Субботняя ночь плавно перетекла в воскресный вечер. И этот вечер тает сейчас у меня на языке вкусом мартини. Не хочется ложиться спать, ведь иначе это все перестанет существовать в настоящем как один восхитительный миг, а превратится в прошлое и с каждым днем будет все дальше и дальше от меня.
Из разговора с другом: …а времени похуй на тебя. Ты не можешь быть властным над временем, а оно над тобой может. Ты то бежишь за ним, то томишься в ожидании. А оно идет, как шло и плевать оно хотело на то, что ты стареешь…
Хочу влюбиться!
Хотя, нет, хочу восхищаться!
А было время, я влюблялась в своего мужчину каждый день на протяжении четырех с половиной лет. А вот сейчас сижу и думаю, что видимо нихера у нас не выдет. Замонало!
Настроение сейчас - вытраханный мозг В колонках играет - the_kooks_-_ooh_la
Входящая смс =>: Привет,че делаешь? Поехали гулять!
Я <=: Привет. Я Над пропастью во ржи перечитываю и гулять не поеду т к деньги внезапно кончились.
=>: О! Стендалем балуешься! Молодец! Читать полезно!
=>: Чет я тормажу, это ж не Стендаль, этож Хемингуэй.
Там возвеличивались, меркли
Районной важности царьки,
Там быстро разрушались церкви
И долго строились ларьки.
Там песен яростно-безбожных
Немало в детстве я пропел,
И там же услыхал тревожный
Холодный шепоток: «Расстрел».
Галич
Я еврей (во сне я мужчина). Москва, середина 30-ых годов. На Красной площади в ряд стоят огромные клетки, в клетках люди, вкопанные по колено в землю. У них серая кожа и бесцветные измученные глаза. Я среди них. Я знаю, что умру от выстрела в спину, и где-то между лопаток ноет точка, куда именно войдет пуля в мое тело. Я полностью голая, с гнойными ранами на руках и спине. За моей спиной рота солдат в блестящих начищенных сапогах, в отглаженной форме, с оружием в руках; и товарищ Сталин, на трибуне мавзолея, говорит речь о врагах народа, о советской власти. Вдоль клеток нескончаемым потом идут люди, бросают горсти земли мне в лицо. Шорканье их ног и голос Сталина смешиваются в какую-то однообразную звуковую массу. Эти люди проходят куда-то за Васильевский спуск и я знаю что каждый из них утонет в реке. Выстрелы. Грохот. Вижу как падают евреи в клетках, чувствую как подаю я. Биение сердца как удары молотком по вискам. Во рту привкус крови. Слабею. И солнце бьет в глаза, режет своими закатными лучами белки моих глаз, больно. И я понимаю, что меня начинают закапывать. Сырая земля давит на грудь, чувствую ее запах. Где-то в кончиках пальцев ног начинает свербить покалывающий холод…
Я надеваю ботинки и выхожу на улицу. Пару шагов и я понимаю, что они мне жмут. Они стали на один – два размера меньше. Дискомфортно и очень больно. Но я продолжаю движение. Мне встречаются знакомые люди, приветливые и не очень, кого я рада видеть и не очень. Окружающий мир иногда оказывается до неприятности тесен. Как ботинок, который на два размера меньше. И от неприятных встреч, неприятных людей, порой натираются больные мозоли.
А я сегодня подделала документ. Подпись одного важного человека. И с наглым выражением лица сдала этот документ по месту назначения. От адреналина меня всю разрывает! Уууух!!!!
Надеюсь меня пронесет!
Пороки.
Наверное, во мне с бооооольшим отрывом лидирует лень. Особенно летом. (Лето это когда потеплеет.) Второе место я бы отдала гневу. А вот бронзу я даже не знаю кому б отдала. Что-то других я в себе не замечала.
И вообще число "семь" заколдованное какое-то. Библия прямо напичкана семерками (не считая 10 заповедей).
И меня всегда мучил вопрос, почему пасхальный пост длится 40 дней (7 недель; в неделе 7 дн)?
Настроение сейчас - >:( В колонках играет - http:www.globalbeats.fm
Сижу слушаю лондонское радио, попутно пытаюсь перевести на английский язык сочиненный текст - не получается. Сплошные несвязанные предложения. На руках набухли вены, почему бы это? Иногда вдруг кожа становится мраморно-белой и покрывается грубыми синими швами вен. Это, наверное, от плохого настроения.
Мне бы стать беззаботной хотя бы на денек. Чтоб не одолевали напрягающие мысли, чтоб не хотелось спать и танцевать всю ночь напролет. Чтоб музыка наполняла тело, делала его невесомым, гибким. Чтоб вот-вот толчок и ты взлетаешь от пола, паришь над разгоряченными телами, растворяясь в пульсирующем воздухе. Когда телодвижения становятся не контролируемыми, тело двигается само, полностью отдаваясь полету. Тело становится прозрачным, все тает в темноте, все исчезает, остается только музыка. Разве это не свобода!?
Суши - суши. Что в них такого? Не понятно мне. Рис с рыбой. Палочки. Я, если оказываюсь в суши-баре, ем по-плибейски - руками.
Ясно- понятно, что это целая культура, цела традиция солнечной Японии, только не понятен мне весь фарс, которым окутывают суши-бары некоторые персоны. По мне так лучше купить рыбы свежемороженой в магазине, скумбрию или горбушу, например, (на Севере лучше было, там муксун или нельму), разморозить ее, разделать (только руками, никаких ножей), посолить, а лучше не солить и кушать. Ощущать как кусочки рыбы тают на языке. Хотя в суши-барах чай хороший подают липовый. Но лучше чая чем "У Раневской" я еще не пробовала.
Я порой думаю:вот кто я? Мой мужчина называет меня монголкой. Т. к. родилась я там и внешне сходсва имеются "монгольские скулы", карие глаза, невысокий рост. Но история моей фамилии корнями уходит в Польшу.
Но нет, бля! Русская я! Все у меня на авось, все в последний момент делаю, откладываю до поры, когда уже не в моготу становится. С огнем играю. Вот и сейчас. Время жмет. Сделаю завтра или после завтра, на крайний случай. Зато если делаю, так все заебись!
Отвратительный знак зодиака. Вечная дилемма между добрым и плохим, вечный спор между темным и светлым, веселым и грустным, вечная война непонимания, вот уже 22 года.
Мне сейчас ну уж как-то совсем грустно. Словно морально изнасилованная, опустошенная. Чувствую как разрезают на куски тупым ножом мое тело, слышу за спиной лай голодных псов, которые сходят с ума от запаха теплой крови. Хочется развязать тугие веревки, распутать руки, ноги - вырваться. Какой-то сгусток энергии чуть ниже ребер, почти над пупком, рвется наружу.
Мне сейчас ну уж как-то совсем весело. Весь день сегодня улыбаюсь. Начиная с негра, продающего перфоратор у станции "Красные ворота", заканчивая сладким чаем в кафе на станции "Аэропорт".
И небо, разукрашенное золотыми мазками легких облаков и размытыми линиями, оставленными на память, от пролетающих в теплые края, самолетов. А мне чего-то не хватает...
Огромный ромашковый венок, букет из небесно-синих васильков, или просто из полевых цветов, но обязательно с васильками; и земляники маленькую горсточку, потому как если ее много, перестаешь чувствовать ее сладкий вкус и аромат.
От бессонной ночи кругом идет голова. Проблема не в «лечь спать», проблема в «заснуть». В комнату врывается холодный ветер и шум трущихся друг о друга листьев от ветра, блуждающего в них. В колонках незнакомая музыка.
Хочется уснуть и видеть жуткие сны. От страшных снов вырабасывается адреналин и иногда его становится так много в крови, что долго еще ходишь под впечатлением. Просыпаешься от страшного сна в холодном поту, в мурашках и бредешь в кухню выпить воды, с мыслями: "Фух, этого всего лишь сон. Вот это да..." Острота ощущений. Когда страшно во сне, гнев. И с каждым глотком воды, сердце начинает ровней стучать, чувствуешь, как холодная вода бежит по желудку и по немногу успокаиваешься. А потом снова уснуть. Ну а красивые сны, о них сожалеешь: "Блин, всего лишь сон".
*
Такое ощущение, что на Москву летит вражеская авиация. Рев тысячи бомбардировщиков, свист падающих снарядов. Всезаглушающий грохот. Черно-белые снимки полуразрушенной Москвы.