Это цитата сообщения Путь_к_Богу Оригинальное сообщение

Герменевтика

Ф.Д.Е. Шлейермахер1
ГЕРМЕНЕВТИКА2
1. Герменевтика как искусство понимания еще не существует в общем виде, а существует лишь несколько специальных герменевтик2.
1) Имеется в виду только искусство понимания, а не искусство изложения понятого. Последнее является специальной частью искусства говорить и писать, зависящей от общих принципов.
2) Но также не только понимания трудных мест на чужом языке. Наоборот, знакомство с предметом и языком предполагается. Если есть то и другое, то места становятся трудными потому, что не поняты и более легкие. Только понимание по правилам искусства постоянно сопровождает речь и письмо.
3) Обычно считают, что в отношении общих принципов можно положиться на здравый человеческий рассудок. Но тогда в отношении особенных принципов можно положиться на здравое чувство.
Дополнения3: 1. Герменевтика и критика похожи друг на друга настолько, что осуществление одной предполагает осуществление другой. В обеих отношение к автору является общим и многообразным.
Герменевтика по праву предполагается потому, что она необходима и там, где критика почти никогда не осуществляется; вообще потому, что от критики можно отказаться, а от герменевтики нет.
Герменевтическая задача все время возникает заново.
2. Специальная герменевтика как по виду, так и по языку все еще является агрегатом наблюдений, не удовлетворяя научным требованиям. Осуществлять понимание сначала без осознания его и лишь в отдельных случаях прибегать к правилам — это также неодинаковая процедура. Необходимо соединить обе эти точки зрения, если невозможно отказаться ни от одной из них. Это происходит посредством двойственного опыта. 1) Даже там, где мы полагаем, что можем действовать самым безыскусным образом, часто возникают неожиданные затруднения, основа разрешения которых может находиться лишь в предшествующем понимании. Поэтому мы всегда должны обращать внимание на то, что может стать основой устранения затруднений. 2) Если мы везде действуем по правилам искусства, то мы в конце концов приходим к их бессознательному применению, не покидая сферу искусства.
2. Очень трудно определить место общей герменевтики.
1) Одно время она вообще рассматривалась как приложение к логике; это прекратилось, когда отказались от всего прикладного в логике. Философ как таковой не имеет никакой склонности к занятию этой теорией, ибо он редко стремится понять самого себя, но верит в необходимость быть понятым.
2) Филология в ходе нашей истории стала представлять собой нечто позитивное. Поэтому ее способ рассмотрения герменевтики также является лишь агрегатом наблюдений.
3. Так как искусство говорить и искусство понимать противостоят друг другу, а речь является лишь внешней стороной мышления, то герменевтика существует в связи с искусством мыслить и, следовательно, является философией.
Дополнение: общая герменевтика связана как с критикой, так и с грамматикой. Но так как не только сообщение знания, но и его закрепление не происходит без их троих, и в то же время всякое правильное мышление приводит к правильному говорению, — то все три непосредственно связаны также с диалектикой.
1) Противоположность искусства говорения и искусства истолкования состоит в том, что последнее зависит от композиции и предполагает ее. Параллелизм же существует в том, что там, где речь безыскусна, никто и не нуждается в ней для понимания.
4. Речь опосредует общность мышления; этим объясняется принадлежность риторики и герменевтики друг другу и их общее отношение к диалектике.
1) Речь опосредует, конечно, и мышление отдельного человека. Мышление осуществляется благодаря внутренней речи; поэтому речь является лишь осуществившимся мышлением. Но там, где мыслящий считает необходимым зафиксировать мысль для самого себя, там возникает искусство речи, преобразование первоначального мышления; поэтому становится необходимым и истолкование.
2) Принадлежность друг другу герменевтики и риторики состоит в том, что любой акт понимания есть перевертывание акта речи, благодаря которому осознается, какое мышление лежало в основе речи.
3) Связь обеих с диалектикой состоит в том, что любое становление знания зависит от речи и понимания.
5. Так же, как любая речь имеет двойственное отношение к общности языка и совокупному мышлению ее инициатора, так и любое понимание состоит из двух моментов — понимания речи как извлеченной из языка и понимания ее как факта в мыслящем.
1) Любая речь предполагает данный язык. Хотя это можно и перевернуть — не только для абсолютно первой речи, но и для всего речевого процесса, ибо язык становится действительным благодаря говорению, — но сообщение в любом случае предполагает общность языка, т.е. определенное его знание. Если что-то возникает между непосредственной речью и сообщением, т.е. начинается искусство речи, то это основывается отчасти на опасении, что нечто в нашем употреблении языка могло бы быть чуждым для слушающего.
2) Любая речь основывается на более раннем мышлении, что также можно перевернуть; Читать далее...

Ю. Левитанский

Я люблю эти дни, когда замысел весь уже ясен и тема угадана,
а потом всё быстрей и быстрей, подчиняясь ключу, -
как в «Прощальной симфонии» - ближе к финалу - ты помнишь, у Гайдна -
музыкант, доиграв свою партию, гасит свечу
и уходит - в лесу всё просторней теперь - музыканты уходят -
партитура листвы обгорает строка за строкой -
гаснут свечи в оркестре одна за другой - музыканты уходят -
скоро-скоро все свечи в оркестре погаснут одна за другой -
тихо гаснут берёзы в осеннем лесу, догорают рябины,
и по мере того как с осенних осин облетает листва,
всё прозрачней становится лес, обнажая такие глубины,
что становится явной вся тайная суть естества, -
всё просторней, всё глуше в осеннем лесу - музыканты уходят -
скоро скрипка последняя смолкнет в руке скрипача -
и последняя флейта замрёт в тишине - музыканты уходят -
скоро-скоро последняя в нашем оркестре погаснет свеча...
Я люблю эти дни, в их безоблачной, в их бирюзовой оправе,
когда всё так понятно в природе, так ясно и тихо кругом,
когда можно легко и спокойно подумать о жизни, о смерти, о славе
и о многом другом ещё можно подумать, о многом другом.

Сегодня был очень гнусный день! Мир - море греха. И вот нашел в нете слова Окуджавы. Это тоже напоминание о Боге!


Когда внезапно возникает еще неясный голос труб.
Слова, как ястребы ночные срываются с горячих губ.
Мелодия, как дождь случайный, гремит и бродит меж людьми
Надежды маленький оркестрик под управлением любви.

В года разлук, в года смятений, когда свинцовые дожди
Лупили так по нашим спинам, что снисхождения не жди.
И командиры все охрипли, тогда командовал людьми
Надежды маленький оркестрик под управлением любви.

Кларнет пробит, труба помята. Фагот, как старый посох, стерт.
На барабане швы разлезлись, но кларнетист красив, как черт.
Флейтист, как юный князь, изящен, и в вечном сговоре с людьми
Надежды маленький оркестрик под управлением любви.

САРДИС: ПОВЕЛЕНИЕ ВОСКРЕСШЕГО ХРИСТА (Отк. 3,1-6 (продолжение))
В 3,3 приведен ряд повелений.
1. "Вспомни, что ты принял и слышал", - говорит Воскресший Христос. Это форма настоящего времени повелительного наклонения и она значит: "Помни и никогда не забывай".

Воскресший Христос повелевает впавшим в летаргический сон сардийцам вспомнить и помнить глубокое волнение, с которым они впервые слышали благую весть. Жизнь показала, что некоторые вещи обостряют притупленную память. Так, например, когда мы приходим на могилу, притупленная годами печаль вновь становится резкой и острой.

Христиане должны снова и снова подходить к Голгофе и вспоминать о том, что сделал для них Бог.

2. Воскресший Христос говорит: "Покайся!" В данном случае употреблена глагольная форма аорист, означающая одно конкретное действие. В жизни христианина должен быть тот важный момент, когда он решает покончить со старым образом жизни и начать новый.

3. "Храни заповеди благой вести", - говорит Воскресший Христос. И здесь употреблено настоящее время и повелительного наклонения, указывающее на длительность действия и это значит: "Всегда храните (исполняйте) заповеди Благой Вести".

Это предостережение против, так сказать, непостоянного христианства. Ведь столь многие бывают христианами в определенный момент, а в последствии забывают о том.

4. И заповедь бодрствовать, быть на страже. Есть такая древняя латинская поговорка: "Боги ходят не слышными шагами". Они приближаются молча и незаметно, и вдруг, без всякого предупреждения, человек стоит перед вечностью. Но этого не случится, если человек каждый день живет в присутствии Христа; тот, кто постоянно ходит рука об руку с Христом не будет застигнут врасплох Его приходом.

САРДИС: НЕМНОГИЕ ВЕРНЫЕ (Отк. 3,1-6 (продолжение))
В 3,4 сквозь тьму проглядывает луч надежды. Даже в Сардисе есть несколько верных. Авраам, заступаясь перед Богом за Содом, взывает к Нему: "Не может быть, чтобы Ты ... погубил праведного с нечестивым" (Быт. 18,25).

В старой истории о царях из всех сыновей Иеровоама был спасен лишь Авия, так как в нем нашлось "нечто доброе пред Господом" (3 Цар. 14,13). Бог никогда не оставляет поисков тех немногих верных, и они никогда не потеряны для Него в массе порочных. Иисус говорит о верных, что они "не осквернили одежд своих". Иаков с уважением и восхищением говорил о том человеке, который хранит себя "неоскверненным от мира" (Иак. 1,27).

Это может иметь два значения.

1. В языческом мире почитатели не могли приблизиться к храму богов в грязной одежде. Для язычников это было чем-то внешним. Но ведь это может означать и человека, который сохранил в чистоте свою душу, и может войти в присутствие Бога без всякого чувства стыда.

2. Английский богослов Суит считает, что неоскверненные одежды символизируют исповедание веры, сделанное человеком в момент крещения, и что вся эта фраза характеризует человека, который не нарушил своего обета, данного при крещении.

В ту эпоху в Церкви крестились взрослые люди, и при крещении человек давал личный обет Иисусу Христу. Эта точка зрения тем более близка к истине, что в то время был обычай одевать человека после погружения в воду в чистые белые одежды, символизирующие очищение его жизни. Человек, верный своему обету, услышит однажды слова Бога: "Хорошо!" Верным дано обетование, что они будут ходить с Богом.

И здесь, может быть, заложен двойной смысл.

а) Одно значение связано с языческим мировоззрением. При персидском дворе наиболее доверенным людям давалась особая привилегия прогуливаться в садах вместе с царем; их звали "садовые спутники". Верные Богу будут однажды вместе с Ним в раю.

б) Может быть при этом имеется в виду старая история об Енохе. "И ходил Енох пред Богом; и не стало его, потому что Бог взял его" (Быт. 5,24). Енох ходил пред Богом и с Богом на земле и продолжает ходить с Ним в райских местах. Человек, который ходит близко к Богу на земле, вступит в еще более тесную близость с Ним, когда наступит конец земной жизни.

САРДИС: ТРОЙНОЕ ОБЕТОВАНИЕ (Отк. 3,1-6 (продолжение))
Верных ожидает тройное обетование.

1. Они облекутся в белые одежды. Сказано, что "праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их" (Мат. 13,43); а Бог одевается светом, как ризою (Пс. 103,2). Что же тогда значат белые одежды?

а) В античном мире белые одежды символизировали празднество, веселье. "Да будут во всякое время одежды твои светлы, - говорит проповедник, - и да не оскудевает елей на голове твоей" (Еккл. 9,8). Белые одежды могут значить, что верные и праведники будут гостями на пиршестве у Бога.

б) В античном мире белые одежды символизировали победу. В день празднования триумфа в Риме все граждане одевались в белое; город сам назывался урбс кандида, город в белом. Белые одежды могут символизировать награды верных.

в) Во всех странах и во все времена белый цвет символизирует чистоту, непорочность; и здесь белые одежды тоже могут символизировать непорочность, которая вознаграждается правом лицезреть Читать далее...

ФИАТИРА: СОСТОЯНИЕ ЦЕРКВИ В ФИАТИРЕ (Отк. 2,18-29 (продолжение))
Как мы уже указывали, самое длинное послание написано к самому незначительному из семи городов, но проблемы этой церкви вовсе не были незначительными.
Это самое загадочное из семи посланий.

Кроме того, наша проблема заключается в том, что мы так мало знаем об этом городе и перед нами стоят четыре вопроса. Каково было положение в Фиатирской церкви? Кто такая Иезавель? Чему она учила? Что значат обетования, данные Фиатирской церкви?

1. Послание открывается описанием Воскресшего Христа, в котором чувствуется угроза. Очи Его - как огонь пламенный, и ноги подобны халколивану. Это описание взято из Дан. 10,6: "Лице его - как вид молнии; очи его - как горящие светильники, руки его и ноги его по виду - как блестящая медь".

Пламенные глаза должны символизировать горение гневом против греха и страшная проницательность взора, который снимает маски и маскировку и проникает в самое сердце человека.

Ноги медные (подобные халколивану) должны символизировать непоколебимую силу Воскресшего Христа. Послание с таким началом, конечно, не может быть успокоительным средством.

Но послание продолжается в тоне высочайшей хвалы. Любовь, служение и терпение Фиатирской церкви заслуживают похвалы. Надо отметить, что эти великие качества соединены попарно. Служение - это продукт любви, а терпение - следствие верности.

А потом следует осуждение женщины по имени Иезавель и всех аспектов ее учения и можно, по-видимому, даже сделать вывод, что она пользовалась большим влиянием в Фиатирской церкви.

Из этого, по-видимому, нужно сделать такое заключение: на первый взгляд Фиатирская церковь была сильной и процветающей. Новичок был бы просто поражен кипевшей в ней энергией, великодушной терпимостью и видимой твердостью. Но при всем том в ней отсутствовало нечто существенно важное.

И в этом нам предостережение. Церковь, которая переполнена народом и кипит деятельностью, как пчелиный улей, еще не обязательно должна быть настоящей церковью. Церковь может быть переполнена потому, что люди приходят туда в поисках развлечений, а не наставлений; чтобы получить утешение, вместо того, чтобы посмотреть в лицо своим грехам и предлагаемому церковью спасением. Вполне может быть, что это просто очень популярный христианский клуб, а не подлинно христианская община.

ФИАТИРА: ИСТОЧНИК ЗАБЛУЖДЕНИЙ (Отк. 2,18-29 (продолжение))
2. Источник трудностей в Фиатирской церкви концентрировался вокруг женщины по имени Иезавель, как она названа в послании. Относительно ее личности было высказано несколько предположений.

а) Мы начинаем с очень интересного, но крайне сомнительного ответа. В Библии говорится о жене Иезавели. В греческом это тен гунайка Иезабел. В некоторых списках после гунайка стоит слово су, что значит твой.

Существительное гуне - именительный падеж, гунайка - винительный падеж, значит и женщина и жена; и если мы прочтем в этих нескольких списках тен гунайка су Иезабел, то это будет значить твоя жена Иезавель. Выше мы уже видели, что под ангелом церкви может подразумеваться епископ церкви.

В таком случае, если послание обращено к епископу церкви, и в этом послании стоят слова твоя жена Иезавель, то значит, что причиной всех неприятностей является жена епископа!

Это был бы крайне интересный побочный штрих к раннехристианской общине, и это было бы даже не единственный раз, когда жены церковных деятелей были источником неприятностей в общине. Но такое толкование следует отбросить, потому что вставление слова су является не достаточным основанием.

б) Одной из немногих достопримечательностей Фиатиры был оракул Самбате, женщина-пророчица.

Дельфийский оракул был известен во всем мире и выражение дельфийское пророчество вошло в поговорку. Может быть даже, что пророчица в Фиатире была еврейкой, потому что во времена античной древности многие иудеи занимались этим ремеслом - предсказывали будущее.

Одни комментаторы считают, что именно от этой Самбате шло порочное влияние на Фиатирскую церковь, но и эту версию надо отбросить, потому что, совершенно очевидно, что Иезавель была членом церкви и это порочное влияние шло изнутри.

в) Другие же, без всякого основания, отождествляли Иезавель с Лидией, торговкой багряницей из Фиатиры, которую Павел встретил в Филиппах и обратил в христианство. Было высказано предположение, что она вернулась в Фиатиру и стала оказывать дурное влияние на церковь, вследствие своего богатства и деловых интересов. Вся эта теория лишь клевета на Лидию.

г) Остается только признать, что у нас нет никакого представления о том, кто же такая Иезавель, хотя мы можем с большой достоверностью обрисовать ее.
Нас не должно удивлять, что она претендовала быть пророчицей. Павел, правда, вообще не допускал, чтобы женщины говорили в церкви (1 Кор. 14,34).

Но, с другой стороны, ведь и в Ветхом и Новом Заветах есть пророчицы. В Ветхом Завете это Мариам (Исх. 15,20), Девора (Суд. 4,4) и Олдама (4 Цар. 22,14); в Новом - Анна (Лук. 2,36) Читать далее...

12-17
ОБРАЩЕНИЕ К ПЕРГАМСКОЙ ЦЕРКВИ (Отк. 2,12-17)
ПЕРГАМ: ПРЕСТОЛ САТАНЫ (Отк. 2,12-17)
1. Пергам занимал особое место в Асии. Он не находился на больших торговых путях, как Ефес и Смирна, но исторически это был крупнейший город Асии. Греческий географ и историк Страбон назвал Пергам прославленным (епифанес) городом, а Плиний Младший назвал его "самым известным в Асии".

Дело в том, что к моменту написания Иоанном Откровения, Пергам уже в течение четырех веков был столицей. Сперва в 282 г. до Р. Х. он был сделан столицей государства Селевкидов - одного из царств, на которые распалась империя Александра Македонского, и оставалась его столицей до 183 г. до Р. Х., когда умер царь Аттала третий.

Перед своей смертью он завещал свои владения Риму, из которых Рим сделал провинцию Асия, столицей которой остался Пергам.
Еще большее впечатление городу придавало его географическое положение. Пергам был построен на высоком, имевшем коническую форму холме, который господствовал над долиной реки Кайнос.

С вершины холма было видно находящееся на расстоянии двадцати пяти километров Средиземное море. Один путешественник так описывает Пергам: "Больше всех других городов Малой Азии производит он на путешественника впечатление царской столицы, административного центра; стоит на громадном скалистом холме, который гордо и смело господствует над широкой долиной Кайноса".

Пергам был окружен дымкой истории и славы. Рассмотрим его поближе.

а) Пергам никогда не мог добиться такого величия в торговле, как Ефес и Смирна, но как культурный центр он превосходил и Ефес и Смирну. Он был знаменит своей библиотекой, в которой было не менее 200.000 пергаментных свитков. Она была второй в мире, после уникальной библиотеки в Александрии.

Интересно отметить здесь, что пергамент происходит от слова Пергам. В античном мире это были хе пергамене харта, листы пергамские, и с этим именем связана одна история. В течение долгих столетий античные свитки писались на папирусе, материале, изготавливавшемся из сердцевины крупного тростника, растущего по берегам Нила.

Сердцевины извлекали, резали на полосы, прессовали в листы и разглаживали. Получалось нечто вроде коричневой оберточной бумаги, которую все использовали для письма. Во втором веке до Р. Х. один пергамский царь Эвмений загорелся желанием сделать свою библиотеку крупнейшею в мире. Для этого он уговорил александрийского библиотекаря Аристофана Византийского покинуть Александрию и переселиться в Пергам.

В ответ на это египетский царь Птолемей, взбешенный совращением своего выдающегося ученого, быстренько заключил Аристофана в тюрьму, а в наказание Эвмению наложил эмбарго на вывоз папируса в Пергам.

В сложившейся ситуации ученые Пергама изобрели пергамент, изготовлявшийся из разглаженных и полированных шкур животных и крупного рогатого скота. Как писчий материал пергамент, собственно, намного превосходит папирус и потому он, в конце концов, вытеснил его совсем.

2. Пергам был одним из крупнейших религиозных центров. В нем, в частности, находились две знаменитые святыни. В обращении Воскресшего Христа Пергам назван местом "где престол сатаны".

Совершенно очевидно, что это относится к чему-то, что христианская Церковь считала особенно порочным и нечестивым. Некоторые богословы и комментаторы считали, что это относится к религиозному великолепию Пергама.

а) Пергам считал себя хранителем греческого образа жизни и греческого культа богов. Около 240 г. до Р. Х. он одержал важную победу над вторгшимися дикими галатами или галлами. В память этой победы перед храмом Афины, возвышавшемся на 250 метров над холмом, был воздвигнут огромный жертвенник верховному богу Зевсу.

Этот жертвенник, высотой в десять метров, стоял на выступе скалы и был очень похож на трон, стоящий на склоне холма. Весь день дымился над ним дым жертвоприношений Зевсу. По основанию алтарь был опоясан грандиозным рельефным фризом, являющимся одним из шедевров мировой скульптуры, на котором была изображена битва богов с гигантами, в которой греческие боги одержали победу над гигантами варваров.

Было высказано предположение, что этот алтарь есть престол сатаны. Но это маловероятно, чтобы христианский писатель назвал этот алтарь престолом сатаны, потому что даже в те времена греческие боги были анахронизмом и любое выступление против них было бы пустой тратой сил.

б) Особенно близко был Пергам связан с культом греческого бога Асклепия. Асклепия называли "Пергамский бог". Древнеримский врач Гален (ок. 130-200 гг.) говорил, что люди чаще всего клянутся Артемидой Ефесской, Аполлоном Дельфийским или Асклепием Пергамским.

Асклепий был богом врачевания и его храмы были чем-то вроде больниц в древнем мире. Люди толпами стекались в Пергам в поисках облегчения своих болезней. Кто-то даже назвал Пергам "Меккой древнего мира".

Врачевание больных входило частично в задачу жрецов, врачей - упомянутый выше древнеримский врач Гален, второй по величине после Гиппократа в истории медицины, Читать далее...

ЕФЕС: ВЕЛИКАЯ НАГРАДА (Отк. 2,1-7 (продолжение))
И, наконец, Воскресший Христос дает великое обетование тем, кто преодолеет и победит. В этой картине две прекрасные идеи.

1. Идея древа жизни, которая является частью истории Едемского сада; посреди сада Бог посадил дерево жизни (Быт. 2,9), Адаму было запрещено есть от этого дерева (Быт. 2,16.17), плоды которого делают человека подобным Богу; за то, что Адам и Ева ели плод этого дерева, они и были изгнаны из Едема (Быт. 3,22-24).

Позже это дерево стало в иудейском мировоззрении символом того, что дало человеку подлинную жизнь. Мудрость - древо жизни для тех, которые приобретают ее (Прит. 11,30); исполняющееся желание - как древо жизни (Прит. 13,12); кроткий язык - древо жизни (Прит. 15,4), К этому надо добавить еще одну картину.

Адаму сперва было запрещено есть от дерева жизни, а потом он был изгнан из рая, и тем самым потерял это дерево навсегда. Но иудеи уже завсегда полагали, что когда придет Мессия и начнется новый век, дерево жизни будет посреди людей, и те, которые останутся верными, будут вкушать от него.

У раввинов было свое представление о дереве жизни в раю; его ветви затеняют весь райский сад; оно излучает пять сот тысяч благоухающих запахов, а у плодов его - столько же различных приятных вкусов. Идея заключалась в том, что Мессия восстановит то, что потерял Адам.

Вкушать от плодов дерева жизни - значит отведать все радости, которые получат после воцарения Христа оставшиеся верными до конца победители.

2. Идея рая; уже одно звучание этого слова прекрасно. Может быть, мы не придаем ему никакого конкретного значения, но, изучая историю, мы наталкиваемся на одну из самых фантастических мыслей.

а) Слово рай происходит из персидского языка. Греческий историк и публицист Ксенофонт (ок. 444-356 гг. до Р. Х.) писал много о персах и ввел это слово в греческий язык. Описывая образ жизни персидского царя, он говорит, что персидский царь, где бы он ни жил, везде устраивает рай, полный всех тех прекрасных и красивых вещей, которые может производить земля. Рай - прекрасное слово для описания всего прекрасного и безмятежного.

б) В греческом переводе Ветхого Завета слово рай употребляется в двух значениях. Во-первых, для обозначения сада Едем (Быт. 2,8; 3,1), и, во-вторых, для обозначения всяких величественных садов. Пророк Исаия, когда он говорит о саде, в котором нет воды, употребляет слово рай (Ис. 1,30); его же употребляет пророк Иеремия, когда говорит: "разводите сады и ешьте плоды их" (Иер. 29,5); и проповедник, когда он говорит:

"Я... устроил себе сады и рощи и насадил в них всякие плодовые дерева" (Еккл. 2,5).

3. В раннехристианском мировоззрении это слово имеет особое значение. По иудейскому мировоззрению души всех, без различия, попадали в ад (Гадес) - серое и мрачное место. В представлении ранних христиан все люди попадают в место (или состояние) промежуточное между небом и землей, где они остаются до окончательного осуждения.

Великие мыслители раннехристианской Церкви не отождествляли рай и небеса; в их представлении рай был промежуточной стадией, где души праведников подготовляются к тому, чтобы вступить в присутствие Бога. В этом есть что-то прекрасное: кто не чувствовал, что расстояние между землей и небом слишком велико, чтобы его можно было преодолеть одним шагом, и что вступление в присутствие Бога нужно представлять себе как постепенный процесс?

4. В конечном счете, рай потерял в христианском мировоззрении этот смысл промежуточного состояния или положения и стал равнозначным небесам. Мы должны вспомнить слова Иисуса, обращенные к умирающему и раскаявшемуся злодею: "Ныне же будешь со Мною в раю" (Лук. 23,43).

Мы коснулись тайны, в связи с которой было бы просто непочтительно утверждать что-либо однозначное; но разве существует лучшее определение рая, чем жизнь вечная в присутствии нашего Господа?

8-11

ОБРАЩЕНИЕ К СМИРНСКОЙ ЦЕРКВИ (Отк. 2,8-11)
СМИРНА - ВЕНЕЦ МАЛОЙ АЗИИ (Отк. 2,8-11)
Ефес, совершенно очевидно, должен был стоять первым в списке семи церквей и, совершенно естественно, что его главный соперник Смирна стоял на втором месте. Смирна была самым прекрасным городом Малой Азии; ее называли украшением Асии, венцом Асии и цветком Асии. Греческий сатирик Лукиан говорил, что это "прекраснейший город Ионии".

Аристид, древнегреческий полководец, который с таким блеском пел хвалу Смирне, говорил "благодать, расстилающаяся над каждой частью, подобно радуге... прозрачность, которая проникает каждую часть, и достигает до небес, подобно блеску бронзы оружия у Гомера".

Очарованию Смирны содействовало еще и то, что над ней и по ее улицам всегда дул западный ветер, нежный зефир. "Ветер, - говорил Аристид, - дует через весь город, через каждую его часть, и потому в нем свежо, как в роще".

Этот постоянный западный ветер имел лишь один недостаток - стоки города скапливались в заливе, у которого стоял город, и этот западный ветер гнал эти стоки скорее на город, чем в море.

Смирна была Читать далее...

ТИТУЛЫ ВОСКРЕСШЕГО ГОСПОДА (Отк. 4,14-18 (продолжение))
Рассмотрим коротко каждый из титулов, которыми назван Воскресший Господь.
"Глава Его и волосы белы, как белая волна, как снег".

Эта характеристика, взятая из описания Ветхого днями из Дан. 7,9, символизирует следующие:

а) Она символизирует глубокую старость и говорит об извечном существовании Иисуса Христа.

б) Она говорит о Божественной чистоте. "Если будут грехи ваши, как багряное, - сказал Исаия, - как снег убелю; если будут красны, как пурпур, - как волну убелю" (Ис. 1,18). Это символ предшествования и безгрешности Христа.
"Очи Его, как пламень огненный".

Книгу Даниила Иоанн помнит всегда; это взято из описания Божественной фигуры, принесшей Даниилу видение. "Очи его - как горящие светильники" (Дан. 10,6).

При чтении евангельской истории складывается впечатление, что человек, хоть раз видевший глаза Иисуса, никогда не мог забыть их. Вновь и вновь ясно видим мы Его глаза, обозревающие окружающих Его людей (Мар. 3,34; 10,23; 11,11). Иногда глаза Его вспыхивают гневом (Мар. 3,5); иногда они останавливаются на ком-то с любовью (Мар. 10,21); а иногда в них заключена вся скорбь человека, обиженного друзьями до глубины души (Лук. 22,61).

"Ноги Его подобны халколивану, как раскаленные в печи".
Оказалось невозможным установить, что это за металл - халколиван. Может быть, это тот сказочный минерал, сплав золота и серебра, который древние называли электрум и считали дороже и золота и серебра.

И это видение имеет своим источником Ветхий Завет. В Книге Даниила сказано о небесном посланнике: "Руки его и ноги его по виду - как блестящая медь" (Дан. 10,6); у пророка Иезекииля сказано об ангельских существах, что "ступни ног их... сверкали, как блестящая медь" (Иез. 1,7).

Может быть, эта картина символизирует две вещи. Халколиван символизирует силу, непоколебимость Бога, а светящиеся лучи жара - скорость, быстроту, с которой Он спешит помочь Своим людям или наказать грех.
"Голос Его - как шум вод многих".

Это описание гласа Божьего в Иез. 43,2. Но, может быть, это дошедшее до нас эхо маленького острова Патмос. Как выразился один комментатор: "Шум Эгейского моря всегда стоял в ушах тайновидца, а голос Божий звучит не на одной ноте: здесь он подобен раскатам морского прибоя, но может быть подобен веянию тихого ветра; он может делать строгий выговор, а может успокоительно напевать, как мать над ушибшимся дитем.

"Он держал в деснице Своей семь звезд".

И это было прерогативой Самого Бога. Но здесь есть нечто прекрасное. Когда провидец упал в благоговейном ужасе перед видением Воскресшего Христа, Он протянул Свою десницу и положил на него, сказав: "не бойся".

Десница Христа достаточно сильна, чтобы поддерживать небеса и достаточно нежна, чтобы утереть наши слезы.

ТИТУЛЫ ВОСКРЕСШЕГО ГОСПОДА - 2 (Отк. 1,14-18 (продолжение))
"Из уст Его выходил острый с обеих сторон меч".
Это был не длинный и узкий, как у фехтовальщика, а короткий, в форме языка, меч для ближнего боя. И опять же провидец нашел в разных местах Ветхого Завета элементы для своего образа.

Пророк Исаия говорит о Боге: "Он... жезлом уст Своих поразит землю" (Ис. 11,4) и о себе: "И соделал уста мои как острый меч" (Ис. 49,2). Этот символ говорит о всепроникающей силе Слова Божьего. Когда мы прислушиваемся к Нему, от Него не может защитить никакой щит самообмана;

оно снимает с нас наш самообман, обнажает наши грехи, ведет нас к прощению. "Ибо слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого" (Евр. 4,12); "...беззаконник, которого Господь Иисус убьет духом уст Своих..." (2 Фес. 2,8)
.
"Лице Его - как солнце, сияющее в силе своей".

В Книге Судей есть грандиозная картина, которая вполне могла стоять перед мысленным взором Иоанна. Погибнут все враги Божие, но "любящие же Его да будут как солнце, восходящее во всей силе своей" (Суд. 5,31).

Если это ждет тех, кто любит Бога, то насколько вероятнее, что такое ждет возлюбленного Сына Божия. Один английский комментатор видит в этом даже нечто более привлекательное: не больше и не меньше, как воспоминание о Преображении. Тогда Иисус преобразился в присутствии Петра, Иакова и Иоанна "и просияло лице Его как солнце" (Мат. 17,2).

Никто из видевших это не мог больше забыть это сияние, и если автором Откровения - тот же самый Иоанн, то, возможно, что он и видел на лице Воскресшего Христа славу, виденную им на горе Преображения.
"Когда я увидел Его, то пал к ногам Его, как мертвый".

Это же пережил пророк Иезекииль, когда Бог говорил с ним (Иез. 1,28; 3,23; 43,3). Но мы, конечно, можем и здесь найти отзвук евангельской истории. В тот великий день в Галилее, когда было поймано много рыбы, Симон Петр, увидев, Кто Такой Иисус, припал к коленам Его, понимая только, что он - грешный человек (Лук. 5,1-11). В последние дни человеку остается только благоговейно стоять в присутствии святости и славы Воскресшего Христа.

"Не бойся".
И здесь, конечно, у нас есть аналогия в евангельской истории, Читать далее...

ИМЕНА ИИСУСА ХРИСТА (Отк. 1,4-6 (продолжение))
В этом отрывке мы видим три великих титула Иисуса Христа.
1. Он свидетель верный. Эта одна из любимых идей автора четвертого Евангелия, что Иисус - свидетель истины Божьей.

Иисус сказал Никодиму: "Истинно, истинно говорю тебе: Мы говорим о том, что знаем, и свидетельствуем о том, что видим" (Иоан. 3,11). Понтию Пилату Иисус сказал: "Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине" (Иоан. 18,37).

Свидетель говорит о том, что видел собственными глазами. Вот почему Иисус - свидетель Божий: у Него Одного из первых рук знание о Боге.
2. Он первенец из мертвых. Первенец, в греческом прототокос, может иметь два значения,

а) Оно может в буквальном смысле значить первенец, первый, старший ребенок. Если оно употреблено в этом смысле, то это должно быть указанием на Воскресение.

Через Воскресение Иисус одержал победу над смертью, в которой может соучаствовать каждый, кто верит в Него,

б) Вследствие того, что первенец - это сын, наследовавший честь и власть отца, прототокос получило значение человека, облеченного властью и славой; занимающего первое место, принца среди обыкновенных людей. Когда Павел говорит об Иисусе как о рожденном прежде всякой твари (Кол. 1,15), он подчеркивает, что Ему принадлежат первое место и честь.

Если мы примем это значение слова, то это значит, что Иисус - Господь умерших, также как и Господь живых. Во всей вселенной, в этом мире и в мире грядущем, и в жизни и в смерти, нет такого места, где бы Иисус не был Господь.

3. Он владыка царей земных. Здесь следует отметить два пункта,

а) Это параллель к Пс. 88,28: "И Я сделаю его первенцем, превыше царей земных". Иудейские книжники всегда считали, что этот стих - описание грядущего Мессии; и, поэтому, сказать, что Иисус - владыка царей земных, значит сказать, что Он - Мессия,

б) Один комментатор указывает на связь этого титула Иисуса с историей о Его искушении, когда дьявол взял Иисуса на высокую гору, показал Ему все царства мира и славу их и сказал Ему "все это дам Тебе, если падши поклонишься мне" (Мат. 4,8.9; Лук. 4,6.7).

Дьявол утверждал, что ему отдана власть над всеми царствами земными (Лук. 4,6) и предлагал Иисусу, если Он вступит с ним в союз, дать Ему долю в них. Поразительно, что Иисус Сам, Своими муками и смертью на Кресте и властью Воскресения приобрел то, что дьявол обещал Ему, но никогда не смог бы дать. Не компромисс со злом, а непоколебимая верность и верная любовь, принявшие даже Крест, сделали Иисуса Господом вселенной.

ЧТО ИИСУС СДЕЛАЛ ДЛЯ ЛЮДЕЙ (Отк. 1,4-6 (продолжение))
Лишь в немногих отрывках изложено так прекрасно, что Иисус сделал для людей.

1. Он возлюбил нас и омыл нас от грехов наших Кровью Своею. В греческом слова мыть и освобождать очень похожи, соответственно луейн и лиейн, но произносятся совершенно одинаково.

Но не остается никаких сомнений в том, что в самых старых и самых хороших греческих списках стоит лиейн, то есть освобождать.

Иоанн понимает это так, что Иисус освободил нас от грехов наших ценой Своей крови. Именно это же Иоанн говорит позже, когда говорит о тех, искупленных Богу Кровию Агнца (5,9). Это же имел в виду

Павел, когда говорил о том, что Христос искупил нас от клятвы закона (Гал. 3,13). В обоих этих случаях Павел употребил слово ексагорадзейн, что значит выкупить из, уплатить цену при покупке человека или вещи у того, кто владеет человеком или вещью.

Многие должны почувствовать облегчение, когда узнают, что Иоанн говорит здесь, что мы освобождены от грехов наших ценою крови, то есть ценою жизни Иисуса Христа.

Здесь есть еще один очень интересный пункт. Надо обратить особое внимание на время, в котором стоят глаголы. Иоанн настаивает на том, что выражение Иисус любит нас стоит в настоящем времени, что значит, что любовь Божья в Иисусе Христе есть нечто постоянное и непрерывное.

Выражение освободил (омывшем) напротив, стоит в прошедшем времени; греческая форма аорист передает совершенное действие в прошлом, то есть наше освобождение от грехов было совершенно в одном акте Распятия. Другими словами, то что произошло на Кресте, было единственным доступным во времени актом, послужившим выражению постоянной любви Божьей.

2. Иисус сделал нас царями и священниками Богу. Это цитата из Исх. 19,6: "А вы будете у Меня царством священников и народом святым". Иисус сделал для нас двоякое.

а) Он дал нам царское достоинство. Через Него мы можем стать подлинными чадами Божиими; а если мы - чада Царя царей, то нет более высшей родословной, чем наша.

б) Он сделал нас священниками. По прежней традиции лишь священник имел право доступа к Богу. Иудей, вошедший в храм, мог пройти двор язычников, двор женщин и двор израильтян, но здесь он должен был остановиться; он не мог войти во двор священников, он не мог приблизиться к Святому Святых.

В видении о грядущих великих днях Исаия сказал: "А вы будете называться священниками Господа" (Ис. 61,6). В тот день каждый человек Читать далее...

КНИГА, ДОСТОЙНАЯ ИЗУЧЕНИЯ
Нельзя закрывать глаза на трудности Откровения: это самая трудная книга Библии, но ее изучение чрезвычайно полезно, потому что в ней содержится горящая вера христианской Церкви в эпоху, когда жизнь была сплошной агонией, а люди ждали конца известного им неба и земли, но все же верили, что за ужасами и человеческой яростью - слава и сила Божья.
Глава 1
1-3
БОЖЬЕ ОТКРОВЕНИЕ ЛЮДЯМ (Отк. 1,1-3)
Эту книгу иногда называют Откровением, а иногда - Апокалипсис. Она начинается словами: "Откровение Иисуса Христа", которые значат не откровение об Иисусе Христе, а откровение, дарованное Иисусом Христом. Откровение - по-гречески апокалупсис, и это слово имеет свою историю.
1. Апокалупсис состоит из двух слов: апо, что значит прочь от и калупсис - покров, и потому апокалупсис значит снятие покрова, откровение. Первоначально это слово не было сугубо религиозным, а попросту значило разоблачение какого-то факта. Весьма интересно употребляет это слово греческий историк Плутарх ("Как отличить льстеца от друга", 32). Он рассказывает о том, что однажды Пифагор подверг публичному порицанию одного из своих преданных учеников, и как этот молодой человек пошел и удавился. "С тех пор Пифагор никогда больше не наставлял никого при посторонних, потому что к ошибкам надо относиться так же, как к заразной болезни и всякое наставление и разъяснение (апокалупсис) должно совершаться в тайне". Но затем апокалупсис стало исключительно христианским словом.
2. Оно употребляется для раскрытия воли Божьей для направления наших действий. Так Павел говорит, что прибыл в Иерусалим по откровению (апокалупсис). Он пошел, потому что Бог сказал ему, что желает от него этого (Гал. 2,2).
3. Оно употреблено для откровения истины Божьей людям. Евангелие, которое благовествовал Павел, он принял не от человека, а через откровение (апокалупсис) Иисуса Христа (Гал. 1,12). Весть проповедника в христианском собрании - откровение (1 Кор. 14,6).
4. Оно употребляется и для откровения Божиих сокровенностей людям, особенно в воплощении Иисуса Христа (Рим. 14,24; Еф. 3,3).
5. В особенности же оно употребляется для определения откровения силы и святости Божьей, которые грядут в последние дни; это будет откровение праведного суда (Рим. 2,5); для христиан же это будет откровением "к похвале, чести и славе" (1 Пет. 1,7), благодати (1 Пет. 1,13), радости (1 Пет. 4,13).
Прежде чем обратиться к более специфическому употреблению слова апокалупсис, надо отметить два факта.
1. Откровение связано особым образом с деятельностью Святого Духа (Еф. 1,17).
2. Следует понимать, что здесь перед нами образ всей христианской жизни, потому что в ней нет такой части, которая не была бы освещена откровением Божьем. Бог открывает нам, что нам надлежит делать и говорить; в Иисусе Христе Он открывает нам Себя, ибо видевший Иисуса видел Отца (Иоан. 14,9), а жизнь движется к последнему и завершающему откровению, в котором будет суд для тех, кто не подчинился Богу, и благодать, слава и радость для тех, кто пребывает в Иисусе Христе. Откровение - это не специфически богословская идея; это то, что Бог предлагает каждому, кто готов слушать.
А теперь обратимся к специфическому значению слова апокалупсис, которое имеет непосредственное отношение к этой книге.
Иудеи уже давно перестали надеяться на то, что они смогут своими силами получить воздаяние, полагающееся им, как избранному народу, и потому надеялись на прямое вмешательство Бога. Для этого они делили все время на два века - на век нынешний, подчиненный пороку, и на век грядущий, который является Божиим веком. А в промежуток - время великой скорби. В эпоху между Ветхим и Новым Заветами иудеи написали много книг, представлявших собой видения ужасного последнего времени и грядущего затем блаженства. Эти книги назывались апокалипсисами; Откровение является такой книгой. Хотя в Новом Завете нет больше ничего подобного, оно относится к литературному жанру, типичному для эпохи между Ветхим и Новым Заветами. В этих книгах было что-то дикое и невразумительное, потому что в них пытаются описать неописуемое. Откровение так труднодоступно для понимания именно из-за предмета и темы, которой оно посвящено.
СРЕДСТВА БОЖЬЕГО ОТКРОВЕНИЯ (Отк. 1,1-3 (продолжение))
В этом отрывке коротко показано, как откровение достигло людей.
1. Откровение исходит от Бога, источника всякой истины. Всякая истина, открытая людьми, содержит в себе два элемента: она является открытием человеческого ума и даром Божиим. Однако важно помнить, что человек никогда не создает истины, а получает ее от Бога. Нам следует также помнить, что он получает ее двумя путями. Человек постигает ее в результате серьезных поисков. Бог даровал человеку разум и поэтому Он часто говорит нам посредством нашего ума. Конечно, Он не доверяет истину тому, кто слишком ленив, чтобы размышлять о нем. Ее постигают в результате благоговейного ожидания. Бог дарует Свою истину тому, кто не только напряженно думает о ней, но и спокойно ожидает откровения ее в молитве и Читать далее...

БЛАЖЕНСТВА ГРЯДУЩЕГО ВЕКА
1. Разделенное царство будет снова объединено. Дом Иуды снова придет к дому Израилеву (Иер. 3,18; Ис. 11,13; Ос. 1,11). Старое разделение будет устранено и народ Божий будет един.
2. Нивы в этом мире будут необычайно плодородными. Пустыня сделается садом (Ис. 32,15), сделается как рай (Ис. 51,3); "возвеселится пустыня и сухая земля, ... и расцветет как нарцисс" (Ис. 35,1).
3. Во всех видениях о новом веке неизменным элементом было прекращение всех войн. Мечи будут перекованы в орала, и копья - на серпы (Ис. 2,4). Не будет ни меча, ни боевой трубы. Будет единый закон для всех людей и великий мир на земле, и цари будут друзьями (Сив. 3,751-760).
4. Одна из самых прекрасных идей, высказывавшихся в связи с новым веком - не будет никакой вражды между зверями или между человеком и зверями. "Тогда волк будет жить вместе с ягненком, а барс будет лежать вместе с ягненком, и молодой лев и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их" (Ис. 11,6-9; 65,25). Новый союз будет заключен между человеком и полевыми зверями (Ос. 2,18). "И младенец будет играть норою аспида (змеи), и дитя протянет руку свою на гнездо змеи" (Ис. 11,6-9; 2 Вар. 73,6). Во всей природе будет царствовать дружба, где никто не будет хотеть вреда другому.
5. Грядущий век покончит с усталостью, печалью и страданиями. Люди не будут более томиться (Иер. 31,12), и радость вечная будет над головами их (Ис. 35,10). Тогда не будет преждевременной смерти (Ис. 65,20-22) и ни один из жителей не скажет: "Я болен" (Ис. 33,24). "Поглощена будет смерть навеки, и отрет Господь Бог слезы со всех лиц..." (Ис. 25,8). Исчезнут болезни, тревоги и стенания, не будет мук при родах ребенка, жнецы не будут уставать, строителей работа не будет изнурять (2 Вар. 73,2-74,4).
6. Век грядущий будет веком праведности. Люди будут всецело святыми. Человечество будет хорошим поколением, живущим в страхе Божием в дни милосердия (Псалмы Соломона 17,28-49; 18,9.10).
Откровение - это представитель всех этих апокалипсических книг в Новом Завете, повествующих об ужасах, которые произойдут перед концом времени, и о блаженствах века грядущего; в Откровении использованы все эти уже знакомые видения. Они часто будут представлять для нас трудности и даже будут невразумительными, но, по большей части употреблялись картины и идеи, хорошо знакомые и понятные тем, кто его читал.
АВТОР ОТКРОВЕНИЯ
1. Откровение написал человек по имени Иоанн. С самого начала он говорит, что видение, которое он собирается пересказать, Бог послал рабу Своему Иоанну (1,1). Основную часть послания он начинает словами: Иоанн, семи церквам в Асии (1,4). О себе он говорит как об Иоанне, брате и соучастнике в скорби тех, кому он пишет (1,9). "Я Иоанн, - говорит он, - видел и слышал сие" (22,8). 2. Иоанн был христианином, живший в той же области, в которой и жили христиане семи церквей. Он называет себя братом тех, кому он пишет, и говорит, что делит с ними выпавшие на их долю скорби (1,9).
3. Вероятнее всего, это был палестинский иудей, пришедший в Малую Азию уже в пожилом возрасте. Такой вывод можно сделать, если принять во внимание его греческий язык - живой, сильный и образный, но, с точки зрения грамматики, худший в Новом Завете. Совершенно очевидно, что греческий - не родной его язык; часто ясно видно, что он пишет по-гречески, а думает на еврейском языке. Он с головой ушел в Ветхий Завет. Он цитирует его или намекает на соответствующие места 245 раз; цитаты взяты почти из двадцати книг Ветхого Завета, но любимыми его книгами являются Книги Исаии, Иезекииля, Даниила, Псалтирь, Исход, Иеремии и Захарии. Но он не только очень хорошо знает Ветхий Завет, он знаком также с апокалипсической литературой, возникшей в эпоху между Ветхим и Новым Заветами.
4. Себя он считает пророком, и на этом основывает свое право говорить. Воскресший Христос повелел ему пророчествовать (10,11); именно через дух пророчества дает Иисус Свои пророчества Церкви (19,10). Господь Бог - это Бог святых пророков и Он посылает Своих ангелов показать рабам Своим, что должно произойти в мире (22,9). Его книга - типичная книга пророков, содержащая пророческие слова (22,7.10.18.19).
На этом основывает Иоанн и свой авторитет. Он не называет себя апостолом, как это делает Павел, желая подчеркнуть свое право говорить. У Иоанна нет в Церкви ни "официального", ни административного поста; он пророк. Он пишет то, что видит, и, потому что все видимое им идет от Бога, слово его правдиво и истинно (1,11.19).
В пору, когда писал Иоанн - где-то около 90 г., - пророки занимали в Церкви особое место. В то время в Церкви были два рода пастырства. Во-первых, было поместное пастырство - оно жило оседло в одной общине: пресвитеры (старейшины), дьяконы и учителя. Во-вторых, существовало странствующее пастырство, сфера работы которого не ограничивалась какой-либо общиной; сюда входили апостолы, чьи послания распространялись по всей Церкви, и пророки, которые были странствующими проповедниками. Пророков очень уважали, подвергать сомнению Читать далее...

Баркли У. Откровение Иоанна Богослова

ВВЕДЕНИЕ К ОТКРОВЕНИЮ ИОАННА
КНИГА, СТОЯЩАЯ ОСОБНЯКОМ
Когда человек изучает Новый Завет и приступает к Откровению, он чувствует себя перенесенным в иной мир. Эта книга вовсе непохожа на остальные книги Нового Завета.

Откровение не только отличается от других новозаветных книг, оно и чрезвычайно сложно для понимания современного человека, и потому его часто или оставляли без внимания, как непонятное писание, или же религиозные сумасброды обращали его в поле битвы, используя его для составления небесных хронологических таблиц и графиков того, что когда произойдет.

Но, с другой стороны, всегда были те, которые любили эту книгу. Филипп Каррингтон, например, сказал: "Автор Откровения более крупный мастер и художник, чем Стивенсон, Кольридж или Бах. У Иоанна Богослова лучше чувство слова, чем у Стивенсона; он лучше чувствует неземную, сверхъестественную красоту, чем Кольридж; у него более богатое чувство мелодии, ритма и композиции, чем у Баха... Это единственный шедевр чистого искусства в Новом Завете... Его полнота, богатство и гармоническое разнообразие ставят его выше греческой трагедии".

Мы, несомненно, увидим, что это трудная и шокирующая книга; но, в то же время, в высшей степени целесообразно изучать ее до тех пор, пока она не даст нам свое благословение и не раскроет своих богатств.

АПОКАЛИПТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
При изучении Откровения надо помнить, что при всей его уникальности в Новом Завете, оно, тем не менее, является представителем самого распространенного литературного жанра в эпоху между Ветхим и Новым Заветами. Откровение обычно называют Апокалипсис (от греческого слова апокалупсис, означающего откровение). В эпоху между Ветхим и Новым Заветами была создана огромная масса так называемой апокалипсической литературы, продукт непреодолимой иудейской надежды.
Иудеи не могли забыть, что они являются избранным народом Божиим. Это вселяло в них уверенность, что однажды они достигнут мирового господства. В своей истории они ждали прихода царя из рода Давидова, который объединит народ и поведет его к величию. "Произойдет отрасль из корня Иесеева" (Ис. 11,1.10). Бог восстановит Давиду Отрасль праведную (Иер. 23,5). В один прекрасный день люди "будут служить Господу, Богу своему, и Давиду, царю своему" (Иер. 30,9). Давид будет их пастырем и их царем (Иез.34,23; 37,24). Скиния Давидова будет восстановлена (Ам. 9,11). Из Вифлеема произойдет Владыка в Израиле, Которого происхождение из начала, от дней вечных, Который будет великим до краев земли (Мих. 5,2-4).
Но вся история Израиля не осуществила этих надежд. После смерти царя Соломона царство, уже малое само по себе, раскололось надвое при Ровоаме и Иеровоаме и потеряло свое единство. Северное царство, со столицей в Самарии, пало в последней четверти восьмого столетия до Р. Х. под ударами Ассирии, навсегда ушло со страниц истории, и известно нынче под названием десяти потерянных колен. Южное царство со столицей Иерусалим было обращено в рабство и уведено вавилонянами в начале шестого столетия до Р. Х. Позже оно находилось в зависимости от персов, греков и римлян. История Израиля была летописью поражений, из чего стало ясно, что никакой смертный не сможет избавить и спасти его.
ДВА ВЕКА
Иудейское мировоззрение упорно цеплялось за идею избранности иудеев, но постепенно иудеям пришлось приспосабливаться к фактам истории. Для этого они разработали свою схему истории. Они делили всю историю на два века: на век нынешний, совершенно порочный, безнадежно пропавший. Его ждет только полное уничтожение. И потому иудеи ждали его конца. Кроме того, они ожидали век грядущий, который должен был, в их представлении, быть отличным, Золотым веком Божиим, в котором будет мир, благополучие и праведность, а избранный Богом народ будет вознагражден и займет принадлежащее ему по праву место.
Как же должен этот нынешний век стать веком грядущим? Иудеи полагали, что перемену эту нельзя совершить силами человеческими и потому они ожидали прямого вмешательства Бога. Он грянет большими силами на сцену истории, чтобы начисто разрушить и уничтожить этот мир и ввести Свое золотое время. День пришествия Бога они называли Днем Господним и это должно было быть страшное время ужаса, разрушения и суда, и оно одновременно должно было стать мучительным началом нового века.
Во всей апокалипсической литературе освещались эти события: грех нынешнего века, ужасы переходного времени и блаженство в грядущем. Вся апокалипсическая литература неизбежно была таинственной. Она неизменно пытается описать неописуемое, выразить невыразимое, изобразить неизобразимое.
И все это осложняется еще одним фактом: эти апокалипсические видения еще ярче вспыхивали в умах людей, живших под тиранией и угнетением. Чем больше чуждая сила подавляла их, тем больше мечтали они о разрушении и уничтожении этой силы и о своем оправдании. Но если бы угнетатели осознали существование этой мечты, все стало бы еще хуже. Эти писания казались им бы работой мятежных Читать далее...

Яков Кротов
ПРИКЛЮЧЕНИЯ ВЕРЫ

ЧУДЕСА
Виталий Гинзбург: "Чудом по определению называется то, что противоречит научным данным". А Виталием Гинзбургом называется то, что не Яков Кротов! Я люблю мир, в котором есть Виталий Гинзбург, но я сойду с ума в мире, где все, кроме меня - Виталий Гинзбург.

Если чудо - то, что противоречит научным данным, то чудес многовато будет даже для ханжей. Ведь научные данные всегда - выжимка из мира, а не мир.

Понятие "чуда" появилось за много тысячелетий до появления науки, и уже поэтому никакого определения чуда с точки зрения науки быть не может.

Самое древнее представление о чуде (кстати, вовсе не "определение" в современном смысле слова) есть "необычное".

Обычно лягушки с неба не падают. Это определение очень точно определяет прикладное значение чуда для человека, который с ним столкнулся.

Чудо как необычное есть нечто, что не согласуется с предыдущим опытом человека. Понятно, что отождествлять свой опыт с наукой, - ненаучно.

Когда человек узнаёт, что лягушки с неба падают если не часто, то довольно регулярно - со смерчами - он не вычёркивает то, древнеегипетское лягушкопадание, из списка чудес.

Человек подымает планку, которую надо преодолеть Богу, если Тот хочет что-то сообщить через чудо.

Если излечение истерии из категории чудес переходит в категорию рядового врачебного действия, сфера чудесного не сужается, а подымается.

Человек, который отождествляет чудесное со сверхъестественным, плохо знает Бога, действующего и через естественное.

Но учёный, который отождествляет естественное с "научным", забыл, что такое наука.

Человек начинает религиозный путь, усматривая чудо в лягушках, падающих с неба, и заканчивает религиозный путь, усматривая чудо в человеке, подымающемся на небо. Речь вовсе не о вознесении Христа.

Когда Иисус исцелил слепого, это было чудо, а когда Иисус воскрес - это не чудо. Христианство начинается именно там, где человек верует, что воскресение Христово - естественно, а не сверхъестественно, ибо Богу естественно не умирать. Естественно ли умирать человеку?

Наука скажет: "Не знаю", ибо наука не знает и не может знать, что такое "естество человека". "Естество" - понятие философское, а не научное.

Учёный же может сказать: "Да, естественно", но учёный скажет не потому, что он учёный, а потому что он - человек, склонный принимать обычное за естественное. То есть, склонный ошибаться.

Чудо вознесения человека совершается не тогда, когда его отправляют на орбиту, а когда его обнимают, приковывая к земле. Любовь - вот главное чудо в самом строгом смысле слова.

Любовь "противоречит научным данным", для которых есть лишь статистика браков и разводов, совокупность биохимических и психологических процессов и т.п. Тем не менее, философски подкованный учёный остережётся говорить, что любви не существует, даже если он её ни разу не испытывал.

Чудо любви отрицает не наука, чудо любви отрицает цинизм. Вере и противостоит не наука, а цинизм - особенно в России, где цинизм правит и религией, и наукой.

В современной Церкви мало найдётся супружеских пар, которые реально прожили в целомудренной любви от начала, не разлучаясь.

Современная Церковь поэтому преуспела в искусстве делать бывшее небывшим, признавать брак с атеистом не браком, развод - в ничто и т.п.

На первое место выходит монашество - как будто бегство от брака что-либо доказывает о браке.

Увы, в современной Церкви так же мало чуда любви, как и древней. Но есть и хорошая новость: отрицающий чудо Гинзбург живёт в чуде любви - первой, единственной и вечной - более шести десятков лет. Сам Гинзбург и есть главное чудо.

И это лучшее доказательство того, что наука и чудо не отрицают друг друга.

*

Вера в чудо вторична по отношению к вере в Бога, как само чудо вторично по отношению к Богу. Вообще, "верить в чудо" - странное для верующего выражение. Верующий верует в Бога, а чудо с ним просто случается, как случается зубная боль или выигрыш в лотерею.

Было бы странно веровать в зубную боль, тем более в лотерею. Знание того, что где Бог, там и чудо, есть именно знание - самодостаточное как учебник, который лежит на столе и молчит.

Когда же верующий только и делает, что говорит о чудесах, он похож на ученика, который читает учебнику однокласснику. Кто его просит?!

Кто его будет слушать?! Никто. А если кто и послушает, будет лишь хуже, вместо одного ханжи появятся двое.

Вера в чудо вытеснит веру в Бога и, что самое печальное, она вытеснит любовь к человеку.

Вера в чудо именно как вера побуждает игнорировать зло и страдания, помнить лишь чудеса. Такой человек может пройти войну и помнить лишь то, что он выжил благодаря веренице чудес, но забыть, что погибли миллионы людей, погибли его дети и родители. Такая вера в чудо есть разновидность эгоизма.

*

Господь может всё. Именно поэтому так режет ухо, когда Его просят обо всём - чтобы мучающийся на смертном одре друг умер на пару дней попозже, а то сейчас дела и Читать далее...

Господа!
Новый год начался для меня с двух Церковных ситуаций, на которые я просто не знаю, как реагировать. Постараюсь изложить их кратко и конкретно.
Буду очень благодарен, если вы подскажете мне Библейский путь разрешения этих проблем.

1) Член Церкви ложится в больницу на операцию. Официально (письменное заявление) просит Церковь о материальной помощи в размере 100$ Для Церкви и этого региона, это больная сумма. Церковь связывается с больницей и узнает, что с этого человека не собирались и не взяли за операцию ничего.
Само собой, что этот поступок ставит человека за пределы Христианства.
Как можно, строго на основе Библии изгнать этого мерзавца из Церкви?

2) Член Церкви долго и разнооброазно противопоставлял себя общине. Ее сын, во всем поддерживавший мать, без нашего направления уезжает учиться в Украинский Библейский университет в Донецке.
Скандалы этого семейства вроде утихают. В декабре, сын приезжает на практику, безо всякого направления, без согласования с братским советом, проповедником и американским куратором. Очевидно, он получает отказ.
Он с матерью начинают попытки за спиной Церкви, без согласования с братским советом, проводить мероприятия, раздачи подарков для повышения авторитета сына.
Братский совет характеризует это как действия, направленные на раскол Церкви!

Еще раз! Может ли братский совет, своим решением изгнать из Церкви фигурантов обоих вопросов за действия несовместимые с членнством в Церкви?

Все это звучит БЕЗУМНО! Но поверьте, вопросы вполне реальны.

Иоанн Златоуст

СЛОВО
о блаженном Аврааме
В церковных делах старость не препятствует. – Почему Авраам не открыл своей жене намерения принесть Исаака в жертву. – Внушается слушателям родительская любовь. – Великие дела Бог предзнаменовал per umbras.

Видели ли вы юную седину и цветущую старость? Видели ли мужественного ратоборца, боровшегося с природой и своим сердцем?

Видели ли мужа, который в глубокой старости крепче адаманта? Ослабела крепость его тела, но крепка сила его веры.

Таковы дела служения церкви, что слабость тела нисколько не вредит бодрости веры; дряхлая седина, соединенная с окрыленной верой, служит украшением церкви, и этому особенно радуется церковь. Во внешних делах старец бесполезен и ни к чему не способен, но во всем заслуживает извинения, по слабости своей не имея возможности быть полезным в делах необходимых.

Например старец не может ни выходить на войну, ни всходить на коня, ни бросать копья, ни обращать щита, ни переносить зноя солнца, ни выносить продолжительности путешествия, ни терпеть жестокости голода и тяжести тревог, но сидит в спокойном месте, находя себе оправдание в седине.

То же можно видеть и на кораблях: старец не может ни управлять кормилом, ни рассекать морей, ни действовать веслом, ни поднимать парусов, ни бороться с противными ветрами, ни переносить жестокости холода, ни делать чего-нибудь другого подобного, но сидит в корабле, находя себе извинение в возрасте.

То же можно видеть и у земледельцев: старец не может ни влечь плуга, ни проводить борозды, ни укрощать коней, ни удерживать силы мощных волов, ни выносить жара и сильного зноя и тяжести заступа, или чего-нибудь другого нужного в земледелии, но сидит дома, находя себе оправдание в седине.

А дела церкви не таковы, – но когда состареются живущие добродетельно, тогда они становятся наиболее полезными, потому что здесь требуется не крепость тела, но сила веры.

Таков был Авраам, ослабевший по телу, но сильный по вере. Он был стар, но в глубокой старости боролся с природой и воздвиг великие трофеи победы; был стар, но оказался крепче железа и тверже адаманта.

Когда он был в юном возрасте, то не сделал ничего столь славного, но когда прошло время этого возраста, тогда он воздвиг трофей победы; он был в глубокой старости, но старость не была для него препятствием.

Поэтому и Бог, зная твердость его, является ему и говорит: "пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего, в землю, которую Я укажу тебе" (Быт.12:1).

Авраам послушался этих слов, хотя уже был стар и слаб телом, и не сказал сам в себе: куда пойду я в глубокой старости? Как оставлю дом отца моего и землю, в которой я родился, где у меня обилие богатства и знатные родители, где у меня драгоценное имущество и приятное общество друзей?

Конечно, при настоящем случае он печалился, но не ослушался; как любящий отечество, он жалел оставить его, но как любящий Бога, повиновался и послушался.

И удивительно то, что Бог даже не сказал ему, в какое место (идти), но умолчанием названия испытывал волю его. Если бы Бог сказал ему: я отведу тебя в землю, текущую медом и молоком, то показалось бы, что Авраам не голоса Божия послушался, но предпочел одну землю другой.

Итак, Авраам вышел, не зная, куда он идет. Видишь ли седину, почтенную по делам? Таковы, как я прежде сказал, наши дела; ни бессилие старости не ослабляет их, ни время не разрушает их, потому что эта седина не в телах, а в душе; поэтому здесь и нет старости.

Таким образом Авраам вышел, не взяв с собой ничего, но еще живя в шалашах; и не предавался неверию и не унывал, потому что имел верный залог – голос Звавшего.

Он был бесплоден и не имел детей, равно как и Сарра, жена его, но по обетованию получил сына Исаака; когда отказывала природа, тогда даровала благодать; он получил достойную награду за послушание, но наперед не зная этого, потому что если бы он знал, то не сделал бы ничего достохвального.

А дабы тебе убедиться, что он повиновался не для этой награды, посмотри, как он и тогда, когда получил повеление заклать сына, не противится повелению, но отвергает природу и предается любви к Богу, попирает свою утробу и не отступает от Призвавшего его.

Что же сказал ему Бог? "Авраам! Он сказал: вот я. И сказал: возьми сына твоего, которого ты любишь, Исаака; и принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой Я скажу тебе" (Быт.22:1-2).

Бог даже не объявил ему горы, и умолчанием о горе поверг его в большее уныние; однако ничто не смутило Авраама, или лучше, смутило его, как имевшего человеческие чувства, но не довело до греха; он обуревался волнами, как отец, но не утопал, как любящий Бога; внутренность его горела, но вера победила.

Не говори, что Авраам нисколько не страдал; представь, в каком он горел пламени, терзаясь внутренно, и посмотри на его любомудрие.

Он даже и Сарре не сказал о том, опасаясь, чтобы она не воспрепятствовала совершению таинства. Если бы он сказал ей, то она, вероятно, стала бы удерживать его, Читать далее...

Александр Мень
ТРУДНЫЙ ПУТЬ К ДИАЛОГУ


ТРАГЕДИЯ ГЕНИЯ
(О религиозно-философских трактатах Л. Толстого)

Из всего наследия Льва Николаевича Толстого наименее доступными широкому читателю по сей день остаются его религиозно-философские произведения. До революции их печатали за рубежом, а если они и выходили в России, то обычно с купюрами.

Полностью они опубликованы в юбилейном девяностотомнике, однако он был издан мизерным тиражом и вскоре стал библиографической редкостью.


Иные, быть может, скажут: а стоит ли популяризировать эту сторону творчества писателя? Ведь она неприемлема как для атеиста, так и для церковно-верующего человека.

Не лучше ли, как прежде, ограничиваться самым ценным, что оставил нам Лев Толстой: его романами, рассказами, драмами и публицистикой? А его «скучные рассуждения» о религии пусть так и останутся достоянием специалистов-историков, литературоведов...


Трудно, однако, согласиться с подобного рода «цензурным» подходом. Почему, если художественное творчество великого писателя радует и обогащает нас, мы должны проявлять равнодушие к его внутренней духовной жизни, к его исканиям, отраженным в «Исповеди» и других религиозно-философских книгах? «Как бы мы ни спорили с Толстым, — замечает критик Игорь Виноградов, — как бы резко ни отвергали его ответы на поставленные им вопросы, само отношение Толстого к этим вопросам и к поискам ответов на них не может не отозваться в нашей душе животворным катарсисом ее нравственного обновления»*.

_________________________________

* Виноградов И. Критический анализ религиозно-философских взглядов Л. Н. Толстого. М., 1981, с. 19.


Нередко, сравнивая Льва Толстого и ф. М. Достоевского, подчеркивают трагичность последнего, которая, казалось бы, так сильно контрастирует с гармонией и «полноводностью» толстовского мироощущения, Это, конечно, правда, но не вся.


Пусть для многих это покажется парадоксом — Толстой, несомненно, фигура столь же трагичная, как Достоевский. Быть может, даже в большей степени, хотя и по-своему.


Вспомним его боль от разрыва между собственной проповедью и обстановкой, в которой он жил. Вспомним непонимание близких, юродство «толстовцев» (ведь недаром он был иногда готов отречься от них). Вспомним его беспощадную нравственную требовательность к себе, сменявшуюся (особенно в молодые годы) уступками и компромиссами.

Достаточно прочитать дневниковые записи Льва Николаевича, чтобы ощутить, насколько трудной и мучительной была внутренняя жизнь этого титана, пожавшего, как редко это бывает, прижизненную славу и получившего мировое признание.


В Библии рассказывается о прорицателе Валааме, который, имея намерение проклинать, помимо своей воли произнес благословение.

Нечто подобное случилось и с Толстым, когда он писал «Анну Каренину», Замысел книги был «обличительный», но постепенно выяснилось, что автор не в силах занять в ней позицию грозного судьи. Однако бывало с ним и обратное.


Человек, создавший патриотическую эпопею «Война и мир», он осуждал патриотизм.


Написавший бессмертные страницы о любви, о семье, он в итоге отвернулся от того и от другого.


Поборник разума, он отрицал ценность науки.


Один из величайших мастеров слова, он язвительно высмеивал все виды искусства.


Богоискатель, нашедший обоснование жизни в вере, Толстой, в сущности, подрывал ее основы.


Проповедуя Евангелие Христово, он оказался в остром конфликте с христианством и был отлучен от Церкви.

По меткому наблюдению Николая Бердяева, Толстой «был до того чужд религии Христа, как мало кто был чужд после явления Христа, был лишен всякого чувствования личности Христа»*,

_______________________

* Бердяев Н. Ветхий и Новый Завет в религиозном сознании Л. Толстого. — В кн.: О религии Толстого. Сборник статей. М., 1912, с. 176.


И, наконец, он, поставивши во главу угла непротивление и кротость, был в душе мятежником. Ополчаясь против Церкви и культуры, он не останавливался перед самыми резкими выражениями, подчас звучавшими как грубые кощунства.


И это далеко не все противоречия, терзавшие Толстого.

Но и сказанного, думаю, достаточно, чтобы ощутить, какие бури бушевали в его жизни, сознании и творчестве. Это ли не трагедия гения?..



«Исповедь» Льва Толстого, законченная им в 1881 году, — бесценный человеческий документ, В ней он, подобно блаженному Августину и Ж. Ж. Руссо, делится с читателем своей попыткой осмыслить собственный жизненный путь, путь к тому, что он считал истиной.


Впрочем, и все ранее созданное писателем тоже было своеобразной исповедью. Переживания героя «Детства», «Отрочества», «Юности», «Казаков», драма, раскрытая в «Семейном счастье», духовные искания Пьера, князя Андрея, Левина — что это, как не преломление сокровенной жизни самого автора? Особенно Левин выглядит почти двойником Толстого, и его история в романе уже содержит непосредственную прелюдию к «Исповеди».


Исходные предпосылки к созданию «Исповеди» опровергают расхожее мнение, будто Читать далее...

Макс Планк
РЕЛИГИЯ И ЕСТЕСТВОЗНАНИЕ
Доклад, прочитанный в мае 1937 года в Дерптском (Тартуском) университете.

Мах Planck. Religion und Naturwissenschaft. Vortrag gehalten im Baltikum (Mai 1937) von Dr. Max Planck. 2te unverand. Auflage. Joh. Ambrosius Barth Verl. Leipzig, 1938.

Оп.: Планк М. Религия и естествознание. // Вопр. филос. – N8 – 1990. Публикация Н. И. Кузнецовой.

Многоуважаемые дамы и господа!

В прежние времена естествоиспытатель, желая рассказать широкому кругу лиц, состоящему не только из специалистов, о теме, относящейся к своей работе, был вынужден, для того чтобы пробудить у слушателей некоторый интерес, связывать по возможности свои рассуждения в первую очередь с наглядными, взятыми из жизни представлениями.

Он должен был оперировать примерами из техники, метеорологии или биологии и, исходя из них, разъяснять те методы, посредством которых наука пытается продвинуться от конкретных частных вопросов к познанию всеобщих закономерностей.

Теперь дело обстоит иначе. Точная методика, которой пользуется естествознание, показала себя за многие годы столь плодотворной, что позволяет ныне подойти к менее очевидным вопросам, чем вышеназванные, и с успехом применяется к проблемам психологии, теории познания и даже к общим мировоззренческим проблемам, исследуя их с естественнонаучной точки зрения.

Можно, пожалуй, сказать, что в данный момент не существует ни одного сколько-нибудь абстрактного вопроса человеческой культуры, который не был бы как-то связан с естественнонаучной проблематикой.

Поэтому пусть не покажется излишне дерзкой попытка естествоиспытателя высказаться здесь, в Прибалтике, отличающейся упорной волей к культуре, о предмете, значение которого для всей нашей культуры все больше проявляется по мере ее развития и который, без сомнения, будет иметь решающее значение в предстоящей ее судьбе.

"А теперь скажи, как ты относишься к религии?"

Если какие-либо столь же просто сказанные слова в гетевском "Фаусте" лично затрагивают даже самого избалованного слушателя, возбуждая в глубине его души тайное напряжение, то это именно сей робкий вопрос невинной девушки, заботящейся о своем счастье, адресованный ею возлюбленному, который служит для нее высшим авторитетом.

Ибо это — тот самый вопрос, который испокон веков внутренне тревожит бесчисленное множество людей, жаждущих душевного мира и одновременно стремящихся к познанию.

Фауст же, несколько смущенный наивным вопросим, как бы защищаясь, отвечает: "Не хочу никого лишать его чувства и его Церкви".

Вряд ли можно найти лучший эпиграф к тому, что я хотел бы сегодня вам сказать, многоуважаемые дамы и господа. Я ни в коей мере не желал бы даже в малейшей степени попытаться поколебать почву под ногами у тех, кто в ладу со своей совестью и кто уже обрел прочную опору, что для нас важнее всего в жизни.

Это было бы безответственно как по отношению к тем. кто столь тверд в своей религиозной вере, что на него не может повлиять естественнонаучное познание, так и по отношению к тем, кто отказывается от занятий религией и довольствуется этикой, диктуемой непосредственным чувством. Но такие люди, вероятно, образуют меньшинство.

Ибо слишком впечатляющи уроки истории всех времен и народов, которая учит нас, что именно наивная, ни в чем непоколебимая вера, которую религия дарит своим приверженцам, дает наиболее мощные стимулы к творчеству, причем в области политики не меньше, чем в искусстве и науке.

Этой наивной веры, и в этом мы не смеем обманываться, теперь уже нет даже в самых широких слоях народа; ее нельзя оживить задним числом с помощью рассуждений и предписаний. Ибо верить — это значит принимать нечто за бесспорную истину.

Однако познание природы, непрестанно нащупывающее верные пути, привело к тому, что для человека, хотя бы немного знакомого с естественными науками, ныне просто невозможно признавать правдивость многих сообщений о чрезвычайных событиях, противоречащих законам природы, о чудесах природы, которые, как правило, служили важными подпорками, подкреплявшими истинность религиозных учений, и которые раньше безо всякого критического анализа воспринимались просто как факты.

Перед теми же, кто действительно всерьез относится к своей вере и кому невыносимо, если она впадает в противоречие с его знаниями, стоит вопрос совести: может ли он, оставаясь честным, причислять себя к религиозному сообществу, включающему в свое учение веру в чудеса природы?

Какое-то время многие еще могли сохранить определенное равновесие, не доходя до крайностей и ограничиваясь признанием только некоторых чудес, не считающихся особенно важными.

Однако долго на такой позиции удержаться невозможно. Шаг за шагом вера в чудеса природы должна отступить перед твердо и неуклонно развивающейся наукой, и мы не можем сомневаться в том, что рано или поздно она сойдет на нет. Уже сегодня наша подрастающая молодежь, которая и без того, как известно, явно критически относится к представлениям прошлого, не приемлет навязывания Читать далее...

Господа!
Я обращаюсь ко всем читателям этого блога.
Прошел еще один год нашей земной жизни. Мы стали на год ближе к смерти, но и на год ближе к Богу! В Нем наша надежда.
Я благодарен Вам за интерес к Слову Божьему!
Успехов Вам, здоровья и всяческих благ в Новом году!
Умоляю Вас только об одном. Не отходите от Бога, дайте ему место в своих жизнях. Без Него мы никто.
С Богом!

Ящерица (Lacertidae). В Палестине Я. встречаются повсеместно. Известно несколько их видов. ВЗ относит Я. к нечистым животным (Лев 11:29 и след.). В Лев 11:30 названы следующие рептилии:

1) под ЛЕТАА, возм., под-разумевается насекомоядное пресмыкающееся геккон (Platydactylus muralis);

2) ХАМЕ-ЛЕОНОМ [евр. коах] в Синод. пер., предположит., назван нильский варан (Varanus nilo-ticus). Он достигает длины свыше 2 м, имеет темную окраску (от темно-оливкового до черно-зеленого) с расположенными поперечными рядами желтыми пятнами. Часто встречается в сев. Африке;

3) ХОМЕТ - так назван другой, точно не установленный вид ящериц, возм., Chalcides sepoides - змеевидная ящерица с маленькими, тонкими лапками;

4) под ЯЩЕРИЦЕЙ [евр. цав], возм., подразумевается крупная травоядная рептилия Uromastix spinipes.

Ячмень [Hordeum sativum; евр. сеора; греч. крите].

На Ближнем Востоке и сегодня выращивают различные сорта ячменя. Его сеют в ноябре, а урожай собирают в первой половине апреля (в Египте - в марте).

Град (седьмая егип. казнь) уничтожил в Египте урожай Я. (Исх 9:31).

Простолюдины при выпечке хлеба заменяли дорогостоящую пшеницу Я.

(Суд 7:13; Руфь 3:15; 4Цар 4:42; Иез 4:9; Ин 6:9,13).

Смеш. с соломой Я. шел на корм лошадям (3Цар 4:28).

В рим. войске ячменный хлеб был пищей провинившихся солдат. Пятью ячменными хлебами и двумя рыбами Иисус насытил последовавших за ним в пустыню 5 тыс. человек, не считая женщин и детей (Ин 6:9 и след.).