Издевательства над мозгами бедных зрителей возобновились с полной силой. Не устаю удивляться бурной фантазии сценаристов. Вчерашний просмотр первой серии финального сезона сопровождался уже привычными мыслями: "Ну придумают же!"

[показать]

Что-то закрутило-завертело - совсем некогда стало писать и общаться с друзьями. Работы много - и командировки, и переговоры. График становится рваный - неожиданно понадобилось снова слетать в Манчестер, причем на один день. В итоге завтра буду лететь туда, там послезавтра будет совещание, ну а послезавтра - обратно. В четверг поздно вечером вернусь, а в пятницу одним днем в Переславль: туда через Москву 200 км и обратно столько же.

Плюс к этому что-то снова спустя несколько лет подсел на компьютерную игрушку. На прошлой неделе пришлось поменять видеокарту (старая совсем помирать стала) - ну и чтоб "оправдать" покупку, решил, как в старые добрые времена, чуть-чуть поиграться. Немного не получилось: похождения наемного убийцы на Ближнем Востоке во времена Крестовых Походов оказались гораздо заразительнее, чем я думал. Так что половина выходных прошла в убийствах (как со спины, так и в открытом бою), погонях и кражах.

Ну и самое главное - наконец-то сбывается мечта. Я учусь вместе со Светой бальным танцам. После двух занятий мы худо-бедно можем танцевать простой вальс и начинаем осваивать венский. Последний - очень быстрый, и от него кружится голова.

Слушать этот музыкальный файл

Как-то несколько лет уже мне не попадался на глаза и, следовательно, в уши, этот альбом. А сегодня вот это произошло, и я вдруг вспомнил, как же мне сильно нравилась эта песня.
Мне вообще импонирует, когда есть в музыке нерв, некое внутреннее напряжение - но при этом еще и развитие, и красота. Все это есть в этой композиции.

Хороший человек прислал мне ссылку на лекцию, которую я уже когда-то видел очень давно, но успел подзабыть.
Жаль, что у нас в институте таких наглядных презентаций не было...

Прогнозы погоды в интернете на грядущую ночь не сулят особых потрясений - но почему-то ходят слухи, что будет самая холодная ночь в году, чуть ли не -35. Откуда такие вести? Правда, что ли?
Я и так, блин, два дня в Переславль уехать не могу, моя Шнива бастует - заводится она лишь если снаружи не ниже -20...
Ну ладно, буду надеяться, что слухи в очередной раз не подтвердятся...

Хотел купить Full-HD видеокамеру, но до нового года не было денег, а теперь они вдруг на 5-6 тысяч подорожали. Интересно, с чего это вдруг?

По-моему, замечательная обработка получилась. Мне вообще эта группа нравится - у них очень много как кавер-версий, так и собственных композиций.

В декабре получил-таки серебряную карточку Lufthansa по программе для часто летающих пассажиров (я бы получил ее примерно на год раньше, если бы не бестолковость...), и вот коротать время в аэропортах в ожидании своего рейса стало не в пример комфортнее. К моим услугам теперь удобные кресла и диваны, где можно расслабиться, бесплатный интернет, обилие еды и напитков...
Все-таки сибарит я... ценю удобства в жизни...

[показать]

Сижу, слушаю музыку красоты необыкновенной.
Еще в декабре наткнулся на имя этой совершенно забытой ныне квебекской группы - они всего-то три альбома в середине семидесятых годов выпустили...

Я всегда стараюсь открываться чему-то новому, и вот стал слушать... И слушаю до сих пор. Сейчас переслушивал этой потрясающей красоты композицию два раза подряд... Да, она напоминает слегка King Crimson, и еще угадываются пару тактов, схожие с Jesus Christ Superstar, но это ни в коем случае не плагиат, только совсем местами внешнее сходство. Но боже мой, какие там мелодии... Как они проникают в мое сердце...

Самая злая штука в том, что 99% процентов, я думаю, к этой красоте, от которой я сейчас буквально растекся по дивану, останутся равнодушными...

А как же мы? – спросил Грего. – Нас уничтожат. Какое будет тогда иметь значение, что у кого-то из нас были планы, какое значение будет иметь работа, которую мы выполнили?
Дети, которых мы вырастили? – Он пристально посмотрел на Ольядо. – Какое значение будет тогда иметь твоя большая и счастливая семья, если всех нас в один момент сотрет с лица Земли эта…, бомба?
– Ни одно мгновение в жизни моей семьи не прошло зря, – тихо сказал Ольядо.
– Но цель жизни в том, чтобы двигаться дальше, разве не так? Оставить свой след в будущем.
– Да, – кивнул Ольядо, – но только одна из целей. А другая – это настоящий момент, сегодня. А еще одна – создать сеть связей. Связей от души к душе. Если бы целью жизни было просто ее продление, то ничто другое вообще не имело бы значения, потому что в таком случае «сегодня» всегда было бы только предвкушением и подготовкой к «завтра». Но ведь существуют сбывшиеся надежды, Грего. Существует счастье, которое у нас уже есть. Счастье каждого мгновения. Конец нашей жизни, даже если не осталось ничего, чтобы продолжить ее, если нет никаких последователей или потомков, конец жизни не стирает ее начала.
– Но тогда ее нельзя оценить, – возразил Грего. – Если твои дети умерли, вся твоя жизнь – пустое.
– Нет, – спокойно, но твердо сказал Ольядо. – Ты говоришь так потому, что у тебя нет детей, Грегуино. Но ничего не утрачивается. Ребенок, которого ты держал на руках хотя бы единственный день до своей смерти, не пустое, поскольку одного этого дня достаточно для достижения цели самой по себе.
Ты уже отодвинул небытие на час, на день, на неделю, на месяц. И если мы все умрем здесь, на этой маленькой планете, наша смерть не зачеркнет прожитых нами жизней.
Грего покачал головой.
– Нет, ты не прав, Ольядо. Смерть отменяет все.
Ольядо пожал плечами.
– Тогда зачем же ты прикладываешь усилия и что-то пытаешься делать, а, Грего? Ведь ты все равно когда-то умрешь.
Зачем заводить детей? Ведь и они когда-то умрут; умрут и их дети; все дети умирают. Когда-нибудь звезды улетят или взорвутся. Когда-нибудь смерть накроет всех нас стоячей водой небытия, и ничего не будет всплывать на поверхность, ничего не выдаст того, что мы когда-то здесь жили. Но мы-то жили, и в то время, когда жили, мы были живыми. Правда в том, что было, есть и будет, а не в том, что могло быть, должно случиться или никогда не может произойти. Если мы умрем, наши смерти будут иметь смысл для остальной вселенной. Даже если о нашей жизни никому не было известно, сам факт того, что кто-то жил здесь и умер, эхом отзовется по всей вселенной.
– И тебе довольно этого? – поинтересовался Грего. – Умереть в назидание? Умереть, чтобы другие почувствовали ужас от того, что они убили тебя?
– Бывают и худшие предназначения.

Иногда накатывает непреодолимая грусть, взявшаяся неизвестно откуда.
Я вообще люблю грустные песни, но в такие моменты - тем более. Наверное, это действительно вопрос резонанса внешнего воздействия с внутренним состоянием.
И вот почему-то сейчас я раздумывал об этом, и вспомнил Питера Хэммилла - потрясающего композитора и поэта - и его альбом "Over".
Редко, когда я обращаю внимание на слова песни так же, как и на музыку, но игнорировать его строки не получается.

Перевод взят отсюда

Возвращаясь мыслями к прошлому,
мне кажется, что я могу лежать подле тебя,
чего я никогда не делал,
безмолвно и устало -
и больше ничего не остается.
И песни о любви писать лишь
после того, как умерла, ушла она;
только расплачиваясь словами в
строках полу-забытых чувств...
Я имею в виду...
Я имел в виду...
Я никогда не мог внятно сказать
как это было.

Когда мы встретились в первый раз,
я сказал: "Я уверен, что она - единственная".
Но я тогда, как всегда, говорил сам с собой.
Время шло, и наши шаги переплетались,
ненаписанные строки слишком напряглись,
и я пытался найти способ сделать все это безопасным...
"Что же, дерзай! - говорил, -
Того стоит!"
И чем с ней был дольше - тянуло все больше:
ты крепко держишь меня,
но держи меня подальше от себя -
я делаю из себя мученика,
ведь боль и любовь идут рука об руку...
И рука об руку идешь ты с моим другом,
ты - его, и я - твой,
и я не могу избегать тебя;
мои дни - сны, мои ночи - так ни к месту,
украденные моменты - это все, ради чего я живу,
но кражей тебя не убедишь
придти ко мне, бросив его;
мои пылающие гневом глаза хотят напомнить тебе -
это все, что я могу сделать,
чтобы удержаться от крика:
"Я люблю тебя! Я люблю тебя!" -
я хотел бы, чтобы это был сон,
но каждый наш шаг оставляет след...

Раньше или позже все это пройдет:
ты оставишь его или я останусь здесь, один.
В любом случае кто-то кого-то теряет,
но я не буду против,
я только желаю знать,
кого мы любим больше -
думаю, что самих себя.

Дни непонятны, ночью мы - незнакомцы,
лежим в постели и лжем самим себе,
мы не приближаемся ближе, чем в танце.
Твои глаза изменились, твое присутствие опасно,
даже не посмотришь мне в глаза,
и однако все же миришься со мной
и выдумываешь ответ на все вопросы,
что носятся безответными, беспричинными -
смерть на земле, в небесах,
смерть везде.
Если ты оставишь меня сейчас,
это может почти убить меня...
Помнишь меня?
Помнишь нас троих?

Тогда это казалось таким важным,
мы подошли так близко к крушению наших жизней,
и сейчас это - всего лишь строки песни.
Время лечит,
время лечит -
но у меня все еще ссадины (на теле).

Возвращаясь мыслями к прошлому,
мне кажется, что я могу лежать подле тебя,
чего я никогда не делал,
безмолвно и устало -
и больше ничего не остается.
И песни о любви писать лишь
после того как умерла, ушла она;
только расплачиваясь словами в
потоках полузабытых чувств...
Я имею в виду...
Я имел в виду...
Я никогда не мог внятно сказать -
как же это было.

А вот и сама песня:

Я впервые увидел этот клип в 94 году - тогда подобная музыка была для меня чем-то новым, запредельным, непонятным. С тех пор я успел и полюбить Джудас Прист, и достаточно охладеть к их музыке - но некоторые вещи люблю переслушивать до сих пор. С большим удовольствием, опять же, сходил на их концерт в Москве четыре года назад...




Тех, кому надоели клипы в моем блоге, хочу обрадовать; всех остальных - огорчить. Через полтора часа улетаю в очередную командировку, дел там будет много, так что до следующей пятницы вряд ли мне удастся что-то написать.
Ну а пока - слушайте музыку.

Лишь вчера я открыл для себя этого уникального армянского музыканта.
Просто удивительно, насколько зрелая музыка, это пока что самый приятный музыкальный сюприз этого года. Слегка напоминает Gordian Knot, которых я тоже очень люблю.

Сегодня ночью у меня был забавный сон:

По всему миру объявили День Сисек. В этот день, как понятно из названия, все женщины должны ходить с неприкрытой грудью.

Несмотря на то, что новый альбом этой группы явился для меня большим разочарованием - я уже тут писал осенью об этом - меньше любить их старые песни я не стал.
Буду надеяться, что Стивен Уилсон выйдет из творческого кризиса, ну а пока послушаем композицию с предыдушего альбома. Как и творчество в целом, она представляет собой смешение самых разных стилей, от Пинкфлойдовской психоделии до металла, и я бы не рискнул отнести творчество группы ни к одному жанру.

Сегодня решил опубликовать какую-нибудь веселую музыку. Поиски таковой заставили меня задуматься: дело в том, что абсолютное большинство моих любимых вещей - или грустные, или вообще надрывно-депрессивные.
После долгого перебора в уме разной музыки наконец вспомнил, что же мажорного я люблю.
Вот такую развеселую народную музыку я под настроение очень горазд послушать.

Я гулял по Лондону, первый раз оказавшись в этом городе два с половиной года назад. Неожиданно на набережной Темзы я набрел на стеклянное здание, все двери в нем были открыты - его окружало много людей. Я спросил: "Что происходит?". "Через полчаса начинается концерт Брайна Уилсона" - ответили мне.
И я понял, что такой шанс упускать концерт создателя "Beach Boys" никак нельзя.
Конечно, и программа была коротенькой, около часа, и сам Брайан уже старенький - но все равно я прикоснулся к истории, и потраченных на это 40 фунтов было не жалко.

Редчайший случай, когда кавер-версия отечественной песни сделана западной группой.

К вопросу о мурашках - у меня очень часто они возникают при прослушивании именно этой композиции, а точнее, ее инструментальной части, между 3:00 и 5:10.

Одна из любимейших гитарных пьес.