и та остальная пропасть и что и пролегла и между и этими и двумя я
и краями и что так занимает тебя в интересе к женщине и самому в ней
и не вызывает и никакого желания и войти в неё и пропасть ибо и не сладка
и не горька и ни низка и не высока и не бездна дна и не в бездонность за облака
и не свет и ни тьма и но лишь и то болото и где не нужна и ни рука и ни нога
и не круг на картине и от который и кругом идёт голова

и эта лишь вот и одна та крайность явленного и тобой интереса к женщине
и но есть и другая и может быть даже и в чём то противоположная и это о той
и кто и уходит от всего этого к абсолютному затворничеству и в некое и данное
и ей кем то и чтоб и сквозь и это со отворимое в себе и дать выход и самому и тому
и что там абсолютному ибо тогда и чем глубже и погружение и в отречение и обречённости
и ночи её одиночества тем ярче и проступают те знаки в начерченности и из того абсолютного
и ибо и происходит оно и в соединении невидимого оставленности одного и ради оставленности
и в другом в ином облике и когда и одно ничто и соединяет себя и в другом ничто и тем самым
и где то там образуя и то неуловимое и здесь всё

и но вот и если откровенно и перед кем
и вот но и перед тем нечто и что в самом центре
и теми своими краями и кое что и об интересе к тому
и не что в лесе но а и на поляне что и вообщем и какая
и женщина и может вызвать интерес и то есть быть и чем то
и особенным и ясной поляной и среди и всех остальных и непроходимых
и лесных дебрей и но вот и если и одна вдруг и очень как это видится здесь
и совсем неожиданно и захочет и очень самого тебя и возжелает ни с того ни с сего
и как так и да и так и как ни одна другая и удивительность этого и что и ни одной ты
и не желаем и кроме неё и начинает этим обволакивать и как туманом и откуда да и это
и как чудо и от всего и этого ты цепенеешь или даже и сам и себя садишь на цепь и чем более
и явственнее ты ощущаешь и её то к тебе влечение оказаться с тобой и в том нечто игрой
и от крайности замирания и до другой крайности и самого бешенного и насыщенного
и до предела движения и как выход из этого вращения и к возвращению в первое
и снова остановки над всем и сопоставимое к выбросу твоего я в запредельное
и как итог и запретное здесь от времени и запретное и ещё в том и что
и недопусти моё покидание огороженного заповедника и на некую
и не охраняемую территорию и тем самым и выход за стены
и здесь наблюдаемого и значит к свободе

и если в музыке нету гармонии рая то
и Бог и покидает то безмолвие места
и уходит искать её в то бурлящее
и беззаконие ада

и ты катись и не в гору и не вниз
и от всех одиночеством убегай и словно рысь
и вдогонку крича им всем только брысь сторонись
и никому и не нужную и только и самый ненужный и там найдёт
и за пазуху и как самое дорогое сокровище к себе уберёт

и все кто меня любил тире не нравились мне
а кого я любила не любили меня
будь он проклят этот самый
талант

и так и где же и это проклятое изречение
и выкатившееся из и дырявого кармана
и как вариант и не замеченного
и на первый взгляд и в себе
и замещения и на видимое
и в эту данную жизнь
и отомщения

и вот и весьма занимательно е и даже и более и знаменательно
и вы сказанное и об одном и одной весьма знаменитой той
и артисткой что и в чём то и говорит об соотношении
и гениальности к таланту и когда и сам то талант
и это и как это известно и из первоисточника
и тот некий объём и для наполняемостью
и в себя теми монетами но а и в таком
и случае и сама гениальность и это
и лишь и та одна единственная
и монета и не уместившаяся
и в нём и тем не имеющая
и объёма и обречённая
и на свободу

и о чём это вы и или я ослеп
и или и всегда да и был слепым
и немым и глухим и всегда не так им
и только как мим и мимо всегда проходя
и не ища никого и только и с Ним и одним
и там где я

и ох по дороге в ад голубка в небе сложила крылья
и ах по дороге в ад цветут красные розы и белые лилии
и эх по дороге в ад ногти на коже оставят полосы
и ох по дороге в ад я надену белое платье и распущу волосы
и ах по дороге в ад соскальзывают цепи холодные
и эх по дороге в ад я стану совсем свободная
и ох по дороге в ад я презрею молчанье смиренное
и ах по дороге в ад я отрину постылое бренное
и эх по дороге в ад разрешится судьба моя
и ох по дороге в ад где с тобою увижусь я

и солнце не пряча
и в кармане луны
и ничего не значить
и кроме и чьих то
и шагов этой осени
и уходящей весны

и ты не будешь
и в меня выдыхать
и я не буду тобою дышать
и не раз мы кать и не слагать
и снова в себе мозаикой и не составлять

и он вот не спел
и о том что узрел
и он вот и не успел
и о том ей и что созрел

и но чёрт возьми
и вы и так краси вы
и но а я и лишь смотрящий
и на него и из рамок картины

[523x392]

[699x461]

[504x490]

[473x623]

[464x698]

и когда и я человек
и то и я самый злой
и но вот нет никого
и вообще и добрее
и тогда и когда
и я не человек