[140x217]

Перед встречей с Максимом Галкиным ожидала худшего: как-никак «друг Пугачевой» – нагонит пафоса. Вот и встречу Максим назначил в фойе фешенебельного отеля… Опоздал, но ненамного и предупредил об этом заранее. Да и дальнейшее его поведение перевернуло представление о звезде: интеллигентность, скромность и внутренняя культура Галкина могут подкупить кого угодно.
Реклама раздражает
– Ваше первоапрельское шоу «Вечер с Максимом Галкиным» имело сумасшедший рейтинг. Довольно странно, ведь юмора на ТВ сейчас и так завались.
– Дело в том, что на нашем телевидении уже переизбыток юмора в его классическиэстрадном, концертном варианте. Качественный уровень юмора заметно снизился, ведь «много и хорошо не бывает». Сейчас нужно искать новые ходы, которые были бы интересны и зрителям, и артистам. Шоу принципиально новое именно с телевизионной точки зрения. Я сам придумывал и создавал эту программу. Такого рода шоу могут выходить в эфир не чаще четырех раз в год, потому что требуют большой подготовки. Пока мы постепенно свыкаемся с такой нагрузкой. Может быть, впоследствии, если эта программа будет пользоваться популярностью, сделаем ее ежемесячной.
– Может, и до еженедельной так дойдете? Юмор многие поставили на конвейер...
– В программе участвует большое количество талантливых людей. Ведущий и автор – объединяющая единица, а нужны еще и составляющие, которые не так просто найти в сжатые сроки. Хотя вы правы, юмор, поставленный на конвейер, редко кому удается. Конвейер и юмор – вещи несовместимые... А потом, если делать программу еженедельной, мне бы пришлось отказаться от гастролей.
– Значит, расставание с программой «Кто хочет стать миллионером?» вас пугает не так сильно?
– «Миллионер» отнимает у меня немного времени, поэтому отказываться от него по причинам занятости точно неправильно.
– Сами часто смотрите телевизор?
– Я вообще редко оказываюсь у экрана, но, когда это получается, смотрю много. Если программа хорошая, ты быстро забываешь, что профессионал, и смотришь ее как зритель. Это и есть главный критерий качественного проекта.
– Что,
и реклама не раздражает?
– Раздражает, конечно! На одном канале, не буду говорить, каком, была как-то семиминутная реклама...
– Серьезно? Вот так открытие!
– Я засекал! Сидишь и на шестой минуте спрашиваешь себя: а что я смотрел?.. Еще ужасно не люблю, когда пошлость или плоский юмор на телевидении оправдывается тем, что якобы зрителю это и нужно. Это совершенно не так. Я очень много езжу по России с концертами, был везде – от Мурманска до Владивостока. Так вот, интереса к юмору «ниже пояса» я не наблюдал. Наоборот, зритель рад, когда его уважают. Плохо, когда ты видишь артиста, чье образование и интеллектуальный уровень выше, чем то, что он делает. Это нечестно по отношению к публике. Хотя я и не считаю, что нужно воспитывать людей, ведь юмористический жанр – прежде всего развлекательный. Если человеку нужны философия и мораль – для этого есть религии. Но зачем же опускаться? Если мужик пошлую шутку еще стерпит, женщина – нет. А что говорить о детях?
– Не зря вас называют интеллигентным пародистом…
– Ой, слава Богу. Это хорошо.
– Слишком хорошо, чтобы быть правдой?
– Интеллигентным себя назвать не могу, потому что знаю огромное количество людей, которым больше подходит это определение. Для меня понятие «интеллигентный человек» – не мое состояние, а то, к чему я должен стремиться.
– А мне кажется, что это врожденное...
– Просто если человек сказал, что он – интеллигентный, значит, этого в нем уже нет. Вот такой парадокс. Интеллигентный человек – тот, кто в обществе занимает своим «я» как можно меньше места. Я к интеллигентности стремлюсь. В юморе очень много соблазнов, легко переступить какую-то грань...
– Вы действительно сами себе монологи пишете?
– Вначале всегда писал сам, потом был период, когда обращался к авторам, но, к сожалению, сейчас практически нет монологов, которые бы я отхватил с руками и сказал бы: «Вот здорово!» Я участвовал при монтаже своих концертов, начиная с самого первого, который показали по ТВ – «Улыбайтесь, господа!» Всего у меня вышло на экраны четыре концерта и две большие шоу-программы. Конечно, я не знаю, какие кнопки нажимать, но прошу переставить тот или иной кадр. Сейчас почти девять десятых концертной программы – мои тексты. Как это ни странно, самое смешное появлялось именно у меня, причем уже на сцене. Некоторые образы рождались спонтанно, многие вещи вообще невозможно специально придумать, их можно только поймать.
– А вообще все, что кажется смешным вам, нравится зрителю?
– Конечно, есть целый пласт юмора, который предназначен для своих. Для актерской среды, например. Где-то с
Читать далее...