Вчера наш город посетил Станислав Айдинян, известный литературовед, искусствовед и просто -вед. Потому что сказал мне: вы сейчас не пишете, потому что мало читаете. Мало читаете поэзии. Почитайте авторов Серебряного века, лучше полузабытых, - и всё вернется.
Спрашивается, как он узнал, что я не пишу, и меня это мучает? Само собой, я ему книжку подарила. Услышала, что я настоящая и мне стоит продолжать писать. Потом он выступал, и моя книжка торчала у него из кармана. Это останется в архивах музея и Венгерского культурного центра, во как! Потому что они его фотографировали и снимали на видео.
Наш город знаменит тем, что здесь одно лето провела Марина Цветаева. Много писала. И теперь всех пишущих с ней сравнивают. Вчера мне пришлось услышать следующее: "Вы пишете как Цветаева. Нет, лучше! Ее я не понимаю, а вас понимаю".
Ахматова у нас никогда не появлялась, но сравнение с ней тоже неизбежно. Например, такое: "У нее, как у Ахматовой: чем интимнее, тем публичнее".
То ли вся женская поэзия воспринимается в системе координат "Цветаева-Ахматова", то ли читатели другой не знают, то ли другой просто не существует. Или существует? Хотелось бы услышать ответ.
Оленька берет с тарелки колечки лука, примеряет на пальчик, говорит задумчиво: Кружочек. Кружочек 0.
Знает все буквы, сегодня читала по слогам табличку: Прием анализов. Народ в очереди, натурально, ахал: сколько лет ребенку? Ребенок смеялся, потому что "прием" вместо "приём" звучит смешно...
Сегодня снился сон - еду я в странном поезде непонятно куда с огромным количеством мелких вещей: сумок, пакетов и пустых пластмассовых ведер. Вдобавок ко всему - четыре букета цветов. Я пытаюсь все это взять, одно беру, другое падает. И в том районе, куда я еду, нельзя вызвать такси. В конце концов, беру только цветы, стою с этими огромными букетами, глаза круглые от ужаса, вокруг вещи валяются... Так и проснулась. Это не сон, а метафора моей жизни: еду куда-то, зачем-то, страшно много лишнего, и я пытаюсь все это поднять одновременно. Ясно дело, что ничего не получается!
Что-то странное в нашем городе творится. Сгорел ресторан "Советский Союз". Я не успела там побывать, а Сергея в прошлом году приглашали на выпускной вечер и в этом, соответственно, пригласили. Народ говорит, к выпускному восстановят. Да-а-а, это ж сколько денег нужно? Крыша сгорела и провалилась внутрь по всей длине здания (даже не решилась фотографировать), один фасад глаз радует. Причины пожара, как всегда, узнаем из газет.
Оленька ходит по бордюру, а мама фотографирует. Весна, надели новые ботиночки, перчатки, шапку и спортивные штаны. Надо же всё это запечатлеть! На заднем плане - качели, построенные к выборам. До этого во дворе 30 лет не было детской площадки. [525x700]
Книга вызывает разные чувства. Одни поздравляют меня, другие (Серёжины знакомые) удивляются: как, она ещё и стихи пишет? У третьих претензии к оформлению и содержанию. Как тут Ахматову не вспомнишь: "Счастливые! У них не выходит книжка...". А больше всех мне помогло четверостишие Веры Павловой:
***
Зачем писателю нужен читатель?
Читатель нужен, чтобы писатель
ужаснулся сделанному. Ужаснулся тем паче,
что было невозможно сделать иначе.
28 марта примерно в 23.20 случился пожар на заправке напротив нашего дома. Совсем рядом, в ангаре на стоянке, стояла наша машина. Ну, от греха подальше увели машину на другую стоянку. Ёмкость 35 куб.м. горит до сих пор. Пожарные спасают вторую емкость. Причины пожара пока не разглашаются.
Зрелище, конечно... см.фото. На этом фоне многие бедки кажутся мелкими и незначительными. [700x525]
Светлая память -- светлому человеку26-03-2008 23:29
Ирина Фролова, чья картинка украшает мою заглавную страницу, умерла 27 февраля сего года в жутких муках. Я узнала об этом только вчера.
Остались работы - солнечные, как ее улыбка. [504x699]
Событие двухнедельной давности, но до сих пор царапает. Пошла материал брать в одну из ремонтных мастерских и услышала в ответ: "Не надо меня фотографировать, не надо ни о чем спрашивать, и вообще корреспонденты мне нравятся, когда я читаю о них некрологи".
Даже если не сам придумал, а тупо повторил, - сильно сказано.