Мы лежали с тобой в постели На исходе дождливого мая, Где-то птицы в поля полетели И кино шло о гибели майя. На меня ты смотрела с печалью, Вот я встану, надену одежду, На столе приготовлено к чаю Я обратно в Сибирь к себе еду. Мы, возможно, с тобою не встретимся В этой жизни на нашей планете, Только знай, что звезда моя светится Чуть правее летящей кометы.

Вертолеты трещат, вертолеты дрожат И трясет в вертолетах приборы, Я мешками куда-то в угол зажат, Мы взлетаем, сметая заборы. Вертолет наш по метру ползет в высоту В облаках над хребтами Кавказа, Здесь орлы не летают лишь мы в пустоту Улетаем по воле приказа. Мы могли бы лететь по другому пути, Но Кавказ весь пылает в огне, Это Див над людьми лишь слегка пошутил, Обещая всем счастье в горшке на окне. Улетел навсегда наш ковер-вертолет, Пусть живут эти люди, как знают, Может, дети когда-то предъявят им счет, В чайхане похлебав с водкой чаю.

чего-то вдруг в какой-то год мела поземка и бродила гадость я прикрывал от зева рот была в глазах вечерних радость за поворотом дальним дом скрипит в дверях моих пружина деревья голые кругом и цвета белого машина в короткой шубке шла она моей души совсем не слыша светила ей с небес луна и на земле лежала крыша куда ушел в семнадцать лет чего искал в пути романтик того мальчишки уже нет и ходит во дворе лунатик вся жизнь была как дивный сон в ней были взлеты и паденья мы с нею пели в унисон и каждый день был днем рожденья я не люблю букет цветов прекрасна только единица и аромат твоих духов мне часто тихой ночью снится

Я парю в небесах ежедневно,
Охраняю свой маленький мир,
Будет завтра и в нашей деревне
У соседей торжественный пир.

Всех поздравят они с урожаем
И детей отдадут под венец,
Те им внуков потом нарожают,
Скрасят жизни чудесной конец.

Прилетит и ко мне чудо-птица
Из-за моря иль с наших болот,
И мне дома сейчас не сидится,
Меня крылья уносят в полет.

Вот сейчас я лечу на охоту,
Мои когти остры, как копье,
Принимапю друзей я в субботу,
Тех, кто кровушку свежую пьет.

Мы - орлы и совсем не вампиры,
Мы по жизни любовью горим,
Нас стесняют большие квартиры
И пленяет отечества дым.

Утром падал снег неслышно, Непривычный в феврале, И ложился слоем пышным На изогнутом стекле. Он мне молодость напомнил, Тихий вечер, поздний час, По манежу мчатся кони, На меня кося свой глаз. Я не всадник, на свиданье Я иду в соседний парк, Снег ложился белой тканью, Разгоняя ночи мрак. Но не вышло нашей встречи, Видно, снег всему виной, Может, был я первый встречный, Чтоб смеяться надо мной. В старом парке очень тихо, На дорожках ни следа, Затаилось где-то лихо, Заманив меня сюда.

Перед войной с Наполеоном
Году в десятом, в летний зной
Возили Пушкина в Вяземы
В сельцо Захарово с родней.

В уезде том Звенигородском
Есть сразу несколько Вязем,
Но о Большом, а не о Малом
Мы разговор сейча ведем.

Пятнадцать лет потом скитался,
Закончил царский он лицей,
Сидел в Михайловском в опале
И юг России поглядел.

Затем прославленным поэтом
Вернулся в древний стольный град,
Был в Подмосковье он с визитом
И был, конечно, очень рад.

Изъездил сотни верст повсюду,
Губерния Московская мала,
На станциях почтовых все причуды
Писала впрок писателя рука.

Читал Юсуповым он стансы,
Бродил в Архангельском в лесах,
У Гончаровых бал, там танцы,
Весь Ярополец в голосах,

Куда свой путь направит Пушкин,
То ли в Москву, в свой мир поэм,
У Вяземских в Остафьево есть пущи
И там гостит его кузен.

Так быстро время пролетело,
Кому-то хорошо, кому-то плохо,
И я скажу такое дело -
То Пушкина была эпоха.

В метро в час пик переполох, Дверями девушку зажало, А рядом парень был неплох, Хоть без усов и без кинжала. Он как Геракл раздвинул двери, На руки деву нежно взял, И каждый взгляд ему поверил, Как парень деву обожал. И в две секунды пролетела Дорога к дому у нее, И больше тело не болело, И было ласковым белье. Об этом дома на диване, Отпив из кружки сладкий чай, В каком-то сладостном тумане Нам рассказала невзначай. Одно лишь только омрачает, Быть может, память подвела Тот номер ей не отвечает, Такие, братцы, вот дела. У этой сказки есть начало, Но нет у сказочки конца, Захочешь, дерни сам мочало Послушать песню молодца. И эта новость две недели Мелькала в лентах новостей, О ней еще "нанайцы" пели И ей встречали всех гостей. А телефон потом ответил, Хозяин просто был в отъезде, Он эту девушку заметил, Живет в соседнем с ней подъезде. Об этой свадьбе много слышал, Гуляло триста человек, В пяти домах слетели крыши, Такого не было вовек. Потом, однако, оказалось, Что замуж вышла не она, Гуляли парни с трех вокзалов, Торговцы водки и вина. А наша дама на диване Пила с какой-то травкой чай, Потом помылась на ночь в ванне И улеглась в кровать на край. Все было тихо, благородно, К утру затих и улиц шум, И только где-то за дорогой Светил огнями старый ГУМ.

Бурун клубился за кормою, Стоял у рубки капитан, Он очарован был тобою, А ты кусала марципан. Белы твои, как сахар, зубки, Алеет роза на губах, Но прозвучал гудок побудки, В такую рань ты на ногах. Даря рассвету страсти ночи, Кидая радость в небеса, Душой ты благодарна очень За вкус шампанского в усах Как волк седого капитана, Как песняра в делах любви, За скрип пружинок у дивана, И пели где-то соловьи. Всего лишь час до остановки, И там стоят твои друзья, И уходить тебе неловко, И оставаться здесь нельзя.

Ходил лунатик на свиданья По крышам к женщине одной, Не говорил он до свиданья Ни летом, осенью, весной. Он просто спал и шел по крыше, Затем спускался на балкон Он говорил и сам все слышал, И был в ту женщину влюблен. Об этом знали все соседи, Вздыхали женщины в ночи, И вот решили эти леди К себе мужчину приучить. С балконов толстые канаты Легко на крышу протянуть, Но что же сделать, чтоб лунатик Мог к ним на вечер заглянуть. Лунатик даже по канату Пройдет, не глядя на людей, Он знает "Лунную сонату" И танец "Белых лебедей". Он молчалив и музыкален, Ему дана большая власть, Страсть распахнет запоры спален, Чтоб получить от встречи сласть. И были дамы те в печали, Шел мимо странник по любви, С балконов женщины кричали: Мы здесь, любовницы твои! Лунатик вздрогнул и упал, Он не достался никому, На мостовой в ночи лежал, Не видя полную луну. Любовь не терпит громких слов, И ей нельзя ни с кем делиться, Нельзя лишать влюбленных снов И пейте чай, когда не спится.

Сани быстро пролетели Незнакомый хуторок, Новогодние метели Не оставили дорог. Солнце спряталось за тучи И закончился денек, Поворачивай-ка, кучер, В дом, где светит огонек. Заночуем в этом доме, Тянет всех зимой к теплу, На перину из соломы И сверчок поет в углу. Вот тесовые ворота, Справа вход, залаял пес, Мужской голос со хрипотой: Что за гостя Бог принес? Открывай, хозяин, двери, Из Москвы я, лейб-гусар, Не доехал я до Твери, Путь не видно, конь устал. В чистой горнице уютно, На божнице Спаса лик, Пахнет щами, очень вкусно, От порога - половик. Из-за яркой занавески Вышла девушка-краса, На ушах блестят подвески И до пояса коса. Чарку с водкой мне выносит, На закуску - огурец, На поднос кладу целковый, Улыбается отец. Стол накрыли как на праздник, Каша, щи, грибы и мед, Труд крестьянина не праздный, Знает день, что кормит год. Звать хозяина Прокофий, Дочку Аннушкой зовут, Извините, барин, кофий В доме нашем не дают. Самовар запел нам песню Про далекие края, Мне в мундире стало тесно, Где ты, трубочка моя? За степенным разговором Я узнал про урожай, Что Прокофий с дочкой, вдовый, Да и жизнь в глуши не рай. Проезжал недавно Пушкин, Что-то в книжечку писал, Дочке дал сережки в ушки, А недавно услыхал, Что издал писатель повесть О гусаре молодом, От любви забыл он совесть И увез в господский дом Раскрасавицу-крестьянку, Бросив батьку бобылем... Ложись, барин, на лежанку, Завтра в Тверь тебя свезем. Утром выехал я рано, Светит полная луна, На груди болела рана И душа любви полна.

Я один ворожил в воскресенье, На дворе наступил Новый год, Испытал я в ту ночь потрясенье: Мне явился колдун Лю Миньго. В лисьей шапке и в красном халате Он возник и присел за мой стол: Не скучай этой ночью, солдатик, Ты налей-как мне водки грамм сто. Слово за слово, сдвинув стаканы, Он мне мой гороскоп рисовал, Выйдет так, что издам я романы И стихи, что недавно писал. А свинья - это вроде копилки, Сохранит все, что скопишь за год, Может, все превратится в опилки Или скопится пачка банкнот. В царство Цинь был всегда казначеем, - Говорил мне колдун Лю Миньго, - Вел учет я доходам, трофеям, Что свозились ко мне каждый год. Привезли мне однажды две книги, Их писали Хайям с Рудаки, Я бы продал себя за любовные миги, Счастье в деньгах найдут дураки. Не люби продающихся женщин, Ни за деньги, поход в ресторан, Не носи ей шикарные вещи, Не давай ей глядеть в свой карман. Мы с ним долго еще говорили Про политику, Дальний Восток, Как цари своих подданных брили, У кого и какой потолок. Как допили последнюю чарку, Так исчез и колдун Лю Миньго, Вмиг исчезли волшебные чары И подумалось, кто же был кто? Он со мной говорил по-китайски, По-китайски и я отвечал, В первой жизни и я был китайцем И в Пекине Лю Миня встречал. Вот ведь жизнь нас куда разбросала, Разделяют нас с ним зеркала, Мы не помним у жизни начала И не знаем, где наша скала, Что стоит, как трамплин на дороге, И с нее то ли вверх, то ли вниз, И уходят навеки тревоги За изданье написанных книг.

Мясной полуфабрикат категории А имеет в своем составе 80 и более % мышечных волокон.
Мясной полуфабрикат категории Б имеет в своем составе от 60 до 80 % мяса.
Мясной полуфабрикат категории В содержит от 40 до 60 % мышечных волокон.
Мясной полуфабрикат категории Г содержит от 20 до 40% мяса.
Мясной полуфабрикат категории Д содержит до 20% мышечных волокон.
Приятного аппетита.

Почему мне сегодня так грустно,
Вроде лето и всюду цветы,
В своей жизни шагаю как путник
По дорогам своей широты.

Моя память хранит все, что было,
Слово, книга, абзац, переплет,
Будто дышит мне кто-то в затылок
При посадке в большой самолет.

Снова я от тебя улетаю
И как день промелькнул целый год,
Знаю, есть в нашем храме святая,
Что стихи мои тихо прочтет.

Разными красками жизнь разукрашу,
Вот акварели и беличья кисть,
Розовой краской замажу я сажу,
Злость будет белой как гербовый лист

Кошечек черных я кистью не трону,
Ласковый зверь и удач талисман,
Я нарисую для кошки корону,
Тигр из кошачьих, а это я сам

Томных брюнеток покрашу в блондинок,
Хитрых блондинок – в каштановый цвет,
Больше не будет черных ботинок,
Все в белых фраках – таков этикет

Город раскрашу в большие цветочки,
Улицы станут как радостный сад,
В этих стихах запятые без точек,
Чтоб моя песня была без конца

Что-то песни не поются
И подружка лишь одна,
Погадаю я на блюдце
Темной ночью у окна.

Может, свечка мне осветит,
Что записано в судьбе,
Может, леший бросит сети,
Чтоб забрать меня к себе.

Только знаю, рано утром
Убежит к себе тоска,
Дивный сон бывает мудрым
И на мне твоя рука.

Я без правил веду беседу,
Но отвечу на все вопросы.
Где я был до обеда в среду?
Выходил покупать папиросы.

Почему я весь в поцелуях
И прическа как после драки?
Это ветер, я был на людях,
Остальное сплошные враки.

Почему я вернулся поздно
И где был я четыре года?
Ты сказала, что я свободен
И что нет от меня дохода.

Стал тогда я живым товаром,
Раздевался для вас за деньги,
А тебе я достался даром
И стою я у тебя на ступеньках.

Можешь молча закрыть двери,
Займу место в пустом вагоне,
Стану в джунглях я хищным зверем
И меня ты уже не догонишь.

Повторяется снова и снова,
Шаг шагну и на все обиды,
Будто я с бородой Казанова
И на женщин имею виды.

Да, в роду моем Дон-Жуаны,
Дядька мой чудодей Калиостро,
И деревья у нас не бананы,
И Россия не в море остров.

Я родился в семействе кошачьем,
По-китайски – я сын Тигра,
Мои лапы приносят счастье
И блаженство в любовных играх.

Катился май и цвел шиповник, В цветах каштана жизнь моя Была как ландыш и любовник Уехал в дальние края. Любовь казалась такой вечной, Нет ни начала, ни конца, Я оказалась первой встречной С рукой простою, без кольца. И он с размаху предложил мне Любовь и сердце - два в одном, И будет общим портмоне, И дым над свадебным костром. Он растворился на рассвете, Открыв все двери и замки, Ну, где же есть любовь на свете И мужики так мужики.

Спите женщины спокойно,
Пусть вам снится солнца круг,
И лихой казак-разбойник
Поведет коня на луг.

На коне верхом проскачет,
Под фуражкой черный чуб,
И рубашка от «версачи»,
И во рту блестящий зуб.

Не волнуйтесь, то не ваше,
То чужой обрывок сна,
Серый волк гуляет в чаще
У девичьего окна.

Это принц завороженный
Синевой прекрасных глаз,
Он сегодня острожен
И будить не хочет вас.

Он в постели вашей будет
Как мечта, как сладкий сон,
И глаза как изумруды,
И красив со всех сторон.

Нас манят безбрежные дали,
Нам слава по жизни нужна,
Чтоб души в боях расцветали
И лоза цвела для вина.

И все мы в душе Одиссеи,
И любим своих Пенелоп,
У каждого есть одиссеи
И есть от галеры весло.

Хотим и найдем свою Трою,
Елена – как повод к войне,
Мы можем гордиться собою,
Героями будем вдвойне.

О нас запоют все рапсоды,
Им сами напишем слова,
Украсим боев эпизоды
И крикнем в финале – Виват!

Отложим стило и бумагу,
Звучит победителей гимн,
Несем ли народу мы благо,
Слагая стихи у лучин?