и да и это истончение и тебя
и до предела и истощает
и ибо и для мёртвых
и ты как живой
и как мертвец
и для живых

и тогда становясь этим невидимым да
и все удары и этих непримиримым миров
и проходят и мимо и сквозь не задевая тебя
и ибо и в этой войне ты не выступаешь и не на одной
и ни на чьей стороне

и задача шамана и была
и чтоб у плюса не быть героем
и с минусом не делить и его любое горе
и раз мы канием и оказавшись и между этих полюсов
и да и с чем то иным и мыкаться и как парусу
и без моря и островов

и петля не выдержала о как назло
и снова с жизнью мне о за одно о запад ло
и к чему болтаться висеть качаться ворон смешить
и что ж раз решил остаться так будем драться
и хоть пока на это и нету сил ведь танец
и бубном протёр до дыр

[699x443]

[446x446]

[659x699]

[699x455]

[700x461]

[700x455]

[494x693]

[524x690]

и снова новые линии
и для твоего в начало пути
и не сорванные и ни одною рукою лилии
и на реке новой жизни и на которой и предстоит цвести

и вот и всё и жизнь отгуляла и отпела своё
и сторож смерть дверь своим закрывает ключом
и всё теперь ни причём и каждый уходит куда то своим путём
и с собой и вообщем то не беря ничего и да это тоже в целом не мало
и глаза что остались теперь не враги ни други ни слуги но а лишь то что будет на юге
и шорох в груди это на запад от себя оторванные круги и что между ног то восток
и образует и в нём исток этот сок и что сроком своим истёк на новый восход
и сердце что всё сжигая дотла на север в снега и северного сияния
и отображение скованного движением времени нерешённого я
и полюса не измен но а сферы смен ото льда зеркалом
и в нацеленное кто к целью там небесного я

и на пачке от сигарет
и от пальчиков и след
и чьи то инициалы бред
и вот она выкуривается
и всё и обратно сначала

и тело бело без мела
и тем от кого и взять не сумело
и темень согрело и от того и что в себе накипело
и т д

и вырядилась светом
и выродилась в ночь
и вы ко мне кометой
и выездом каретой
и высекая искры
и вы от себя
и выпуская
и прочь

и эта загадочность его сближает его с другим человеком тоже иксовым но если розанов это
и плюс икс то другой минус икс и тайна другого мрачная тайна розанова таинственная
и сладкая и другой умён когда читаешь его то упиваешься игрой ума но постоянно
и возникает некое напряжение кажется что скоро начнётся гроза нависают тучи
и затихает ветер в воздухе начинается какое то странное свечение

и гегель сказал что он пишет так чтобы его идеи были понятны любой посредственности
но это стремление к объяснению на пальцах привело его к философскому графоманству
и гегелевскую энциклопедию философских наук просто не интересно читать и вот розанов
же всегда интересен и причина этого в том что он всегда писал прежде всего для себя а
не для других то есть и к другим относился так же как к самому себе и чтобы понять гегеля
нужно понять его систему чтобы понять розанова нужно понять себя но понять себя по
знать себя невозможно и в конечном счёте он и становится человеком иксов