I.
Извилины сгинули -
и не попрощались.
Короткий слог довлеет,
буквы, встрепенись!

Вёсны сглотнули -
и не поперхнулись.
Тополиный пух лютует -
время, становись!

II.
Становись к стенке,
забудь про минуты,
доверься потокам -
будь, просто будь!

Откройся на выдохе,
взорвись, если жарко,
замри, если быстро -
разбавь слезой муть!..

III.
Короткое слово сменялось длиннющим,
мысли жгли нервы и делили слова..
Кому-то из Судогды голубь нёс вечность,
а кто-то до солнца взлетал за полсна...

Листовья трепыханий,
дней сумеречных рвы.
Седьмое воскрешенье
и дохлые ослы. -

Всё это спит и видит
блаженный Коростель,
смеётся между прочим
и солнце ждёт в постель.

Меж скомканных сугробов
находит тело дня,
вживляя понапрасну
в день мёртвого себя.

А дальше проверяет
себя на недожизнь:
срывает плесень знаний,
расходует ножи -

Округу надрезает,
надежду залпом пьёт,
и с миром отпускает
сомнения в полёт.

однако каждый по-своему уникален.
[700x393]

Тревожничает Митя -
он стал совсем бирюк:
рядится чуть что в саван
и кушает без брюк.

С лихвой он колобродит,
волхвов боготворит.
Чурается, но дышит -
чрез день чист и умыт.

Смеётся, если просят.
Кривится - если жмут.
Не врёт, не вредоносит -
лишь пестует уют.

Когда проходят люди -
он прячется в себя.
А если дышат рядом -
срывается в поля.

Слушать этот музыкальный файл

без букв.

Колосс -
это когда
я иду навстречу ветру
и меня пронзают сотни снежинок.
Затем беру кирпич -
кидаю его лунному себе в душу -
и меня обвивают сети морщинок.

Я-монарх -
это когда
раздаётся гонг,
взвиваются мифы и лопаются перепонки.
А потом разливается блажь..
и превращается в тишь...
А я просыпаюсь в неприбранном поле -
с горстью ярги и банкой тушёнки.

Голос стих.
Это когда ты пристраиваешься сзади
к дыре в своём лёгком -
и исподволь дышишь.
И в этот миг осознаёшь -
в твоей истории что-то не так..
а мимо летят поезда
и норы в сомнениях роют
угрюмые
мыши.

На верфи дети вереск собирали -
сачком,
граблями,
и в ладони.
Из хны узоры
их лица обвивали.
тот, кто вне хны -
клеймился позором.

Собранный вереск хранился в разносе -
из чистого
яркого
белого злата!..
Его сторожила куница в погонах:
зыркала хитро -
и била на запах.

Многие чары верфь окружали -
из снов,
из мороков и наветов.
Дети кривились -
а хна расползалась..
Едко-сладкое марево заливало кюветы..

Каждый добредший до края заката -
выгрызал у куницы
дымящийся кубок..
Он делал зарубку на левом запястье -
садился в трамвай -
и катался по кругу.

Независимо.
Духи виселиц -
капитаны
ветры жгли.

Измождённые
оглушённые
горла драли
как могли

Голос видимый.
Осязаемый.
Капитановый -
рвался в бой.

повязали их,
и клеймили их
(но) не посмели псы
в пах ногой.

Измождённые.
Оглушённые -
Не казнённые
до зари.

Духи виселиц
Капитаново
Зорьку трахнули -
как смогли:

Утро вырвали
с корнем-семенем
Распластали дрожь
между шпрот-широт.

Слухи разожгли -
пёсовым дерьмом
и соткали быль
из острот-мокрот.

Независимо..
Духи виселиц..
Капитаны..
Ткали сны.

Слушать этот музыкальный файл

не для меня
холооопом быыыть..

За солью жизни -
ходил он прямо.
Не видел знаков,
насквозь упрямил.

Ломал заточки,
гневил таможни.
Нигде в заботах
не стыл порожним.

Искрился болью -
лечил и правил.
За всех хромал,
рвал и картавил.

Зарвавшись в боли
сопрел - и вышел.
С тех пор о нём
никто не слышал.

Отрастил он
Бороду!
Ни к селу,
Ни к городу! -
Горевала Дуленька.
Дуленька-пиздуленька.

О.ознаменовался тем, что вместо
О.осетинские пироги
В.воспринял мозг
С.сатанинские сапоги -
и обомлел.

ООВСи.

расщепляя сны
меж закатами
разводя огонь
с перехватами

низвергалась ночь
лаем-хоготом
протрезвлялась дрожь
с сизым вороном

лился город-вор
меж карманов в рвы
нервы жёг и слыл
бесподдоновым

верить уносил
за сугроб и грязь
стыл и голосил
рьяно помолясь

разверзались сны
исходили в кал
мох смог разливал
и на пнях играл

когда вечер рос
леший брал тесак -
и рождался тот
без кого никак.

назойливое ощущение пятницы,
настойчивое невосприятие вторника.

Иннокентий Горбуни
раз проснулся без брони!
стало видно, чем он дышит,
как-куда он видит-слышит.
воду льёт чрез эту щель,
вот сюда летает шмель,
вон оттуда ветер дует,
ну а здесь лиса ночует.

девки группками вдруг сбились,
парни вяло пристыдились,
дети рты пораскрывали,
старцы вкопанные встали.

лишь один промолвить смог -
древний дедушка Сварог:
"Это чудо из чудес:
Горбуни - смишной балбес!"

и нехуй чортом морозить -
когда на дворе дедушка мороз!

..и это вовсе не значит,
что
для кого-то
урюк
иль трава..

трудубыть стал в звездец в ипостасях тревожных
литума рос рядом но в корне залёг
я рылом не вышел меж снов и сугробов
однажды взобравшись на чёрствый укроп.

литературное на и по сквозит между слов и дышится меж дыханий седого кургузого эквилибриста пупоши.
пупоша тоже живёт, между прочим.

голоса нет -
голос сдулся, и сошёл на нет.
лето обезвредилось -
шары новогодние сделались полыми и однобокими;
город завис на мелочах, при этом оставшись сугубо серьёзным..
леса перешуршали, сугробы закупорились..

мгновение побагровело,
ни ухом ни чортом не сойдя за того парня..

обосновался-отбесновался.