Москва. 9 января. ИНТЕРФАКС - Патриарх Московский и всея Руси Кирилл лично поздравил с Рождеством Гришу Вороничева, первоклассника столичной школы №2083, который во время Страстной седмицы отказался от престижных спортивных сборов в Австрии, чтобы провести это время в молитве.....Дети, рождающиеся в религиозных семьях, как правило, подвергаются односторонней религиозной индоктринации. У них с рождения отнято право интеллектуального выбора, право на формирование собственного мировоззрения, основанного на знакомстве с данными истории, физических наук и изучения особенностей верований других народов. Отказ ребёнку в праве естественно расти интеллектуально и формировать своё видение и понимание окружающего мира без одностороннего насильственного промывания мозгов трудно назвать чем бы то ни было, кроме как варварским пережитком средневековья. Церковники обрушивают на несозревший и ещё не умеющий защититься от религиозных атак детский мозг лавину формализованных бормотаний, выдаваемых за "молитву", трудно-перевариваемую даже взрослыми, не подготовленными к этому людьми.
Дети младшего школьного возраста просто не умеют ещё отличать правду от пропаганды - точно так же, как они не способны ещё сопротивляться или сознательно соглашаться на consentual sex - только за секс с семилетним ребёнком сажают в тюрьму, в то время как насильственная религиозная индоктринация поощряется даже вполне прогрессивными в других отношениях верующими интеллектуалами.
С другой стороны, зачастую дети, растущие в семьях воинствующих атеистов-богоборцев оказываются лишёнными источников знания, который помог бы им разобраться в множественных верованиях, существующих в мире, заменяя безапеляционным "Бога нет!" любую возможность понять многообразие духовных поисков человечества. Будем, однако, иметь в виду, что подавляющий процент верующих в обществе - единственная причина, по которой воинствующий атеизм менее опасен, чем религиозная индоктринация. Человек в конце концов станет взрослым и сможет выбрать сам для себя, в какого бога/богов ему верить, или - выбрать судьбу меньшинства, обходящегося без Деда Мороза.
Я далёк от того, чтобы предлагать опыт собственной семьи в качестве образца для подражания. Просто расскажу вкратце о том, как (в смысле отношений с Мирозданием) рос я, и о том, как растил своего сына.
Дедушка Меир и бабушка Маня (мамины родители), с которыми я провёл своё военное и послевоенное детство, были простыми людьми, забота о выживании семьи, о том, чтобы дети были чистыми и накормленными, занимала всю их жизнь, не оставляя времени на какие бы то ни было религиозные экзерсисы, да и не думаю, чтобы их занимала спиритуальная часть еврейства. Они просто были себе евреями, не напрягаясь, не произнося молитвенных формул, не зажигая свечей. У дедушки Меира было два класса предреволюционного местечкового хедера. Он один в семье умел читать книги "по-еврейски". Бабушка Маня научила меня любить латкес (в военные годы она делала их из картофельных очисток, покупаемых по дешёвке на новосибирском рынке) и хаменташи с маком (много, много сладкого мака! - это уже послевоенное лакомство). Это она научила меня, что детям на Хануку нужно дать маленькую монетку - настоящие деньги! - что называется эта денюжка "хануке гелд", и что об этом не стоит рассказывать ни папе, ни маме, потому что у них за это могут быть неприятности.
Папа и мама были людьми неверующими, более того (или, правильнее сказать, менее того) людьми, не интересовавшимися отношениями с разумом, организующим вселенную. Так что рос я самым стопроцентным пионером. Синагоги на Печерске, где мы жили, не было. Но неподалеку от нашей школы (147 средняя мужская им. А.Н.Радищева школа г. Киева с русским языком обучения), на Левашовской улице стояла маленькая православная церквушка, чистенькая и довольно симпатичная, и мы с друзьями во время большой переменки временами тайком забегали туда, подивиться странным нарядам попов и дьяконов и тому, как старые бабки кладут поклоны и осеняют себя крестным знамением. Это было восхитительно волшебно, фантастично, но мы всегда, на всяк случай, держали за спиной скрещёнными два пальца, чтобы не заразиться от попов суеверием. Такое тогда было у нас, пионеров, суеверие. Однажды, когда мы слишком шумно вели себя в задних рядах верующих, батюшка обернулся к молящимся и, указывая на нас, малолеток, украшенным кольцами перстом, трубно пропел: "Нечестивые, вот из Храма!" И мы перестали туда ходить. Через некоторое время церквушку закрыли, попы исчезли, а в опустевшем и сразу ставшем уродливым здании сделали атлетический клуб, со штангами и двухпудовыми гирями. Но смотреть там уже было не на что.
Этим в общем и был ограничен мой духовный поиск в детские годы.
Потом, уже ставши взрослым, я читал Библию и Евангелие. Этого мне показалось мало, и я прикупил несколько книг по истории мировых религий. Прочёл, долго размышлял над прочитанным и пришёл к выводу,
Читать далее...