семье, в таком гладком виде, с древом и развернутыми комментариями. Я просто буду писать об этих людях, багодаря которым я живу, о тех кто давно ушел, и о моих родителях, чтобы все кто это читает тоже их полюбили, и помолились тепло, как о своих. А Господь - милостив, глядишь и соберемся когда нибудь все вместе, и узнаем друг друга.
Моя Наташка всегда тяжело воспринимала перечисление имен в Библии, вот родословие Авраама и тд.. Ну вроде зачем? А я говорю - а ты представь, как было евреям вычеркнуть эти имена, когда кто то мог взять Книгу, да не просто книгу, а ПИСАНИЕ и сказать - смотри , вот видишь, вот наш с тобой предок, сынок, мы из колена Завулонова, вот от этого и этого..
Ну и чтобы не ограничиваться предисловием.
Моя мама рассказала в прошлую пятницу. Когда они пошла в школу, в поселке Полуночное, их учительница Полина Максимовна сказала - Ира иди посмотри сколько времени. А мать то по часам не понимала, сказать не посмела и пошла в муках, как быть, что соврать.. А в это время учительница говорила детям - детям ссыльных, все там были ссыльные. Девочки, (школа была женской) у Иры только сестра и мама, они голодают. Вы должны делиться с ней едой. Она мамку то выставила чтобы не смутить... А когда та пришла напуганная тем что с часами не разобралась, ее соседка Аська, откуда то с Кавказа высланная, радостно шепнула ей - Ирк, велели тебе хлеб отламывать!!! Мать обрадовалась, говорит - Даааа???????? И про часы забыла.
Мама моя в крещении Ираида.
я пропал не потому что пропал, а потому что сначала уставал сильно после работы, потом на ли ру были какие то проблемы, а потом и вовсе интернет у меня сломался. Сегодня починили. Жизнь с выходом на работу приобрела знакомые, привычные очертания, вроде рельсов по которым едешь как трамвай. Утро, душ, погреть кашу налить чай. (я специально не пишу "помолиться" - потому что молитва это как раз когда вырываешься из этой колеи.. Конечно это не всегда и не совсем так, но в том вина не молитвы).Потом остановка, вахта, теплое сиденье, работа , включил компьютер, чай, чертежи, телефон, чай, разговоры, чертежи, телефон. вечер. Длинная дорога домой. Она всегда длинная, иногда и часто я засыпаю. Мы с моей Наташкой едем через лес, и вокруг темно-темно. Летом интереснее и очень красиво, а так - желтые внутренности маршрутки и долго-долго ехать.Дома компьютер, ужин, книжки, поговорить с родителями по телефону , чуть чуть того, чуть чуть другого и Наташка уже говорит пошли молиться надо спать. Вот это и есть жизнь. А все что составляет САМУ ЖИЗНЬ оно не влазит в эти слова и события, оно как огонек над фительком горит и иногда тухнет... А фитилек черненький. Как эта ночь за окном ноябрьской маршрутки.
Вышел на работу. После такого долгого больничного, идти было тревожно и страшно, неуверенность, какая то слабость. Все прошло хорошо. Работа оживляет бодрит и заставляет жить в другом режиме. И сама работа уже какая то интересная стала, и дела пока ходу не набрали тоже какие то занятные, нервничать пока не приходиться...
Начальник видимо пока щадит. Вообще люблю начальника своего. Он мужик суровый, неласковый, очень властный.. Работать заставляет так что головы не поднимешь, лишний раз к нему не подойдешь, рыкнет так что убежишь.. А люблю. Потому что он большой профессионал, и начальником нашего отдела стал уже к пенсионным годам, был он и главным инженером, и парторгом нашего завода кстати. А теперь наш отдел ему так, вобщем семечки. Он фигура другого масштаба. У него идеальный порядок во всех делах, документах, каждое изделие и заказ он знает так же как и конструктор, очень скурпеулезный и ясноголовый человек. Но без всякого либерализма. Вот решил наверное, что меня не целесообразно нагружать и пока особо не трогал.
Вот. К чему я тут такие дифирамбы начальнику пою? удивительно.
Сегодня после литургии поехал к родителям, наговорился вволю с отцом. У меня отец уникальный человек, необыкновенного ума, такта, доброты. Человек что называется безобиднейшей. Рассказывал ему про прочитанное, про блаженного Августина, он тоже пытался его читать, но до конца не осилил, про Гончарова и Кураева. Все это при таком живом интересе к моим словам (не потому что я умный, а потому что я все же сын, его ну и умный человек всегда слушает с интересом). Все это сопровождалось отцовыми комментариями, цитатами, прочел он в своей жизни на порядок больше моего…Потом он долго рылся в шкафу и нашел биографию Паскаля, в которой показал место которое могла бы меня заинтересовать.
Это так называемый "мемориал" Паскаля, таинственный документ, после которого Паскаль сворачивает многие свои дела, находит духовника и поселяется при монастыре.. Его внутренней конфликт исчерпан..
"Лето от Рождества Христова 1654.
Понедельник, 23 ноября, день св. Климента, папы и мученика, и других по Четьи-Минее, канун дня св. Хрисогона, мученика и др.
Часов с десяти с половиной и до половины первого ночи.
Огонь.
«Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова».
А не философов и ученых.
Уверенность. Уверенность. Чувство. Радость.
Мир.
Бог Иисуса Христа.
Deum meum et Deum sestrum («Богу Моему и Богу Вашему». Ин. 20:17 - А.).
«Твой Бог будет моим Богом».
Забвение мира и всего, кроме Бога.
Его можно обрести только путями, указанными Евангелием.
Величие души человеческой.
«Праведный Отче, мир не познал Тебя, а Я познал Тебя».
Радость, радость, радость, слезы радости.
Я отдалился от Бога.
Dereliquerunt me fonten aquae vivae («Меня, источник воды живой, оставили»).
«Боже мой, оставишь ли меня?»
Да не буду разлучен с Ним вовеки.
«Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога,
и посланного Тобой Иисуса Христа»
Иисус Христос.
Иисус Христос.
Я разлучился с Ним: я от Него бежал, отрекся, распинал Его.
Да не разлучусь с Ним вовеки.
Хранить Его можно только путями, указанными в Евангелии.
Отречение полное и сладостное.
На листке пергамента Б.Паскаль также дописал:
Полная покорность Иисусу Христу и моему духовнику.
Вечная радость за один день подвига на земле."
Поздние биографы много придумали про этот таинственный документ, относили его к пророчествам, видениям , галлюцинациям, но я думаю любая христианская душа узнает, то что произошло с Паскалем.
Уходя, долго обнимал отца и мать, не мог никак насмотреться. Дорогие мои старики. Сколько же лет нужно было приносить им горя, чтобы наконец примириться и жить в любви. Дай Бог им многая и благая лета.
Приехал домой, уже скоро спать. Завтра на работу после месяца больничного. Дай Бог крепости и сил.
Сегодня я прочитал, вернее сказать – одолел «Исповедь» блаженного Аврелия Августина. Чтение не из легких, прямо скажу. Читал с середины лета – чуть не полгода. Вот в чем основные трудности чтения – во-первых, книга написанная полторы тысячи лет назад просто не может читаться легко. Слишком все изменилось, образы, идиомы, представления… Во-вторых книга обращена в первую очередь к Богу, и только во вторую к возможному читателю. Тут уместна параллель с Псалтирью, и очень похоже на писания преподобного Силуана Афонского, кстати, и архимандрит Софроний говорит, что слова старца похожи на псалмы. Это вторая и очень существенная трудность – необходимо молитвенное настроение, как при чтении псалтири, иначе и мысль и дух писания ускользает, чтение становиться тяжелым и монотонным. В третьих некоторые места просто очень темны, по крайней мере, для меня. Это относиться и к моему техническому образованию – философ из меня весьма слабый. Иногда блаженный Августин целые главы посвящает, к примеру, сущности времени… Иногда размышляет о сущности первозданной материи по словам книги Бытия «земля была безвидна и пуста».
Но не только из за трудности книги у меня нет привычного чувства удовлетворения от прочитанного – несмотря на долгое чтение, я все же прошелся по верхам. Глубина мыслей святого так поразительна и разнообразна, что естественно, прочитав предложение закрыть книгу и думать над прочитанным, по крайней мере, целый день. Так было не всегда, и многое упущено. Мысли его касаются самых разных явлений, рассказывая о жизни своей, он касается Священного Писания, человеческой психологии, естественных наук, его замечания очень глубоки и драгоценны. Осталось желание пройтись еще раз по книге , выписать эти мысли обдумать еще раз. Если решусь на это выложу их и здесь.
При всем этом книга содержит живую, честную, откровенную историю самого Августина, от юности до зрелости, его ошибки, грехи, ереси – эти страницы читаются легко и очень трогают душу. Потрясает эпизод его окончательного обращения, его часто цитируют христианские авторы.
«В этом великом споре во внутреннем дому моем, поднятом с душой своей в самом укромном углу его, - в сердце моем, - кидаюсь я к Алипию и с искаженным лицом, в смятении ума кричу: "Что ж это с нами? ты слышал? поднимаются неучи и похищают Царство Небесное, а мы вот с нашей бездушной наукой и валяемся в плотской грязи! или потому, что они впереди, стыдно идти вслед, а вовсе не идти не стыдно?" Не знаю, что я еще говорил в том же роде; в своем волнении я бросился прочь от него, а он, потрясенный, молчал и только глядел на меня: речи мои звучали необычно. О моем душевном состоянии больше говорили лоб, щеки, глаза, цвет лица, звук голоса, чем слова, мною произносимые. (…)Так говорил я и плакал в горьком сердечном сокрушении. И вот слышу я голос из соседнего дома, не знаю, будто мальчика ила девочки, часто повторяющий вараспев: "Возьми, читай! Возьми, читай!" Я изменился в лице и стал напряженно думать, не напевают ли обычно дети в какой-то игре нечто подобное? нигде не доводилось мне этого слышать. Подавив рыдания, я встал, истолковывая эти слова, как божественное веление мне: открыть книгу и прочесть первую главу, которая мне попадется. Я слышал об Антонии, что его вразумили евангельские стихи, на которые он случайно наткнулся: "пойди, продай все имущество свое, раздай бедным и получишь сокровище на Небесах и приходи, следуй за Мной"; эти слова сразу же обратили его к Тебе. Взволнованный, вернулся я на то место, где сидел Алипий; я оставил там, уходя, апостольские Послания. Я схватил их, открыл и в молчании прочел главу, первую попавшуюся мне на глаза: "не в пирах и в пьянстве, не в спальнях и не в распутстве, не в ссорах и в зависти: облекитесь в Господа Иисуса Христа и попечение о плоти не превращайте в похоти". Я не захотел читать дальше, да и не нужно было: после этого текста сердце мое залили свет и покой; исчез мрак моих сомнений.»
Сокровище и главы Исповеди, рассказывающие о матери святого, Монике. Это образец смирения, материнской, христианской любви. Очень горячие и трепетные слова, очень живые и настоящие люди.
Книгу эту нужно прочесть. Только сделать это нужно более тщательно и трепетно нежели