Медведь (10 декабря — 10 января)
Медведь — хозяин леса, но не царь зверей, не царь всех лесов, степей, пустынь и гор... и все потому, что раньше Медведя родилась его непомерная лень. Он это знает, с этим свыкся и сжился, сам может рассказать о себе что-нибудь такое, что выставляет в смешном виде.
Только немногие знают, что с виду неповоротливый Медведь обгоняет скаковую лошадь, в состоянии задушить лося и нести в передних лапах, что чует мышиное гнездо под плотным слоем твердой земли и способен достать оттуда мышонка раньше, чем самый ловкий кот успеет сказать «мяу». Но не сила и ловкость делают его хозяином леса.
Его считают главным потому, что при всей своей мощи удивительно прост и беспечен, снисходителен к слабым, не обижает мелочь, а сам довольствуется на диво малым: достать меду, полежать в зарослях малины, нежась и лакомясь от пуза... Медведь на зависть многим зверям и птицам лютую зиму спит в теплой берлоге, что говорит о его великом уме и умении устраиваться... если уж это ему сильно потребуется.
|
[показать]Предлагаю вашему вниманию очень интересную подборку невероятных изобретений, которые до недавнего времени были засекречены, поэтому о них не было ничего известно. Читаем далее о ТОП-14 самых невероятных разработок под грифом секретности.
[показать]... что американец Ричард Хонек провел в заключении 64 года?
Л Ю Б О В Ь
Любовь – что за этим Всеобъемлющим понятием, значением скрывается? Бог, сама жизнь, счастье, здоровье, удача, совершенство? Все перечисленные мной слова – монолиты, гиганты, слова всеобъемлющего стремления к любому пирамидальному их проявлению. Весь мир людей Любовь занимает в одинаковой потребности: для меня, нас, их, им, ей, мне. Любовь вмещает все местоимения и предлагает им союз, сосуществование. Любовь между двумя предполагает рождение многих. Любовь многих раскрывает любовь к одному, скажем к Богу или Вселенскому Абсолюту. Любовь к Богам многих людей созидает Гармонию, единство Духа и Всего Сущего. Я повторяюсь, но мне приятно говорить, писать о Любви, ощущать ее в себе, чувствовать ее в голове, теле, мыслях. Я – гуманист, Люблю, и Любим, искренне желаю всем Любящим и Влюбленным, людям, идущим к этому прекрасному, возвышенному чувству, взаимности. Любовь – это Дар. Она щедра и непрактична. Тысячи раз я подбираюсь к Любви, становлюсь на ее Вершину, стараюсь распознать, потрогать, увидеть. А она напротив – глаза в глаза, рука в руке, разум к разуму. Соединение аур еще больше разжигает костер Любви. Потерять Любовь невозможно; можно потерять личность, уважение к человеку, но Любовь – никогда. Она внутри нас. Мы с ней рождаемся. Я Люблю, Любим, и это чувство расширяет мой разум, который начинает понимать Бога, впитывать Его, разделять Сущность Совершенства и Величия. Бог так Велик, что дает нам ощущение счастья через Любовь. Он недосягаем именно благодаря этому бесконечно высокому чувству...
Любовь – это также постоянное чувство неудовлетворения, желание познать и не быть до конца удовлетворенным. Это – ждать и верить, что дождешься. Это – радоваться, печалиться, грустить и раздражаться тем, что не можешь мгновенно приспособиться, что следует постоянно меняться. Это – плакать от искренности желаний, понимая, что обожаешь. Это – тонуть в обоюдных чувственных глубинах духовно-физической близости. Это – бояться потерять свое второе я, а потеряв – понимать, что живешь за двоих.
Преклоняюсь Любви, Абсолюту, Солнцу и радуюсь, что я весь – весь, без остатка, с Ними. Любовь вечна. Радуйтесь, страдайте, но горите желанием любить, дорогие мои Нomosapiens!
Д Р Е В О Л Ю Б В И
Мы дерево вместе с тобой посадили –
Два корня срослись от любовного дня,
И ветви любви свои листья
[показать] Каждый человек, не сознавая того, что всё, что он воспринимает, происходит как игра воображения, думает, что имеет достаточно чёткое представление о себе и окружающем мире. Именно такое заблуждение ограничивает восприятие человека, не даёт ему возможности увидеть мир по-другому и понять, кем он является на самом деле. Но, может быть, то, что здесь написано, заставит вас иначе взглянуть на себя и окружающий вас мир, поможет вам осознать то, что вы являетесь не только телом и кажущимся «Я», а окружающий вас мир – совсем не такой, каким он вам кажется. И то, что наш мир иллюзорен, является не только эзотерическим знанием, а может быть доказано и с помощью науки.Рассказ из загробного мира.
Кто поверит тому, что записи, которые вы сейчас читаете сейчас продиктованы мной из мира вечности?. Никто. Но в этом нет нужды, потому как, только отсюда можно беспристрастно описать все события жизни в мире страстей. В памяти живых я существую, как художник. Мои картины висят на стенах многочисленных моих живых почитателей. Основным моим жанром в искусстве составляет портрет. Любой человек из написанных мной портретов в действительности обладает живым взглядом. Свойство такого явления, на мой взгляд, я получил от Бога. Я подтверждаю это из мира вечности, где нахожусь сейчас. Быть художником мне хотелось с раннего детства и когда в мои руки попадал карандаш, или кусок угля, я находил для себя полным удовольствием изображать приглянувшийся мне предмет. Ветку, табурет, цветок. Особенно меня привлекало лицо человека. Женщинам я уделял больше внимания. Видимо в моей семье мама, бабушка и зародили во мне страсть к рисованию. Мама объясняла мне свойства и величие природного мира, бабушка буквально ставила мою руку. В общем мир искусства стал для меня духовной составляющей в мире жизни. Родился я в 1913 году. На мои плечи свалились многочисленные войны и революции, но при всем при этом, любовь к жизни для меня была наполнена особым смыслом. Я с честью прошел все человеческие лишения, у меня есть дети, внуки. Одна неверная мне жена и особая любовь подаренная мне Господом в мои 72 года. Работая над возложенной на меня миссией создать галерею из портретов выдающихся людей моей эпохи я принял решение перебазироваться в Москву. Моей основной базой стал Московский Большой театр. Моими первыми натурщиками были М. Плесецка, Вишневская, Васильев, Уланова все знаменитости московской богемы стали смотреть живыми глазами в происходящие события того периода. Меня узнавали, почитали, здоровались, заказывали. Не заметно и я стал знаменитостью среди элиты того времени. Ко мне в мастерскую Большого театра, выделенную для меня лично, приезжали академики АН СССР. Мои выставки с новыми работами демонстрировались четыре раза в год. Работал я, как одержимый и вдруг в коридоре близ гримерки, ко мне подошла молоденькая, натуральная блондинка. Она просто протянула мне руку, при этом представившись.
– Я Наташа. Я приблизил ее очаровательную руку к своим губам, поцеловал.
-Я Валерий Дмитриевич.
– Валерий Дмитриевич, миленький. -Я о вас знаю все. Бываю на всех ваших выставках, слежу за вашей активной деятельностью.
– А можно я у вас буду учиться вашему мастерству?
– Разве я могу отказать такому очарованию, видимому природному сокровищу, когда –либо созданному в образе человека. – Вы ангел. –А что вы делаете в самом высоком храме искусства?
- Я художник гример, визажист, несмотря на мою молодость, из всего художественного училища, именно, я получила направление на работу сюда. – Как славно. Что это произошло.
- И не могло быть иначе, я Наталья Самодурова.
–У вас особая фамилия, из сказки, в которой герои в виде Ивана Дурака, становятся великими, непобедимыми, успешными.
– Вот и вы считаете меня за дурочку, надула щечки Наталья.
–Вы не обижайтесь, барышня, я родом из Одессы, а мы народ с особым качеством, кругом где появляемся сеем юмор.
– Я была с экскурсией в Одессе. У меня даже с головы ваш южный ветер сорвал берету вокзала и его унесло через всю привокзальную площадь.
- Явная примета, что вы вернетесь в наш благословенны город еще.
- Мне Одесса понравилась. Море, тепло, зелено,прекрасная архитектура. Фрукты. Правда, грязи много.
-Одесса прекрастна в любом своем качестве, потому. Что населена лучшими представителями планеты.
– Я вас жду у себя в мастерской. Так я вновь стал Валерием, молодым, жаждущим, полон сил и энергии. Я влюбился. Мне захотелось все сделать для нею, мы стали видется ежедневно. Наталья оказалась хорошей ученицей, с хорошо поставленой рукой художника, ей требовалось только войти в мое состояние, когда я вставлял взгляд любой из многочисленных пишущих мною натур. По всей вероятности нам требовалось соединиться для этого в нашей телесной сути, что и произошло. Правда, блаженство и восторг происходящего надолго выбило нас из графика письма. Я вновь приобрел все мужские качества и пожалуй мог дать форы любому из молодых мужчин в вопросах секса, его