Анна Виктория Герман (польск. Anna German, 14 февраля 1936, Ургенч, Узбекская ССР — 25 августа 1982, Варшава, Польша) — знаменитая польская певица и композитор, звезда эстрады 60-х, 70-х и начала 80-х годов XX века, включавшая в свой песенный репертуар произведения на разных языках мира.
Родилась в Ургенче на юге Узбекистана. Её мать Ирма, в девичестве Мартенс, происходила из голландских меннонитов, поселившихся в России в екатерининские времена, и работала учительницей немецкого языка. Отец Евгений Гёрманн (нем. Hörmann) — бухгалтер из Лодзи немецкого происхождения — был обвинён в шпионаже, репрессирован и расстрелян НКВД в Ташкенте в 1937 году. Анну и мать депортировали в Киргизию. Вторично мать Анны вышла замуж за офицера Войска Польского по имени Герман Бернер, что позволило ей уехать в Польшу в 1945 году. Там Анна поступила во Вроцлавский университет на факультет геологии, но участие в студенческой художественной самодеятельности в дальнейшем позволило ей стать певицей. Дебютировала в 1960 году в студенческом театре «Каламбур». Получив стипендию от итальянского правительства, начинающая певица на несколько месяцев уехала в Рим.
Первое признание её песни получили на ІІІ Международном фестивале песни в Сопоте (1963) — разделила ІІ премию (в категории польских исполнителей) за песню «Так мне с этим плохо» (польск. Tak mi z tym źle) Генриха Клейне и Бронислава Брока, а также на Всепольском фестивале эстрадных коллективов в Ольштыне — за итальянскую песню «Ave Maria». Настоящую известность Анне Герман принесла в 1964 году песня «Танцующие Эвридики» (польск. Tańczące Eurydyki) Катажины Гертнер и Евы Жеменицкой: вторая премия в категории актёрско-литературной песни на II Фестивале польской песни в Ополе (24—28 мая), первое место (в местном отборочном туре) и третье — в Международном туре на фестивале в Сопоте. На III Фестивале польской песни в Ополе — первая премия в категории артистической песни за песню «Зацвету розой» (польск. Zakwitnę różą) Катажины Гертнер и Ежи Миллера.
В 1967 году, будучи в Италии на гастролях, попала в тяжёлую автомобильную катастрофу и лишилась возможности заниматься любимым творчеством на несколько лет. Вернулась на эстраду в 1970 году: «Золотой диск» за долгоиграющую пластинку «Человеческая судьба» (польск. Czlowieczy los). Гастроли в разных странах, сотни концертов в СССР.
Личная жизнь
Вышла замуж за Збигнева Тухольского в 1972 году и в 1975 году родила сына, тоже Збигнева. Скончалась от рака в 1982 году и была похоронена в Варшаве.
[570x427]На днях посмотрела в "Дневниках" ролик с красноречивым названием "Мама, позволь мне жить"... В продолжение темы..........
В медицинской практике эта варварская процедура имеет беспощадно-сухое название. Неоформившийся комочек далеко не все хотят признавать полноценным человеком, а он уже способен испытывать страх и боль. Он чувствует приближающуюся опасность, ему тревожно… И очень больно. Он кричит, но его никто не слышит, ведь его крик слаб и беззвучен. Этот комочек - живой, и душа, хрупкая, уязвимая, уже поселилась в его тельце. Он ХОЧЕТ ЖИТЬ, отчаянно и упорно цепляясь за остатки жизни. Но чьи-то руки - изначально призванные спасать, - беспощадно умерщвляют его. Бездушно-холодный медицинский инструмент деловито и нетерпеливо рубит нежно-трепетную плоть. И крик обрывается…
…Кто-то недовольно морщится, кто-то откровенно раздражается: «Опять об этом!», а в больничных стенах снова и снова, ежедневно, день за днём, звучит дежурный безликий вопрос: «Как вы переносите наркоз?». Холодная инъекция и…мягкое, объёмное виртуальное пространство, похожее на компьютерный гейм, узкие коридоры, голоса где-то далеко - как сквозь вату… И вдруг - белая стена, которая оказывается больничным потолком с яркими лампами. Потолок неожиданно начинает вращаться, а потом встаёт на место… Тяжёлое пробуждение и звон в ушах…
Родильное отделение и абортарий - как Эдем и Серное Озеро: между ними неисчислимое расстояние - не видно горизонта. И только вопрос «Как вы переносите наркоз?» между ними. А ещё боль. И…горечь, которая будет безудержно рваться из души, когда случится – по чьей воле? – непоправимое. Это решение порой нашёптано последней степенью отчаяния и назойливо - до цинизма - втиснуто, вбито в сознание этим подлым явлением под невозмутимым названием «общественное мнение». За ним потоки безвинной, чистой крови и трупы человеческие, измеряемые пока миллиметрами, но - человеческие! Считается, что путь сроком в 12 недель прервать допустимо, потому что это «сгусток клеток» и «недочеловек». Но ведь в «сгустке клеток» в это время уже зарождаются сердечко и мозг, и заложена сложнейшая генетическая информация. Это НОВАЯ ЖИЗНЬ - маленькая и пока скрытая от человеческих глаз, но жизнь. Нарушена Наивысшая Воля, и название этому - убийство, самое изощрённое, самое чудовищное, какое только может изобрести разум человеческий… Человеческий ли?
…Нет больше новой жизни, нет уникального существа, нет чистых глаз, нет «лучика, протянутого из рая» - детской улыбки. Кто-то стал свободнее и счастливее от этого? Погоня за мифической свободой может, в конце концов, обернуться едкой, разъедающей душу горечью раскаяния, когда принято убийственное - в прямом смысле! - решение «Не быть!» Один священник сказал: «Самое страшное наказание теперь - всю жизнь помнить и плакать». И даже если раскаяние чуждо… Законы бытия жёстки и непримиримы, если касаются детских слёз и детской крови.
Что несёт с собой новая жизнь? Боль, трудности? Да. Может быть, даже лишения, упрёки близких, унижения от окружающих… А ещё - тихую радость, которая размашисто перечеркивает всё это, когда по твоему лицу проводит маленькая ладошка, вытирая твои горькие слезы; когда тебе навстречу протянуты крошечные ручки; когда звенящий колокольчик-голосок произносит: «МАМА»; когда в твои глаза заглядывают чистые глазки, а маленькое личико озарено небесной улыбкой. Новая жизнь открывает новый мир, новые знания и горделивое чувство, которое - ни с чем не сравнимое - испытываешь, узнавая свои черты в родном человечке. Эмоции? Возможно. Время идёт, и оно - как ничто другое - щедро на испытания и пощёчины. Трудно даже представить, что ещё преподнесёт эта изобретательная штука – жизнь.
...Да, когда принято решение «Быть!», впереди ожидает немало трудностей. Но, заглядывая в глаза ему, своему малышу, понимаешь, что это – НАСТОЯЩЕЕ, и тогда единственное, что леденит душу, - мысль: «Неужели его могло не быть?!»
|
Подавленное состояние связано с зажатой, впалой грудной клеткой. Если у тебя плохое настроение, ты сутулишься, «вешаешь нос». Работает и обратная взаимосвязь: человек с закрытой грудной клеткой больше подвержен депрессиям. Прогибы назад и скручивания помогают воспрять духом, а наклоны вперед успокаивают ум.
[523x698]
[550x666]Бесконечной Пустотой вы с тех пор дышать привыкли...