На «Служанку» я в итоге не гневаюсь; посмотри я ее днем, ощущения были бы, наверное, чище – теперь же к собственно оценке ее художественных достоинств неизменно будет примешиваться сильно завышенная самооценка моего ночного подвига (с таксистом все обошлось, спасибо).
Но знаете, по мне так это даже лучше, чем румын – тут авторы точно не думали, как бы им в Канны удачно попасть, просто историю снимали (кстати, снова румын – он же еще и тему выбрал-то какую «фестивальную» - интеграция страны в Европу, опаньки). И история получилась. Я, конечно, думал, что она кого-нибудь убьет непременно – то ли конкуренток своих, то ли подругу, то ли, скорее всего, хозяев. Такая ведь злюка-злюка, злыдня-злыдня. Но то, что она в итоге нормальным человеком становится и новую жизнь начинает – ведь это и прекрасно, про это и надо ведь снимать кино. По воплощению это к хоум-видео ближе, конечно, без операторских изысков – но работает. Сперва мы ее не любим, потом не понимаем, затем вдруг сочувствуем – в жизни как-то похоже все и происходит, не так ли?

Я все-таки пошел в ночной «Пионер» - мотивируя для себя в первую очередь тем, что молодость, былые деньки, надо вспомнить, кровь освежить, глоток жизни вздохнуть. И знаете, что самое смешное – я даже уточнил сперва, достанутся ли мне билеты!.. Ну, то есть, я как рассуждал – если ночные показы устраиваются (да еще один фильм в двух залах разом!), значит, это ведь вроде бы кому-то да нужно!.. И что будет, натурально, дикий лом, толпа молодых, беззаботных киноманов – и плохо, если придется еще два фильма подряд стоять у стенки…

Так вот, в 23.35 нас на Мэддине было в итоге девять (уже потом догадался, что одна девушка – та субтитры гонит), а в соседнем зале, кажется, еще меньше – там докуметалка-победитель Сандэнса шла, причем на сайте обещали, что после просмотра он-лайн конференция с режиссером будет… И в 1.20 на «Служанке» столько же человек набралось - причем так как билеты в разные залы, реально сперва обсуждали вопрос, что надо бы нас разделить...

В чем-то можно это понять. Фестивалю и правда не помешает вторая площадка для повторов, тем более что «Ауди» башляет. А вновь открывшемуся кинотеатру нужна дополнительная реклама – и лучшей платой за несколько пустых сеансов им будет трубеж по всей Москве, что вообще такой кинотеатр есть…

Но стоило ли всё того, что было? Как пелось в песне, я не знаю, зачем и кому это нужно…

Впрочем, пускай. Надо, чтобы народ привыкал. Авось, глядишь… Но я все же за дневные сеансы голосую.

Рене («Сорняки») невероятно милый. Обманчиво вроде бы простой и вроде бы почти ни о чем (ну и обо всем, как всегда), не претендующий, скажем так, на некое особое место в истории. И тем не менее. Невероятно. Милый. Очаровательный. Шарман, или как там говорят.

Там история в том, что у Нее крадут сумку, а Он (оба люди в возрасте, так скажем) потом находит ее бумажник с документами. Влюбляется в фотографию – не ту, что в паспорте, а в ту, что в водительских правах на самолет (самолеты – его мечта). Хочет отдать бумажник сам, не решается, несет в полицию; она потом перезванивает, благодарит. Он: и все? А встретиться не хотите? Я в вас разочаровался. – А потом переживает, что нагрубил, и пишет ей письмо, потом второе, потом третье, названивает на автоответчик, наконец, прокалывает шины. Она жалуется в полицию, те делают мужику внушение. Теперь уже она переживает: как там он? Звонит – трубку берет жена, которая в курсе, что происходит, с самого начала, но совершенно спокойна, не переживает, диких сцен ревности не устраивает, типа, развлекись, дружок. Она решается на встречу, заходит к нему со спины на вечерней улице. Он останавливается, рассматривает ее – и сразу (видятся впервые): «Значит, вы меня любите?». Ну, и далее, не буду уже пересказывать, чтоб вы сами посмотрели, попереживали…

Причем – отдельно – там замечательная фишка с финалом. Вот они встречаются, поцелуй, мигает «Фин», и в знак насмешки над голливудскими финалами – бодрая музыка из заставки «МГМ». И кто-то доверчивый даже успел за эти секунды из зала сбежать… А потом еще действия минут на десять. И в итоге кончается все так, скажем, неоднозначно, что когда идут уже настоящие титры, половина критиков на местах сидеть осталась: а не шутка ли вновь, а вдруг там еще что будет? – и в итоге досидели совсем уже до конца музыки и пленки.

При внешней простоте рассказа там есть целый ряд элегантных вещей, заставляющих затаить дыхание. Например, сцена семейного обеда: вот аперитив на креслах, камера переходит на пустой стол, пустые тарелки, затем почти сразу движется к герою, предлагающему добавки, снова возвращается к столу – там уже наполовину все съедено, все сидят, оживленно беседуют – и все это быстро, почти моментально, и полное ощущение, что одним движением. Что это? Незаметные склейки? Компьютер? Или они стол успели накрыть и все расставить, пока герой порцию еды накладывал?.. Вот как это сделано?.. Или, например, милый такой момент, когда встречаются две подруги в кафе, одна ест аккуратно, ножичком кусочки отрезает, а другая – ням-ням, терзает еду ложкой: волнуется.

И грустная такая вещь. Тут из-за Хауэра (он решил дать мастер-класс) как таковую пресс-конференцию по фильму отменили, заменив индивидуальным общением. А обидно: потому как именно по этому фильму, единственному, лично мне было бы интересно послушать, что люди скажут. Сам Рене, конечно, не приехал, зато прибыла актриса Анн Консиньи, которая как раз жена – очень красивая, в моем абсолютно вкусе, я бы на нее просто так сидел бы и смотрел, ну и спросил бы даже чего, про то, чего это жена у нее такая спокойная, да и вообще, что это было… ну да ладно.

Да, а про Рене еще чего всегда на языке вертится. Так-то я у него до обидного мало смотрел, надо срочно латать брехи, но вот лет десять-двенадцать назад его «Знакомую песню» видел, где все герои не говорят, а поют строчками известных французских хитов. И потом, когда спустя пару лет «Мулен Руж» вышел и все заговорили, какой же это Баз Лурманн молодец, какой интересный трюк придумал, я-то знал, что и до него другие молодцы были.

На «Дракуле» был полный (малый) зал, что очень радует (видевший это продюсер, наверное, доволен); уходить, правда, начали минут через десять после начала, но, к счастью, не в критических количествах, единицы; в финале – аплодисменты, прям прелесть какая.
Причем «Дракула» - это во многом не характерный Мэддин. Во-первых, это, оказывается, балет – если не врут титры, то перенос на экран реально существующей (вавшей) виннипегской постановки. Музыка, все танцуют, редкие титры как-то оживляют действие. Во-вторых, экранизация, как-никак, всем известного произведения – так что известному мэддиновскому безумному мракобесию тут осталось совсем немного места. Я не помню, как собственно в романе, но здесь по структуре преимущество отдано девушкам – сперва Люси, потом ее подруге, а этот, как его, Киану Ривз, выведен практически за скобки.
И в-третьих, самых главных – это далеко не та «фирменная» картинка, из-за которого Мэддина и стоит вообще любить. То есть, тут как-то кусками – есть и реально интересные изобразительные решения, но очень часто есть такие куски, от которых вообще ощущение, что на видео это снято, а потом не совсем понятно зачем в глуповатые цвета тупо раскрашено – в розовый там, в зеленый, в сепию; не, в любом случае это больше мало у кого увидишь и просто так это тоже не сделаешь – но все же не сто процентов радости, как обычно бывает.
Бонусом перед фильмом показали первый сезон «Зеленого порно», тот самый, то я видел еще в Берлине – эх, золотые были деньки!.. Там, кстати, его тоже перед Мэддиным давали, как раз перед «Виннипегом» - вот, вообще, как творческие союзы продвигать надо, тандемом!.. Я в связи с этим вспоминаю, что в Берлине эти фильмики можно было не только в зале увидеть: шатаясь, например, по «Сони Центру», где-то под тамошним музеем кино видел такие, условно говоря, аквариумы, ну, типа, домика улитки, или еще что-то такое, и там окуляр, как в микроскопе – и туда можно было вот так просто заглянуть, если нечего делать, а там – Росселлини; красиво, креативно.
Сейчас еще мучаюсь: если «Север» я пропустил совершенно спокойно, то вот за «Служанку» обидно – и идти ли теперь на нее на ночной показ, заодно и Мэддина того же «Сказки» захватив?.. Ссыкотно только, если честно, потом в три часа ночи домой возвращаться, не мальчик уже, чай - однажды с какого-то показа на ММКФ полночи пешком через весь Ленинский проспект топал… В общем, если все же решусь, а завтра на связь не выйдут – ищите таксиста)

Надеюсь, «Север» не победит, так как я его пропустил. Променял на Мэддина.

На «Архангел(ьск)е» в «Пионере» было меньше двадцати человек. Ну, кто не пришел – тому не надо (к тому же повтор еще будет). Хотя все равно обидно; на ММКФ все же большая половина зала набиралась (правда, там не то чтобы на Мэддина шли – а традиционно на «8 ½»); не знаю, сколько год назад было на «Виннипеге». Впрочем, как я писал, в случае с этим автором надо бы еще и статистику уходов вести – тут вот ушло восемь человек, еще до середины; но зато осталось десять – прожженных таких бойцов, нас ничем не возьмешь!..

Картинка, между тем, прекрасная – в смысле, именно изображение, ну правда, никто не снимает сейчас так!.. Черт, ну что объяснять!.. Хотя и сюжет в чем-то занимательный, не без изяществ. Перескажу его в первую очередь для себя самого, чтоб не забылся. Главный герой – вояка, лишенный ноги; в самом начале ему от чистого сердца дарят ногу чужую – хорошо, что по размеру. Есть еще второй – того в детстве мать хотела отлучить от груди и нарисовала там страшную рожу, вследствие чего он, от шока, забыл не только грудь, но и мать, и стал отличаться забывчивостью и в дальнейшем: сперва, например, клянется в вечной любви – а затем даже не узнает своих пассий. Запомнил он только одну – ту самую, которая и закрывает их треугольник. Зовут ее, по версии второго, Веронька Петрович, по версии первого – Айрис; в какой-то момент память теряет и она. Пребывают они все, значит, в России, сражаются за царя против гуннов (не совсем понял, метафора ли это большевиков – но большевики там есть, их кормят до смерти железными орденами), есть перспектива уехать в освобожденный Мурманск (что-то мне подсказывает, что ни там, ни в Архангельске ни этих героев, ни их фильма явно не ждали бы). Все подкрепляется порой меткими выражениями, которым позавидовал бы вчерашний Джармуш – не стал все конспектировать, но запомнил особо красивое: слепая пуля скашивает ребенка и тот затихает с улыбкой на устах: «Как сладко умереть за Родину!» (тихий – учитывая количество оставшихся голов – смех в зале).

Вместо обещанных 90 минут «Архангел(ьск)» шел 75; не знаю даже, не махнули ли они там ненароком часть какую-то, а то там порою действие довольно-таки вольно и неожиданно скачет – или это фильм так сам по себе?.. Впрочем, лишние минуты позволили мне спокойно успеть к румынскому сеансу в «35 мм» - хотя успел бы и так, беря в расчет огромные задержки, которые на фестивалях, увы, неизменны.

Но хочется еще пару раз по адресу кинотеатра плюнуть. «Пионер», как известно, открыли сейчас заново – уж не знаю, после чего. Чем его улучшали, пока он был закрыт? Может, кафешку делали, или в сортире что… Только вот об условиях кинопоказа – ну, типа, главное, чем должен хвастаться кинотеатр – либо не подумали, либо недодумали.

Ну, еще ладно, медлительность кассирш (при пустом зале меня к ним отправили), это почти везде так – то, что сеанс начинается, их реально никогда не волнует. Но вот когда сидишь в зале, смотришь фильм – и при закрытой двери тебе бьет в уши музыка из коридора!.. Бум-бум – хорошо еще, хоть без слов – ну безобразие же!..

И другое, касаемое и БЗ ЦДП так же – когда же у нас, наконец, научатся там направлять луч из будки, чтоб картинка попадала на экран полностью – а не только большей частью?.. Я не ручаюсь за процент точно – если и не 10%, то 7% наверняка, - но как на Мэддине, так и на румыне верх и низ кадра элементарно уходили на черное поле, отчего герои запросто иногда без голов оставались, да и надпись (в первом случае), взятая крупным планом, буквами за края белого экрана заметно уползала.

Ну и первые 8 минут Мэддин шел без перевода – а там он, между прочим, про любовь что-то важное говорил… Потом, к счастью, включили – когда уже про глистов пошло, тут бы я точно ничего не понял; но это уже к фестивальным службам предъява.

Доколе, в общем; что за страна

Слама, оказывается, тему «гомосексуализма» отнюдь не закрыл, у юноши из Канады (Ксавье Долан, запишите, чтобы запомнить) тоже на этот счет есть несколько слов, но больше его фильм все-таки по проблеме «отцов и детей» проходит.

Но без шуток: «Я убил свою маму» - замечательное кино совершенно, одним только своим существованием оправдывающее существование нынешнего фестиваля, в моих глазах, по крайней мере – было бы горько это не увидеть; так что идите и смотрите – или качайте и смотрите, но непременно.

Причем начинаешь смотреть с заранее подготовленным недоверием: ха, еще один вундеркинд, ну-ну… На ММКФ тоже была как-то схожая картина: пацан какой-то смонтировал фильм про себя и свою житуху, все кричали «шедевр», - но доброй памяти то кино о себе не оставило.

И вот тут поначалу кривишься: вот он на мать дико кричит, вот еще, ну-ну… Когда происходит качественный скачок – непонятно; могу только сказать, что происходит он благодаря актрисе-матери – она реально очень здорово картину на себе тащит. Ну а потом… Потом… Потом уже мальчик-режиссер подключается - и добивает.

Вообще, замечаю, что у меня хвалить хуже получается, нежели ругать. Потому что ругаешь – разумом, доводы какие-то стараешься приводить; а хвалишь – чувствами; ну и как объяснить, что тебя так проняло?..

Но если как-то все же сформулировать, это правдивая картина. Вот есть правдивые картины о детях, их даже много. Есть правдивые о школьниках – уже поменьше, но есть. А вот так, чтоб о детях и родителях, причем не как вторые относятся к первым, а именно как первые – ко вторым… Маловато, помогите вспомнить (только «Послесловие» не называйте, ладно, там возраста другие все-таки). И понятно, почему таких лент (удачных) немного – чтоб получилось глубоко, надо глубоко и влезать…

А Долан не побоялся реально (как подается, во всяком случае) поставить перед собой зеркало. Без вранья. Показав себя говном и подонком. Но ведь все (ладно, многие) дети именно такими и бывают часто по отношению к родителям – отличия разве что в масштабах войны и сроком, когда все же происходит притирка…

Там, кстати, с этим зеркалом порой забавно получается: есть такая героиня, учительница молодая, у нее герой ночует, когда с матерью очередные нелады, так она наутро: у меня большие будут проблемы, если кто узнает, - ну а он кивает. А теперь вот – на весь мир ославил!.. Впрочем, там она из школы потом уходит, так что, наверное, и ничего, уже можно.

На самом деле, я внутренне люблю такие картины, как у Джармуша и этого, как его, румына – чтоб помедленнее, потянуче, чтоб с погружением и т.п., сам бы такие, повторюсь, снимал. Ван Сэнта вот обожаю последнего – «Слон» там, «Последние дни», или «Три обезьяны», например; я в них попал как-то. От таких картин послевкусие порой хорошее; смотришь – тоска, зато потом есть, что вспомнить; ну или сразу как-то на их волне оказываешься.
Но это не отменяет все-таки такого внутреннего убеждения, что сделать такие фильмы легче, нежели те, которые вызывают эмоции сразу. Я не говорю, там, про Тарковского, про Германа – но ведь Порумбойю не Герман, а только восхищается им (сам признается) и идет по стопам, он повторяет (поверхностно) – и повторяет потому, что так повторить легче, чем по-другому (отдельный вопрос, почему в некоторых лентах есть душа, а в некоторых нет). «Погрузить» зрителя, конечно, тоже надо уметь; но вот «окатить» с ног до головы, чтоб до слез – не это ли высший пилотаж?.. Бывает, конечно, что и так, и так, в одном флаконе – но ведь не всегда, далеко не всегда, чаще одни эти самые «погружения» без выныривания… Вы скажете, что весь Голливуд «окатыванием» по рецептам занимается – так ведь нет, не весь. После какой-то по счету сотни фильмов уже отличаешь подлинное от подделки…
Другой момент, что да, в чем-то я могу признать, что «Полицейский» - интересная картина (финал, моменты); на уровне сюжета она и так хороша, я именно про воплощение – про эти монотонные наблюдения, как прорастают на поле колоски. Но разве будешь потом такое пересматривать?..

Название румынского фильма, думаю, по-русски было бы правильнее писать не через запятую, а со скобками - “Полицейский (прилагаетльное)» - в смысле «полицейский роман», «полицейский режим» и т.д. В случае с «милицейским» тут бы не было такого недопонимания.

Вся первая часть построена в жанре дневника наблюдений за природой (еще раз привет Джармушу) или даже иначе, в жанре рапорта, с которым нам даже пару раз предлагают ознакомиться - ну реально, то есть, белый лист крупным планом и читаем с минуту: был там-то, следил за тем-то, тот вышел, пошел, я за ним... Причем мы точно знаем, что парень не врет – перед этим мы все то же самое наблюдали практически в режиме реального времени, хорошо хоть, что слежка не три часа заняла, а минут десять, все перетерпеть можно. И знаете, ко мне вот часто в таких случаях закрадывается мысль, что на самом деле за всем этим – не жажда нового кино, а элементарное неумение построить сюжет и диалог, чтобы было интересно; реально – половина смотревших уверенно скажет, что и сами такое кино без проблем снимут. Ну, что тут такого: снять, как человек пять минут идет по улице? Или пять минут ест? Или пять минут просто сидит, ждет возле кабинета?..

Потом возникает еще такое объяснение, что автору просто нужно нагнать метраж. Ну ведь понятно, что по сюжету – это короткометражка, да кто на короткометражки ходит, куда их зовут, что за них получают?.. А так – нагнал метража порожняком, вот и слава к тебе, Автор, пришла...

Впрочем, потом с действием и репликами как-то постепенно налаживается: герой принимается ходить по кабинетам, разговаривать с людьми – и получается даже штуки три таких полутарантиновских диалога на тему проблем и особенностей румынского языка...

Извините, отвлекусь, Медведев сейчас как раз с этого момента пресс-конференцию начал: отчего так все сложено, что молчание – а потом такие блестящие диалоги, режиссер отвечает, что именно этот ритм нужен фильму, чтобы воссоздать всю эту абсурдную реальность, и все это вместе должно привести зрителя к осознанию того, что такое смысл жизни. На прозвучавший прямой вопрос, что это все фестивальная конъюктура, режиссер, понятное дело, отмалчивается: мол, дело вкуса – ну а когда люди немного врут или не могут ответить так, чтобы сомнения снялись – это не так интересно уже слышать; «время» ему важно, понимаете ли...

Так вот, три диалога. Второй – про недавние исправления в языке; русским авторам тоже имеет смысл откликнуться на то, что у нас в сентябре произошло. В третьем начальник героя спрашивает его о смысле слов – и тот тупо читает толковый словарь: «совесть», «закон», «мораль»... Длинная такая сцена, в которой в итоге тонким образом выясняется, что либо ты коп – либо человек.

И отдельно – про самый первый эпизод, который вообще, если задуматься, много может объяснить вообще о такого рода кино. Там герой сперва тупо ужинает, треть бутылки успевает выпить – камера не движется, герой сидит на кухне. Фоном звучит песня – ее жена слушает в соседней комнате. И вот когда всем уже окончательно надоедать смотреть, как мужик ест, он переходит к жене и начинает разбираться: какая глупая песня, о чем она поет «Чем бы было поле без цветов... Чем бы было море без солнца... Да было бы просто – поле и море, что тут такого?..» Жена пытается объяснить, что дело тут про любовь, он по-прежнему не понимает и пытается постичь, предлагая свой вариант: «Чем бы была зубная паста без щетки?..» Такая вот глубокая получается песня.

Понятно, что фестиваль должен освещать максимальный круг вопросов, волнующих современное общество. Джармушем отметились в пункте «культовые режиссеры». Дюмон – галочка в графе «религия». Богдан Слама со своим «Сельским учителем» отчитался за «гомосексуализм», закрыл, можно сказать, тему.

Я, кстати, видел, оказывается, еще его «Диких пчел» - они победили как-то на «Кинотавре», когда там еще международный конкурс был; и вроде что-то помню оттуда даже – пару кадров, а напомнить – так и про сюжет, наверно, расскажу. И надо же ведь, какая досада со «Счастьем» вышла – ну ничегошеньки не всплывает!.. Разве что посторонний такой, но милый эпизод.

Сижу я, значит, себе в полном зале, скучаю – и вдруг бац! – хватает кто-то за руку. Вздрагиваю, смотрю – помощница моя, по технической части. Я вдруг срочно понадобился гайку какую-то завинтить, а телефон (как у вежливого человека) выключен. Так она пошла в билетную кассу ММКФ, положила перед ними, ну, не знаю, пистолет, наверное, или мандат, ну или всплакнула слезами – и те тут же, с легкостью, за милую душу меня ей мгновенно сдали!.. «Да, на сегодня, на сейчас, он взял билет на «Счастье», четвертый ряд, второе место»!.. То есть, ну никакой тайны вкладов, нигде не спрятаться, все, если надо, расскажут!.. Вот, а что же там на экране тогда было – никак, амнезия.

Даже и не знаю, имеет ли смысл после такой интересной истории еще и про «Сельского учителя» отдельно рассказывать?.. Ну, разве что скажу, что в отличие от Дюмона, Слама не поскупился на психологические подробности: процесс падения и последующего очищения убедительно весьма показан, с нюансами. Интересно при этом было ждать, чем же дело кончится: в советском кино такого парня наверняка бы перевоспитали. Здесь же иначе – в финале три героя из живой, настоящей коровы тянут живого, настоящего теленка (так, у Дворцевого была коза; кто нам первым, интересно, роды слона покажет?) – совместный труд, как известно, умиротворяет и укрепляет дружбу.

Выходя из зала, заметил Рутгера Хауэра – так в темноте показалось, что он едва ли не на ступенечках сидел, сбоку. Тут бы, конечно, хотелось завернуть, какое лицо у него просветленное в этот момент было (или наоборот), да не буду. К слову, когда на пресс-конференции призывали задавать вопросы, я едва удержался от такого: «Г-н Хауэр, вы так классно начинали, были таким вообще молодцом – так х*ли же вы всё просрали и сейчас в таком г*вне снимаетесь, с Макдауэлллом-то на пару?!.» Не, ну честно если – это же главный вопрос, который применительно к нему волновать должен.

И к вечеру, еще, стало вновь понятно, насколько некоторые фильмы выигрывают во времени и в сравнении. Вот я Джармуша слегка натянуто утром воспринял, с холодцой. А глядишь потом конкурс – и тот же Джармуш, который ни на кадр внутри себя не изменился, заблистал прямо новыми красками. Какая мудрая, пронзительная, элегантная картина – думал уже я, когда в очередной раз убедился, что бывает ведь и хуже. Не, правда, Джармуш крутой; я его потом подробнее для себя еще осмыслю – а то, глядишь, и пересмотрю. Вот Тильду Суинтон я там вообще не заметил – и только благодаря каталогу потом понял, что это она и есть, в парике и с зонтиком (то-то она там шутила про Риту Хейворт, что та единственный раз снялась блондинкой – и умерла в финале). Вот все бы так снимали – и чтоб просто, и чтоб вроде как ни про чего, а потом бы становилось понятно, что про всё, на самом-то деле.

Кстати, если кто дочитал до сюда, не заснув: не идет ли кто завтра, в субботу, в «Пионер» на ночные показы – на «Клык» (которого не будет в «35 мм»), а то еще даже потом и на «Север» - но так, чтобы на тачке и чтобы потом среди ночи в район Юго-Запада/Калужской ехать, и так, чтоб не в лом было меня за «спасибо» подбросить?.. Это я так, на всякий случай… Но если вдруг, мало ли…

[233x251]
Кристофер Дойл прекрасен совершенно – все время лыбится, ржет; судя по всему он действительно займет в этом году вакантное место Феррары. В воскресенье обещают открытый масте-класс, всех приглашают, я срочно задумываюсь, есть ли у меня лицензионные его диски, чтобы притащить на афтограф (не тащить же записанное с ТВ на вэхээс «Настроение»).
Среди прочего выдающийся оператор объяснил, почему та девушка ходит голой – оказывается, она сама по себе такая всегда, любит голой ходить, даже на обед, говорит, так голышом топала. По поводу финального кадра, вызвавшего вопросы (у меня – нет, там все правильно совершенно в расфокус уходит), честно признался, что просто упал, не увидев в глазок конца экскалатора (люди, неужто нет никого, ктобы мастера во время рбота подержать мог!). Насчет сценариев выразился фигурально: когда порнуху снимают, там же не пишут особенно ничего: стук в дверь, затем они трахаются – и все, одна только строчка.
И забавная еще история, когда его спросили, чего ему понравилось в последнее время. Он – сразу: «Голод», видели?» - и девушка кивает: да, но это же старый, 1983 год... И Горчаков, переводчик, еще уточняет: «Голод» со Стивом Маккуином...». Не, ну Горчаков еще ладно, хорошо если он вообще смотрит те фильмы, создателей которых фестивали привозят; но у журналистов-то-кинокритиков свежий «Голод» все-таки должен быть на слуху, мне казалось - то есть, тот, который в прошлой году в Каннах «Золотую камеру» взял, а Маккуин – это негр-режиссер, там артист Фасбиндер играет, если не ошибаюсь, который и «Ублюдок», и «Ангел», и вообще сейчас молодец. Так вот, если кто не видел, Дойл очень рекомендует, шедевр, говорит.
Прессуха с членами жюри запомнилась меньше, разве что тем, что там прошлогодний победитель Совер сказал что-то вроде того, что как это прекрасно, что председатель жюри Ходоровский всю жизнь снимает фильмы не сердцем, а гениталиями. Медведев – главный тут по концепции – позволил себе уточнить, что имелось в виду то, что «Кино должно быть с яйцами» (и все засмеялись).
Агуреева божественна, конечно, худенькая такая, ну прямо накормить хочется – впрочем, после встречи с прессой, организаторы как раз повели ее на обед. Занятно, что представляя ее, про «Исаева» сказано не было ни слова; эх, не смотрят киношники телевизоры – а порою жаль.

Однако ситуация с кинопоказом в Большом зале Центрального Дома Предпринимателей за прошедший год так и не изменилась. Как тогда там было все ужасно (я писал), так и сейчас: поверх экрана – три огромных блямбы, тени от прожекторов (я это дело задокументировал, вечером выложу, как это выглядит конкретно). То есть, никто эти прожектора элементарно не убрал, не поднял – и свет из рубки киномеханика просто иначе не может на экран падать, чтобы эти штуки миновать. Никто не проверил, никому это не нужно, а в зале сидит жюри, и Дюмон до нас не доехал, а другие фильмы выйдут представлять уважаемые гости; любопытно было бы реакцию Дойла заценить, когда он такую вот свою преображенную картинку увидит. И ведь они за это еще деньги берут – за билеты-то!.. Ну ужас. Лучше уж в «Пионер» ходить, право слово, сравню сейчас подробнее расписание… И я вот не пойму: какими же фиговыми надо быть «предпринимателями», чтобы так себя не уважать – и такую ситуацию в кинозале терпеливо позволять?..
Сам же фильм, а первым был «Хадевейх» (я не очень понял, вроде бы это имя героини, но не уверен) – про то, как девочку любит Христа, а потом вдруг решает, что и Магомет – ничего себе парень. Причем решает как-то неожиданно совершенно, без уговоров, безо всего – ну как вот фотку в рамочке поменяла. У Миронова в «Мусульманине» знаменитое было: «Бог один, а имен у него много» - здесь же ничего, только все про любовь к нему, да про любовь. Ну и неважно становится, что мужик-то уже – с бородой. В финале там, правда, такой изящный кинематографический момент – уже после конца идет кусок из начала, призванный, надо полагать, напомнить истоки и обвинить во всем произошедшем зле собственно христиан: мол, вы людей отторгаете, не принимаете, гоните – а ребята-мусульмане, напротив, всегда готовы поговорить, выслушать, дать пару мудрых советов. В целом же – медитативное такое кино, почти без разговоров – но в данном случае, с данной тематикой, нельзя сказать, что это какой-то сильный плюс; ни вербальных, ни визуальных доказательств преображения героини (этой вот подмены ее «любовей») мне не хватило.

УПС Справедливости ради надо добавить, что следующий сеанс задержали на полчаса, за которые проблему с большими тенями от прожекторов решили – лебедку подняли. Другое дело, что все равно остались тени маленькие – уже, правда, не такие критические, то тоже радости никак, ну совершенно никак не добавляющие. Получилось вот так, судите, кто не видел, сами.
[448x336]
[448x336]

Слышал, что Рио башляет тут Вуди Аллену дикие деньги, лишь он там поработал чуток (странно, что Сочи молчит – а то тоже бы взяли старика на гастроли). Джармуш, судя по всему, тоже зондирует почву – на тот случай, если кино вымрет, он сможет географические путеводители экранизировать. То есть, долго никак нельзя отделаться от ощущения, что смотришь видовую картину (благо, кстати, именно оператор Кристофер Дойл прибыл вот в нашу столицу). Красиво показаны красоты Испании – не знаю, право, тоже ли это Барселона, или что еще (не подписано), - новомодные дома, всюду стекло, вид с крыши, временами герой наведывается в музей. На середине фильма происходит переезд в другой город, потом уже в деревню в горах – ну, то есть туристический маршрут на недельку объемно так, выпукло зафиксирован.
Там история почти бессловесного негра, который неизменно заказывает себе два кофе в отдельных чашках и выполняет некую таинственную миссию по передаче спичечных коробок связникам. Негру то и дело даются символичные наставления в духе Метерлинка: «Ищи Скрипку». «Жди, пока не увидишь Хлеб. Тебя найдет Гитара» - ну и натуральным образом появляются потом и Скрипка, и батоны в пакетике, и Гитара. Каждый встречный (их немного, среди них – всегда голая девушка в очках) считает свои долгом поинтересоваться, говорит ли он по-испански – и разве что дети, невинные эти существа, прямо спрашивают, не американский ли он гангстер. При этом каждый обладатель другой спичечной коробки впаривает негру глубокомысленную историю из жизни – что скрипка звучит даже тогда, когда не играет, и надо лишь тонкий слух иметь, чтобы это услышать (тут такая режиссерская заявка, надо полагать, что кто не понял – тот глухой лох, да), или про старые фильмы и «Леди из Шанхая»; ну, такие, в общем, приснившиеся режиссеру монологи, которые как-то надо использовать, коли уж они когда-то придумались. В конце негр пускает в ход гитарную струну – но сути дела это никоим образом не проясняет.
Милый, конечно, фильм – ну, насколько Джармуш всегда бывает милым, и своего зрителя в России картина найдет, конечно. Это замечательно, вообще, что такое кино в мире снимают еще – находятся, значит, люди, которые верят, что это кому-то еще надо.
И здесь, увы, не будет в этом году пресс-показов – ну, то есть они сразу совмещены со зрительскими. Я понимаю, конечно, кризис, надо экономить, да и утром приходит обычно всего человек двадцать-тридцать журналюг… Но так ведь получается, что если в одном зале будет непонятно еще какой конкурс, а в другой – Мэддин, извините, но нужен ли будет тогда вообще этот самый конкурс?..

«Исаев», как вы знаете, в четверг делает перерыв, оставив по ту сторону экрана гору трупов, так что конец недели можно спокойно посвятить третьему кинофестивалю «Завтра», который как раз вот-вот нагрянет снова. Проблема только с закрытием в понедельник будет, ну да ничего, мне кажется – на торрентах новая серия уже в середине дня появляется, судя по всему, товарищи с дальнего Востока стараются, так что можно будет попробовать и то, и это успеть.
Про сам фестиваль сказать особо нечего, кроме того, что в прошлый год он был хорошим (да и первый, говорят, понравился), я про него тогда активно писал прямо с полей, желающие могут ознакомиться, покопавшись в годовалых архивах (может, заодно и другую кучу умных мыслей там откроете). И еще он короткий, что тоже, в принципе, прекрасно, так как не успеваешь возненавидеть кинематограф, как это бывает, например, на ММКФ. Я, в последнее время привыкший наслаждаться новинками экрана, не выходя из дома, фестиваль заранее люблю, так как можно будет прийти на него утром, уйти вечером, фильмов двадцать, если удачно расписание составили, одних духом посмотреть – самое милое дело. Если пресс-центр снова будет в свободном и открытом доступе, надеюсь снова делится с вами своими впечатлениями о мерзком и прекрасном.
Заранее о фестивальных фильмах вроде бы ничего такого чисто личного не скажешь. Это в прошлом году я три фильма видел уже до открытия, а нынче – ну разве что Дыховичного, что понятно, и вот еще «Самую печальную музыку на свете», с которой началось несколько лет назад открытие Гая Мэддина московской публике. Нынче везут небольшую его ретроспективу, помимо «Музыки» еще три фильма – и если они хотя бы вполовину будут так же прекрасны, как и она, то фестиваль уже можно будет считать удавшимся. Кстати, настраиваясь уже глядеть Мэддина во все глаза, решил уточнить на всякий случай, а есть ли он в сети. Обнаружил, к своему удивлению, как раз «Музыку» - не проверял, правда, пока, в каком качестве, и еще одну ленту с дивным названием «Клеймо на мозге». Повертев своими черепными шурупами, не сразу, но сообразил, что приличные люди видели тоже самое на ММКФ под более тонким названием «Врезалось в память»… Впрочем, известно, что от Мэддина портятся глаза даже при просмотре его шедевром с большого экрана – и боязно предположить даже, как это выглядит по телевизору. Так что топайте лучше в кино. Скорее всего, будете потом проклинать и плеваться – но на «свежем» конкурсе вы можете это делать точно также, причем в большей вероятности, с большей частотой и с большим правом; а Мэддин хотя бы классик, хотя бы прикоснетесь к прекрасному, что ли.
В остальном и без меня все вроде бы сказали разные приличные люди (вот товарищ, например, высказался, подробно расписав по всему конкурсу имеющуюся у картин наградную историю, там и про Мэддина тоже есть), чего повторяться. Сам лично в большей степени жду Рене, нежели Джармуша (к которому отношусь, простите, с прохладцей). Потом, румына надо бы обязательно посмотреть (хотя и не видел его первой, всеми расхваленной ленты). Люди взахлеб хвалят канадское «Я убил свою маму» - кто его знает, может, она и до «Оскара» действительно дойдет. Года два назад смотрел на ММКФ чешское «Счастье», решительно ничего не помню, но вот «Сельский учитель» того же автора. Про «Служанку» слышал, что любопытное кино. На «Большом фанате», судя по всему, не пробиться будет – у нас как-то традиционно с уважением привечают сценаристов, перебравшихся в режиссеры.
Брюно Дюмона у многих есть повод искренне ненавидеть – редкий режиссер все же может похвастаться таким количеством зрителей, вышедших из зала еще на середине фильма. Я не видел, увы, «Фландрии» (но в душе мечтаю), но вот на «Человечности» в свое время честно отмучался до конца – и был в итоге вознагражден нахлынувшим на меня просветлением. Видел тут как-то на распродаже диск с его дебютом про Иисуса, долго держал в руках, но потом все же не решился, денег зажмотил; может быть, зря. Но вообще, странно, конечно: у человека два Гран-При из Канн, чего ему в Москве еще могут дать, чего бы желать стоило?..
Заранее все прутся от «Жажды», но меня и «Олдбой» не вдохновил почему-то, так что пойду туда без вдохновения, скорее для галочки. А насчет «Зеленого порно» призываю задуматься! У них на сайте у каждого фильма время проставлено, а у Росселини скромно подписано: три сезона. Так вы, граждане, имейте в виду, что три сезона – это минут десять-пятнадцать в общей сложности, а денег с вас сдерут за полный сеанс, наверняка; будьте бдительны! Ну, если, правда, сама Изабелла вдруг в столице не появится и вам разрешат на нее саму посмотреть...

Агурееву, кстати, члена жюри, надо не забыть спросить, для чего она голой на Пореченкове согласилась лежать, перед людьми стыдно же…

По понятным причинам в разы резко увеличилось количество желающих скачать кинокартину 1975 года «Бриллианты для диктатуры пролетариата»; решил восполнить пробел в образовании и я.

Кошмарно, конечно. Тускло, блекло, никакой остроты. Продравшись через первые полчаса, когда все закручиваться стало, еще показалось, что сюжет худо-бедно вывезет – но нет. У Семенова там столько линий (притом, что в фильме, например, почти незаметен германский резидент – ключевая фигура в сериале) и все они так наворочены, закручены и в итоге недозавинчены, что уже на второй серии я отвлекаться стал и, честно говоря, слабо потом понял, чем дело кончилось – как-то неожиданно вдруг титры пошли.

Причем титры – одно удовольствие, какой актерский состав! Вместо Пореченкова – Кайдановский, его жена – Терехова, Агуреева – Васильева, шифровальщица – надо же, сама Самойлова! Раппопорт – Эдита Пьеха. Мужской состав бледнее: госхрановец – Дуров, Бадалов – Джигарханян, Маковецкий и Соломин – два Николая Волковых. Играют все – отвратительно. И не играют даже – изображают вроде бы что-то, лицами дрыгают, слова пафосные произносят, но сами явно не верят в происходящее. То есть, такой вот наглядный пример в случае спора, когда одна сторона утверждает, что раньше все артисты лучше были – ну так это смотря где они были; в хороших лентах – да, блистали, «Таллинфильм» - откровенно халтурили. И нельзя ведь сказать, что им нечего играть – тогда же вот, и у Урсуляка нечего, тот же текст, один в один произносят (только, беря во внимание хронометраж, чуток короче); но на их фоне сегодня даже Пореченков, простите, недурно смотрится – черт, и это против Кайдановского!..

И понятно, в таком случае, почему Ивашов в памяти народной Исаевым не остался. Хотя не только из-за серой игры. Там ведь, в фильме, Исаева и нет-то почти (в сериале его тоже нет, но это тщательно стараются скрыть), он далеко на втором плане (граф и то ярче выписан) и вовсе не герой, и лично мне его роль и заслуги в проводимой операции так и остались несколько неясными. Что сделал, кто такой?.. Как и не было.

И причем на всем этом фоне художественной бедноты – на удивление очень плотно прописанный общий фон: подробный реквизит, выделанные декорации (художник Бойм) – но все это свалено в кучу, выпячено как-то неправильно и в итоге играет не на плюс, а напротив, на минус – будто в лавку старьевщика зашел.

И забавно, что там тоже два цвета. Но если у Урсуляка это такое туповатое (но объяснимое) немного решение разграничить для простого зрителя два мира (для самых тормозов они ведь еще и подписывают каждый раз: Москва, Ревель – когда ход с первой же серии совершенно понятен), то в «Бриллиантах» откровенно просто мало пленки было. Совсем черно-белую картину снимать не рискнули – народ мог бы и не пойти, поэтому вывернулись хитро: половина – так, половина этак, вроде как и цветная картина вышла, зритель схавает; а какую-то эстетическую подкладку под такой изобразительный ряд подкладывать либо не додумались, либо не решились – и цвет каждый раз пропадает с сюжетной точки зрения совершенно бессмысленно.

Да, и кстати, про Адмирала граф там тоже говорит без имени – так что я зря погрешил, что это Пореченков Хабенского подкалывает; это, выходит, в самой книжке так.

Ну и главные кадры.
[699x435]
Петроградская Мадонна, Петров-Водкин.
[699x435]
Кабаре-команда синхронного плавания, символ растленного Запада (представляю, с каким удовольствием они это снимали).
[699x435]
Повторяющийся образ шпалы – состав едет, шпала гнется. Гнется, но молчит и терпит.
[699x435]

- Что Вы ждете от нашего нового кино?
- Хорошего кино, что я могу еще ждать от него?

- Довольны ли Вы его состоянием сегодня?
- Ну где вы видели довольного человека? Покажите мне его и отведите к психиатру. Слушайте, есть такой миф, пошлый на самом деле, про великое могучее советское кино. Хорошего кино всегда было очень мало. Гениальным был вообще на десять-пять лет один фильм. Хороших фильмов тоже было мало. Среднего крепкого кино в Советском Союзе было больше, чем сейчас. Но и денег государство тогда давало несоизмеримо больше, чем сейчас. Поэтому поток фильмов был больше. Ну и профессии, может быть, обучали чуть подробнее в советские времена. Сейчас так, немножко… Но это во всём, не только в кино. Сейчас жизнь дилетантов. Дилетанты приходят и забирают кусками всё время какие-то вещи. И вот такой расцвет дилетантизма. Но это же не кино в этом виновато.


Михаил Калатозишвили


Его «Мистерии» в свое время не оставили никакого впечатления, кроме скучного. Продюсерские попытки тоже были как-то… сомнительны. Поэтому его успех с «Диким полем» показался мне поначалу странным. В какой-то мере и сейчас кажется…

У меня, кстати, с «Диким полем» такая история связана. Сам слышал, как бабушка внучке этот фильм пересказывала, как сказку: «Жил-был доктор…».

Я его совершенно не знал. На интервью он был совершенно не настроен, либо вопросы мои казались глупыми, либо он и без того все уже сказал, либо, напротив, мне нечего было спросить; уложились в пять минут. Так что вроде, с чего бы мне…

Убивает сам факт дичайшей несправедливости. Человек только нашел свою волну. Только получил свое собственное, настоящее признание. Только-только…

И еще, однажды мне посчастливилось держать в руках «Золотую пальмовую ветвь» его деда. Это был совершенно невероятный момент.

А мне понравилось.

Притом, что понятно основное стремление авторов не делать, как было, то есть, ни момента нет такого прямого, чтоб близко к «17 мгновениям» было;– и оттого еще поразительнее эффект, когда Страхов так вдруг скажет чего-нибудь – ну один в один! Такое впечатление даже, что у него некоторые фразы просто повторяются оттуда, особенно в сцене допроса и оргвыводов после него это казалось – тихоновские интонации очень тонко уловлены. И в связи с этим вновь забавно вспоминать, как мы Страхов юношей совсем в спектаклях Житинкина видели – кем был тот невзрачный Калигула, и кем еще через пару дней (в начале он пока не развернулся еще) станет этот вполне себе цельный Исаев…

И непростительная, возможно, ошибка – что на роль отца не пригласили Тихонова. А если пригласили, то не уговорили, чтоб согласился. Вот это было бы… Ну да, красиво. Или их смутило, что отец – меньшевик, и вроде как тогда получается не очень?.. Но Соломин, конечно, следующий в списке на кастинге – не знаю, как молодежь, но для старшего поколения он разведчик с еще большим стажем; эх, проживут ли нынешние фильмы столько, сколько уже «Адъютанту»…

Отдельно понравилось начало – ну, как стали «заводить» публику. Ведь понятно - редко кто начал смотреть без ощущения: ну, покажут сейчас говно, которое и в подметки не годится (не забывая даже «Место встре…», тьфу, «Ликвидацию»). И от по себе сужу: первая минута – да как-то так… Вторая – да чего-то… А потом высокий маленькому как даст в глаз! Ну и сразу веселее пошло. И сцена с преследованием-уходом красиво дана; ничего нового совершенно, но для затравки – самое то.

И хороша внутренняя такая шутка, когда Пореченков признается, что часть денег Деникину отдал, а часть – Адмиралу. Учитывая сроки производства фильмов, вряд ли эту сцену могли снимать уже после того, как в нашей стране отпала нужда к этому званию прибавлять фамилию; но с высоты времен прозвучало забавно.

Но самый блеск, на самом деле – это как они музыку использовали. Там же постоянно вариации идут той мелодии! Она никогда не звучит в чистом виде, но раз от раза все ближе становятся мотивы – потихонечку, потихонечку. Уверен – если не дураки, они на самый финал «Облако» зарубят; ну, и тогда уже начнется другая история.

Вчера, как известно, наш премьер встречался с писателями. Я не знаю, о чем они говорили, и вовсе бы не подумал это освещать, как сегодня совершенно случайно мне на глаза попалось прелюбопытное высказывание Алексея Толстого (который «Гиперболоид» и «Петр I», чтоб в википедию никому не лезть).

В статье, написанной для сборника, о котором я скажу позже, он пишет о том, что долго не мог найти свой язык: «Язык мне представлялся студенистой массой, не желающей застывать в тот самый кристалл единственной фразы». Но потом всё вдруг сдвинулось: молодому тогда писателю подарили одну уникальную книгу; далее большая цитата:

«Это были собранные профессором Новомбергским пыточные записи семнадцатого века – так называемые дела «Слова и Дела»… И вдруг моя утлая лодчонка выплыла из непроницаемого тумана на сияющую гладь. Я увидел, почувствовал, осязал: русский язык.
Дьяки и подьячие московской Руси искусно записывали показания, их задачей было сжато и точно, сохраняя все особенности речи пытаемого, передать его рассказ. Задача в своем роде литературная. И здесь я видел во всей чистоте русский язык… Это был язык, на котором говорили русские лет уже тысячу, но никто никогда не писал…».

(тут я выпускаю пассаж насчет «всеобъемлющего хамства» и что «Россия была страной рабов», как выпадающий из общей темы; но вот что еще дальше)

«В судебных (пыточных) актах – язык дела, там не гнушались «подлой» речью, там рассказывала, стонала, лгала, вопила от боли и страха народная Русь. Язык чистый, простой, точный, образный, гибкий, будто нарочно созданный для великого искусства. Увлеченный открытыми сокровищами, я решился произвести опыт и написал рассказ…»

(далее он немного о себе; но дальше вот в качестве примера обращение к опыту великих)

«Пушкин учился не только у московских просвирен, он изучал историю пугачевского бунта, то есть как раз подобного рода акты, и не они ли способствовали созданию русской прозы?»

Вот, а вы говорите (ну, не лично вы, а вообще), что Лубянке нечего предложить отечественным творцам. Велик и могуч русский язык, а все почему – так ведь вот, сидели… Да они на паях так всю нашу литературу поднимут – ого-го! Закачаемся.


Да, а книжка, из которой цитата, называется «Как мы пишем»; была собрана в конце 20-х, у меня издание 1989-го; помимо Толстого о своем писательском ремесле там отчитываются также Зощенко, Каверин, Замятин, Белый, Горький, Тынянов, Шкловский и некоторые те, кто уже, судя по всему, выпал из истории литературы.

Там в списке вопросов, предложенных писателям, особенно интересен с позиции нынешних времен вопрос №7: «Наркотики во время работы: в каком количестве?» Я, правда, не всех еще прочитал, и пока только Пильняк признался, что подкрепляется молоком.

Интересно, сохранились ли его «пыточные записи»?.. И проявлял ли «советский граф» к ним интерес столь же воодушевленный?..

А я вот не знал, что Сталлоне играл у Вуди Аллена. Что Мадонна – да, а что и Сильвестр – было сюрпризом.
За пять лет до «Рокки».
[698x388]
«Бананы», 1971. Роль секундная (практически вся на этом кадре), его и в титрах вроде бы нет. Но так как мы знаем, в каких еще фильмах снимался приблизительно в ту же пору артист – ну, серьезный такой прорыв, ничего не скажешь.

Я как раз неделю уже собираюсь сказать на схожую тему. Попалась тут под руку газетка «Работа в Москве», актуальное такое для меня издание; причем лежала не где-нибудь, а в «Пятерочке» - а там ведь и бабушки, и дети!.. Я так ужасаюсь, потому как на последней странице объявление – нормальный кегль, красивые желтые, синие и красные буквы… Привожу полностью, исключая номер телефона.

«Приглашаются:
семейные пары и одинокие девушки в качестве актрис-актеров для эротических фильмов.
Нормальные мужчины без партнёрш, к сожалению, не требуются.
Также приглашаются юноши-геи: активы и пассивы».
Завлекательная звездочка сверху: «Хорошая оплата».

Я, признаться, долго не мог потом челюсть обратно задвинуть.

То есть, как просто теперь попасть в порнуху! Брям бери – и звони!.. И обратно – как просто теперь с их стороны: не надо прятаться, искать по темным углам, тщетно уговаривать… Элементарно теперь подали объявление в газету – и народ сам подтянется!..

Увы, я как одиночка там, «к сожалению», не нужен (а то вообще бы, наверное, отбоя от желающих не было бы). Остается либо обзванивать школьных подруг, либо прикидывать, вспоминая Басилашвили в «Снах» - плюс я или минус… Сталонне ведь – он-то потом пробился…

Размышляя над этим, листаю газету дальше. И – батюшки! – внутри еще одно объявление из мира искусства! «Кинокомпания приглашает к сотрудничеству»! Может, это – то, что мне надо?.. Читаю. Ищут композитора («для работы над легкими ритмичными мелодиями… Нам нужны неэксклюзивные права на предоставленную музыку»), визажиста-гримера, осветителя («с собственным оборудованием»). Увы, и здесь промашка – вряд ли ведь им сойдет моя настольная лампа… Любопытства ради смотрю на телефон… Ага, вы уже догадались, наверное – он идеально идентичен тому, что был указан на вакансии, процитированной выше. Вот так, наверное, сама Германика себе в свое время работу нашла…

Не верьте, в общем, тому, кто говорит, что в кино попадают только по блату. Есть и другие пути – профессионалы всегда требуются. Одинокие девушки в особенности… Куда смотрят ветераны?..

«Афиша», как вы знаете, во второй раз за обозримое время вышла с портретом героя телесериала. И хотя в прошлый раз было круче – к портрету д-ра Хауса прилагалась мини-энциклопедия по значимым и знаковым сериалам, а сейчас Тим Рот и сам разговор весомо пожиже – несколько соображений все-таки вертятся по этому поводу.

Во-первых, против самого Тима Рота я вроде как ничего не имею (хотя забавна, конечно, его характеристика про копполовскую «Молодость»: «Зато фильм триумфально удался в плане цвета, текстуры, настроения» - это в противовес всему тому, в плане чего он не менее триумфально провалился), но «Обмани его» - пилот которого я случайно застал в воскресенье, хотя его и не было в программке – как-то мало похоже на Событие. Да, первоначально они зрителя цепляют, я даже срочно побежал к интернету узнавать, что это такое – но когда после слов «Я знаю, кто убийца» пошла реклама, я выключил и ушел без сожаления; а ведь это не очень хорошо, когда вопрос о личности убийцы – не самый главный на повестке дня.

Кстати – пусть это будет во-вторых, - такая вот фигня как «Я знаю, кто…», а вы не знаете, называется, оказывается, «клиффхэнгер» - цитирую со стр.9: «…когда каждая серия заканчивается каким-то таким кусочком информации, который просто требует, чтобы ты смотрел следующую серию». Ну, то есть вы наверняка это слово давно уже знали, я просто так выписал, чтобы самому запомнить.

В-третьих, мне уже не в первый раз попадается цифра в устах Дондурея – «…У нас 70 названий в производстве и показе! 70 сеансов в сутки только на 11 главных каналах». Я и раньше пытался подсчитать, проверить, да сбивался все, да и не важно было. Ну да, что там врать, цифра 70 набирается – но все-таки с учетом всех повторов, ночных показов и сериалов американских, бразильских, мексиканских, итальянских и еще одного детского; а если еще все мультики по ТНТ подсчитать (там ведь тоже много серий), то и больше еще будет. А речь ведь, по смыслу, идет – во всяком случае, лично я так эти слова всегда понимаю, - о количестве чисто наших сериалов, которые мы имеем. И если подсчитывать именно это, без учета повторов, то цифра все же в два раза меньше получается, 38. Не, не то чтобы я Дондурею не доверял, он там совершенно правильные вещи говорит; просто такое легкое передергивание, оно, ну, смущает немного, если честно.

Но на самом деле, больше всего вышесказанного, меня задело то, что там из одного интервью выходит так, что тот самый пресловутый «Хаус» для России – это ни много ни мало, а один из главных признаков интеллектуальной элиты; я не беру последние слова в кавычки, так как сказаны они все-таки применительно к другому шоу, но между ними потом как бы ставится (с учетом географии) знак равенства.
Ну, то есть, если развивать цепочку, то я лох, стало быть.
Нет, самое смешное, что я качаю этого «Доктора» – в семье есть его коллега, там, понятно, очень тесные точки соприкосновения имеются. Но сам вот очень спокойно к нему отношусь – и рядом с экраном пристраиваюсь, когда там уже совсем какие-то невыносимые страсти начинаются; и вот начало нового сезона спокойно разрешил смотреть без себя.
И мотивация при этом у меня очень простая. Да, популярный. Да, все говорят. Да, классно сделано. Но ё-моё, я же там половину слов не понимаю, что они говорят!!!! Вы сейчас меня спросите – я вспомнить не смогу, как называется та штука, которую они в каждой серии делают, сложная такая, на нее еще разрешения надо спрашивать, это как когда они из черепа или из позвоночника кусочек на пробу берут… И ладно я – рядом, повторюсь, настоящий врач сидит, объяснит, если вдруг что… Но вот остальные, этак, как там его, «интеллектуальная элита» - они что, правда, так здорово в медицине подкованы?.. Или вид только делают? Или как раз сама медицина их здесь интересует в последнюю очередь?..

Нет, конечно, это очень хорошо, что к этой отрасли знаний такой виток интереса сейчас, даже на нашем местом уровне – «Простые вещи», «Дикое поле», «Бумажный солдат», «Морфий», сейчас вот Пореченков, слышал, подтягивается со своей скромной лептой… Но только вот просмотр «Хауса» ведь не избавит нас от того, что, простите, мы имеем в больницах и поликлиниках на самом деле… Или та «элита» ходит лечиться в другие места?.. Или смотрит, наоборот, вместо лечения?..

Нет, вы не подумайте, я не против «Хауса», двумя руками за, я убежден, что они с той теткой поженятся. Но мне не нравится просто, когда что-то – в данном случае именно он – этаким водоразделом становится – что по одну сторону все козлы, а по другую – батюшки, сплошь все умные люди.


И еще, чтоб на положительной ноте все же закончить, мне там в журнале понравился рассказ представителя ТНТ, что они девушку нашли одну и дали ей сценарий для них написать чисто по блогу. То есть, им понравилось, что она там пишет – ну и попросили… Ну не мечта ли?.. Черт, может и вправду начать здесь художественную прозу размещать, а?.. Давно думал, да все как-то… Впрочем, это очень грустно, наверно, писать сценарии для ТНТ… За Читать далее...

Я, пока есть время, наверстываю потихоньку пробелы в образовании, и временами появляются разные мысли – наверняка кем-нибудь, а возможно даже и все сто раз проговоренные, ну да ничего страшного не будет, если и я их для себя отмечу.

Тут вот враз сделал сильный рывок и подряд осилил аж три фильма Кубрика. Про первые два лучше промолчу, а то смеяться будете (правда было стыдно, что до сих пор не видел), а вот «Поцелуй убийцы» 1955-го наверняка уже не все видели, так что можно. Там Кубрик аж в пяти ипостасях (не буду проверять, как у него было на других картинах): он и придумал, и срежиссировал, и сам на камеру снял, и монтировал потом, и продюсером был. И между прочим, это вроде как одна из первых его наград – режиссерская в Локарно, - но полученная почему-то четыре года спустя после выхода картины. О сюжете коротко – боксер и девушка живут друг против друга, влюбляются, но есть опереточный злодей, который мешает (убийца, судя по всему, это как раз он). Там есть ряд выразительных сцен – в финале, например, есть красивая сцена погони по чикагским крышам, потом герой и негодяй дерутся женскими манекенами (почему манекенами? зачем манекенами? – неважно, красиво), еще берут в руки пожарный топор и крюк (а чего им просто на стене висеть); но в общем я хотел сказать совсем не об этом.

Когда герои знакомятся поближе и он спрашивает ее про родню, следует совершенно престранная сцена. Сестра девушки, старшая, была балериной – нам и показывают эту балерину, та танцует, старательно выделывает па. И на ее фоне идет долгий, ну прямо очень долгий рассказ и про отца, и про смерть матери, и про успехи сестры, и про первое ей предложение, и про отказ, и про болезнь отца, и про согласие на брак с нелюбимым, и про отказ от сцены, и про заботу об отце, и про его смерть, и про то, как сестра эта странно как-то улыбнулась возле одра, и как героиня, маленькая еще, неразумная, кинулась на нее с обвинениями, что та отца никогда не любила, а та ничего такого не сказала, лишь поставила музыку любимую, послушала, затем пошла в ванную, оставила записку и перерезала себе вены, а потом, уже когда выросла, героиня приехала в город, шла по улицам, увидела танцевальный зал – и мысли о сестре сподвигли ее начать там работать, и кто же знал, что это будет такой кошмар…

Так вот, весь этот не шибко увлекательный, зато бесконечный рассказ идет единственно лишь на фоне танцующей балерины. То есть, три с половиной минуты (я засек потом) картинка если и меняется, то это просто балерина чуток в сторону отбежала, или вдруг вид сбоку, или сверху.
[700x509]
Вот что это такое?.. Причем посреди обычной такой, стандартной истории про встречу и любовь двух одиночеств – и блямс! – клякса посередине такая.

Понятно, что всю эту историю половины жизни в эту скромно рассказанную ленту было чисто бюджетно не засунуть – но тогда для чего ее рассказывать вообще, разве нельзя было в двух словах?.. Я было подумал, что это из романа – и Кубрику жалко было такой кусок выкидывать, а потом вспомнил (смотрите выше), что это чисто его весь сюжет (кстати, последний раз такое дело – потом он снимал только адаптации). Неужто ему писательские амбиции в тот момент были дороже режиссерских – мол, ничего, что зритель заснет, зато рассказ не пострадает?.. Так была бы какая из ряда вон история – а так ведь нет…

Ответ, на самом деле, придумывается только один. Фильм и так 1:07 – и не будь этой самой балерины, ну и еще по крышам бы меньше бегали, был бы и вовсе, пожалуй, меньше часа. То есть, занятный такой способ чисто нагнать метраж, если вдруг жизненно надо – режиссерам на заметку. Вспоминается в связи с этим почему-то еще Петренко у Германа – но там, наверное, другие предпосылки, да и Петренко сам по себе выразительнее балерины получился…

Или вот его же, Кубрика, дебютную короткометражку посмотрел (чего только не скачаешь нынче – спасибо тебе, Интернет!), «Летающий падре», 1951 год. 8 минут про священника, живущего посреди бескрайних прерий Нью-Мексико и в случае чего воспаряющего в небеса на своем уютном частном самолетике от одной церкви к другой. Вот он летит. Мужественное лицо, приборы. Прилетел. Сцена похорон, печальная музыка. Похоронили. Жизнь продолжается – и мотивчик сразу веселее… Заканчивается все тем, что в доме падре раздается звонок: где-то вдалеке заболел ребенок (мать, впрочем, не выглядит безутешной), а больница – еще дальше. Следует энергичная сцена: священник вновь заскакивает, как на коня, в свой самолет, летит (лицо, приборы), забирает мать и ребенка, летят уже все вместе – и посреди уже другой бескрайней степи падре передает представителей вверенной ему паствы в руки местной скорой помощи на машине. Падре доволен, стоит возле своего самолета – и камера отъезжает от него вдаль; вот, мол, какие герои есть на свете.

Вопрос, в общем, в том, что imdb указывает, что это не фэйк, а настоящий Читать далее...