Серое.
Мощное.
Безликое.
У него нет названия.
Оно не помнит себя.
Вечно новое.
Вечно то же самое.
Его не остановить.
Оно не доброе.
Оно не злое.
Оно просто есть...
Оно Серое
Я знаю

1.Серое 1
[525x700]
2.Серое 2

[700x525]

3.Серое 3

[700x525]

4. Серое 4
[525x700]

5. Серое 5
[700x525]

В колонках играет - Когда переводил ГрОб Оптимизм

Первая и последняя, я надеюсь попытка литературного перевода. Стихотворение Джузеппе Унгаретти, оно мне понравилося давно, только вот руки не доходили, сейчас решил попробовать. Стихотворение написанно во время Первой мировой войны.

Глубокая ночь
Я рядом лежу
С растерзанным друга телом
оскалившись,
Он смотрит в полннолунное небо
протянув окровавленные
руки
в мою тишину
Я пишу
Письма полные любви

Никогда раньше
Я не был так
привязан к жизни.

Некто из Святых Отцов ( если не ошибаюсь Исаак Сирин) пишет: Не говори, что Бог справедлив, ибо где справедливость, мы согрешили, а Он умер за нас на Кресте.
[525x700]

Превый снег

Я,
обсмеянный у сегодняшнего племени,
как длинный
Скабрезный анекдот
вижу идущего через горы времени,
которого не видит никто.
В.Маяковский. "Облако в штанах".

Ноябрь 20ХХого года полыхал пожарами. В районе Китай-города шли ожесточенные уличные бои между Народным фронтом возмездия и радикал-анархистами. Огромный грязно-желтый бульдозер медленно полз на барикады Фронта, перегородившие Солянку. В ковше бульдозера, высоко поднятом над землей сидели, пригнувшись, два автоматчика, в том же ковше непонятно как поместились две здоровых колонки которые, перекрывая рев двигателя, выблевывали какой-то хардкор-панк. Бульдозер полз и было ясно, что барикаде конец...
Над городом шел первый снег...
На Моросейке шла рукопашная: свистели камни, метались как стрелки метронома куски арматуры, взвивались цепи. Дрались молча, в пугающей тишине, которую изредка разрывали нечеловеческие крики...
Шел первый снег...
Небольшая группа бойцов Фронта пыталась удерживать здание бывшего магазина "библио-глобус". После третьей попытки штурма анархи со злости закидали здание бутылками с зажигательной смесью. Выбегавших из здания людей ловили и вешали тут же неподалеку на фонарных столбах...
Шел первый снег...
Чуть поодаль на Кузнецком мосту рядом с остовом подбитого танка шла показательная казнь какого-то иностранного журналиста...
Шел первый снег...
Воздух пах гарью и бензином. Первый снег пробивался сквозь густые клубы черного дыма.


Он шел босыми ногами по битому стеклу и осколкам кирпича. Широкие штаны и льняная рубаха. Удивительное лицо, немного неправильное и оттого красивое. Очки в тонкой оправе. Длинные каштановые волосы до плечь. В руках у него была скрипка. Он шел и играл. Он шел и не видел ничего вокруг. Он шел прямо, не сворачивая, не ускоряя и не замедляя шаг. Он шел и скрипка рыдала у него в руках. Он шел и никто его не трогал. Он вышел на Моросейку. Дерущиеся замерли. Все остановилось. Даже пламя, вырывавшееся из окон дома казалось замерло и слушало. Он шел и в глазах его искрилось ледяное безумие. Люди невольно расступались давая ему дорогу. Он шел и играл. И воцарилась тишина, в которой одиноко рыдала скрипка. Он шел оставляя за собой цепочку кровавых следов. Огромный жлоб, сжимавший обрезок трубы вдруг разрыдался, как маленький ребенок.
" да какого хера этот мудак"-- вдруг резко закричал кто-то,испугавшись того что делала с ним музыка, рванулся вперед и обрушил арматуру на голову скрипача. Скрипач упал на колени, по лицу побежала струйка крови. Еще какое-то мгновение он продолжал играть, потом упал лицом на асфальт. "Прости им, не ведают что творят"-- прошептал скрипач.Толпа снова ринулась бить друг друга.
Шел первый снег...
Ночью улица опустела, бои постепенно стихли. И первый снег саваном накрыл изуродованное лицо скрипача, разбитую скрипку и всю улицу.
Под покровом снега все казалось чистым, светлым и радостным...
Шел первый снег...

Снимать Рыжего, большое удовольствие, такого динамичного лица по-мойму нет ни у кого
1
[525x700]
2
[525x700]
3

[525x700]
4

[525x700]

5
[525x700]

Портрет с сигаретой.
до Михиного прихода долго обсуждалось какой он идеально красивый, ну и когда он пришел я просто был вынужден снимать))))
[525x700]

Про цивил
[525x700]

двое
[700x628]

Ждем
[699x595]

Мне страшно я боюсь человеческих лиц
Я боюсь в них увидеть себя
Я боюсь омертвевших страниц
Я боюсь темноты и слепого дождя
Я боюсь что никогда не умру
Я боюсь что не сойду с ума
Я боюсь того что найду
Я боюсь чужого тепла
Мне страшно, не хочу ничего
Залезть бы с головой под одеяло и перестать дышать
Мне страшно и нет никого
Кто мог бы если не простить, то хотя бы понять.

Вчера читал протоколы допроса Хармса. Первый протокол : Хармс отстаивает право литератора на свободу творчества, второй : кается в "зауми" контрреволюционной монархической пропаганде приверженности филисофскому идеализму и совращении детей с атеистическо-материалистического пути. Как человека поломали. Страшно.

После статьи Маяковского "поэт и война", в которой он продвигает идею словотворчества на основе русских корней, услышал по радио словечко "ребрендинг". Страшновато.

Военкомат.. злые секретари, усталые врачи, осмотор пригодности пушечного мяса, кем какую дырку заткнуть можно. Страшно.

Сплошная какая-то мясорубка, или тонкая и незаметная, или неприкрытая,- неважно. И ничего не сделаешь и ничего не изменишь, кроме разве себя. Страшно.

Из отражения смотрит кто-то малознакомый. Страшно.

Из старых фот. Размышляя о светлом будущем.


[525x700]

Сумерки

[525x700]

иероглиф


[525x700]

ПРО ВЕТЕР
Посвящается Бармоглоту, который любит сказки.

Земля крутилась поскрипывая на ржавой оси.
В северной Корее строили коммунизм.
В Америке строили американскую мечту.
В Африке шаманы разговаривали с духами.
В Израиле читали Тору.
В Ираке смертники прикрепляли пластид американского производства к поясам.
В Москве шел дождь.
Дети в подвалах нюхали клей.
Студенты пили пиво в подъездах. Взрослые понуро возвращались с работы в теплые и уютные до тошноты квартиры-норы.
Психи клеили коробочки в психушках, ожидая ужина.
Все в мироздании было правильно. Все шло по плану. Только не понятно куда, но зато по плану.
В небо выплескивались, как кофе со сливками, сумерки. Все шло по плану.
Андрей сидел на крыше В голове как сонная рыбка в аквариуме бултыхалась мысль: а не прыгнуть ли вслед за выброшенным окурком, который пролетел красной каметой в сумерках и погас где-то внизу?
Неожиданно ( поздний вечер, дождь, крыша, на которую можно залезть только по пожарной лестнице, восьмой, между прочим, этаж) за спиной послышались шаги. Андрей обернулся. На крыше стоял человек. Выглядел он, мягко говоря, странно: ярко зеленные дранные штаны, длинный черный кожанный плащ поверх красной рубашки в невероятный цветочек, напульсник-шиповка; очень бледное лицо, острое как осколок разбитой мечты, и практически белые волосы до плечь. Вдобавок ко всему человек был бос.
Через полчаса Андрей уже обдумывал, а не согласиться ли ему на предложение , которое сделал незнакомец. Предложение было простое, заманчивое и абсолютно бредовое. Анрею предлагалось стать ветром. Андрей задумчиво подкидывал монетку, как будто хотел получить от нее ответ на вопрос соглашаться или нет. Монетка взвилась вверх, повисла на миг в воздухе, словно любуясь собой, и ринулась вниз. Орел. Орел выпадал до этого восемнадцать раз подряд. Сейчас выпал девятнадцатый. Для ровного счета он бросил монету еще раз.
...монета в этот раз выскользнула из рук, когда Андрей ее ловил, упала на крышу, звякнула, покатилась и наконец замерла... На ребре.
Шустрый,так представился незнакомец, хитро улыбнулся и сказал:
- Никто не решит за тебя.
-Ладно. Я согласен...

"Задача проста. Если ты хочешь стать ветром, ты должен стать свободным. Не просто свободным,а свободным абсолютно. Полусвобода не подойдет. Четвертьсвобода тоже. Ты свободен, когда тебя никто и ничто не держит."-- так сказал Шустрый.

Рвать связи со всем, что дорого, было больно. Андрей терпел боль, стиснув зубы и сжав кулаки. Он изменился: в глазах появился странный, уже не совсем человеческий, огонек -- отсвет внутреннего пламени в котором горели воспоминания, лицо похудело, вырисовались скулы и желваки, в волосах появились седые пряди. Тело стало легким, движения очень быстрыми, неровными, ломанными. Андрею было больно. И радостно.

Он постепенно учился у Шустрого всему, что должен знать и уметь ветер. Сложнее всего было учиться летать. Стоишь спиной к краю крыши, вниз -- 12 этажей. Надо забыть обо всем. В том числе о себе. Расслабиться. И потерять равновесие. Если "я" ушло не полностью то вместо порыва ветра вниз сорвется 70 килограмм твоего тела. 12 этажй...

Вы когда-нибудь задумывались,что такое "скорость ветра 5-10 метров в секунду"? И как на такой скорости проскочить в водосточную трубу?

Шустрый, как узнал Андрей позже, это прозвище. Настоящие имена ветров очень длинные и путанные. Ветер практически полностью состояние из свего имени, убери имя -- и не останется-то от ветра ничего толком. Имена ветров все время растут. И за столетия вырастают в огромные слова. Шустрый назвал свое имя, но Андрей его не запомнил.

-Зачем это тебе? -спросил однажды Андрей Шустрого-- учить меня?
-Когда ветер решает уйти, он должен оставить себе наследника, таков закон.
-А куда уходят ветры?
-Узнаешь когда-нибудь...

Все было хорошо. Андрей становился ветром, с каждым днем выжигая в душе привязанности к людям,вещам, местам и даже словам. Все было хорошо, пока не появилась она.

-Я не смогу.- Андрей стоял на краю крыши,-разобьюсь.
-???
-Прости, Шустрый, я не смогу. Ухожу я. Вид у Андрея был потерянный-- понимаешь она..
-Ладно, как знаешь. -Шустрый пожал плечами.
Он н е расстроился.Он все понял. Так было до того еще с двумя учениками, один не смог оставить мать, другой--научную карьеру. Ветер не привязывается ни к кому, даже к ученику. И он сорвался с крыши, растворившись в теплом, как плавленная тишина, воздухе.

Андрей стоял на крыше один. Долго. Один раз подошел к краю, хотел было прыгнуть вниз...

Больше он никогда не лазил на крыши. У них был дом, где было тепло и уютно. У них родились дети. Огонь в глазах Андрея погас.
Только иногда ночами он вспоминал красную в цветочек рубашку Шустрого, и их полеты, когда они вместе неслись над спящим городом, в такие ночи он не спал.
Иногда он пытался вспомнить настоящее имя Шустрого. Иногда ловил себя на том, что ему до сих пор интересно, куда уходят ветры.
Не то чтобы он жалел...
У них был дом, тепло и уют...

...И жили они Читать далее...

Так незя!!!!!Незя!!!! второй день подряд забиваю карту полностью!!! УЖАС!!!!! 550 мегабайт за 2 дня!!! А-а-а-а-а-а-а!!!!!Всё говно!!!! Все говно!!! Я научился кусать потолок!!!!! HELP ME!!! Среди зараженного логикой мира !!!! Пылающей тропой....!!! Кто сильнее тот и прав!!!! Я помню чудное мгновенье!!!! Головой в стену!!! Ура! За Родину!! Пуля дура, штык молодец!!! Ура-а-а-а-а-а-а-а-а!!! Ура-а-а-а-а-а-а-а!!!! ГЫЫЫЫЫЫ. Гы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы! ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!!!!!
[525x700]

Бой в Крыму все в дыму
[525x700]


Гитара и свет в конце тунеля


[421x699]

Где воспитательный фактор?
Где вера в светлую даль?
Эй, гитарист, пошли их всех на..
И надави на свою педаль

( единственная обработка)
[525x700]

Ну и собственно про хаеротрясение...


[700x525]

Напоследок о тех кто слушает
[525x700]

Вы какда-нибудь задумывались почему у одних на руке фенек до локтя, из всех материалов от мулине до колючей проволки включительно, а у других ни одной. Фенька это вобщее что такое?
Ну типа просто прикольно.
Но это ответ простой. Мы-то с вами антропологи))))
Нам простых ответов не надо, нам везде смысл скрытый надо, инцест или там Эдипов комплекс какой-нибудь на худой конец. Структуру ищем.
Ну так вот соображение: фенька визуальный символ связи с кем то или с чем то. Чем больше фенек тем больше у человека потребность связать себя с чем-то или кем-то. Ритуал, символ. Физическое закрепление ( типичный кстати магизм немотивированная связь действия и ожидаемого результата) связи... Да здраствует Новое Средневековье. Миф как форма восприятия.
А теперь причем здесь графомания: писать такую хрень это и есть графомания))
Пост скриптум: вчерашние наброски "одиночество1"
[525x700]
Одиночество2

[525x700]

"Среди зараженного логикой мира"
[525x700]


"Я научился кусать потолок"

[700x525]
"странствия"
[700x525]
"Здpавствуй, мы снова Сопpикасаемся бубенчиками pезаных pук"

[525x700]

диалог


[525x700]

Я сидел на подоконнике в подъезде незнакомого дома.
На улице шел дождь.
Ливень.
От него я и прятался.
Занятся все равно было нечем.
И я слушал что происходит в доме.
У меня очень чуткий слух.
Если прислушиваться то можно услышать и слабое эхо прошлого и бесплотный шорох будущего.
Много чего можно услышать.
Я слушал....

В квартире №7 жил и нес труды во славу просвещения Яков Семенович Штейхер, пожилой кандидат философских наук, уже покинувший славный возраст зрелого трезвомыслия, но еще недостигший тихой пристани просветленного старческого маразма. Он был чем-то похож на увядший баклажан. Сейчас он бранился со своей второй половиной, Марией Алексеевной. Она весьма неудачно споткнулась на кухне об одну из своих 14 кошек и уронила целую кострюлю борща на стадвадцитистраничную рукопись Якова Семеновича. Рукопись содержала масштабный план переустройства мироздания. Яков Семенович полагал, кстати небезосновательно, что жена нарочно загубила его план, потому что предусмотренный в нем переход человечества на фотосинтез грозил полностью уничтожить кулинарное исскуство, которому Марья Алексеевна посвятила всю свою сознательную жизнь. Его это злило. Ссора выходила капитальная. Вспоминались все взаимные обиды за прошедшие 20 лет. Когда личные обиды кончились Яков Семенович для пущей убедительности свалил на жену и все общечеловеческие беды от гибели Атлантды до войны в Ираке включительно...

В однокомнатной квартире №8 жили
гастарбайтеры-молдавани. Пятнадцать человек...

В квартире №12 жил молодой программист Костя. Справка из психол-неврологического диспансера, полученная им две недели назад замысловатостью содержащегося в ней диагноза напоминала фасад борочного дворца. Сейчас Костя, решив, что исскуственный интеллект это ерунда, занимался созданием исскуственной интуиции...

Среди этой повседневной идилии одна вещь привлекла мое внимание.

В квартире №45 ( в доме кстати не было ни 44 ни 46 квартиры, но 45 была, что почему-то радовало) жил музыкант. Сейчас он совершал героический переход из комнаты на кухню.
В комнате была гитара.
Еще были обои, цвет которых больше подошел бы пергаменту XII века, а не продукции советской бумагоделательной промышленности. На обоях красовались розочки, наводящиее на мысли о пыльных пластиковых цветах на могиле.
Еще на обоях было множество надписей, сделанных черным маркером: в основном надписи были на русском и английском языках, были правда еще две надписи на китайском и одна -- на санскрите. Надпись на санскрите музыканту сделал друг, аспирант кафедры древних языков, это был перевод стихотврения Есенина.
Еще в комнате бал матрас лежавший в углу на полу.
Больше ничего в комнате не было.
На кухне была гора немытой посуды в раковене, кое-какая еда в холодильнике, впечатлющая коллекция бытылок с алкоголем в шкафу и еще более впечетляющая коллекция пустых бутылок на полу.
Гитариста звали Олег.
Уже две недели подряд он передвигался исключительно по маршруту комната--кухня--сортир--комната. Все свободное время, а все его время было теперь свободным, он посвящал игре на гитаре. Он две недели почти не с кем не разговаривал, за исключением изредка забредавших друзей. С друзьями можно было обсудить закат Европы (Олег фамильярно называл Освальда Шпенглера то Осей,то Осипом,то Остапом), эстетику Ренессанса, китайскую поэзию, тенденции постъпанковской музыки, и перспективы начала новых крестовых походов. Можно было и ничего не обсуждать. Олег ловил себя на том, что ему проще сыграть мысль на гитаре, чем высказать ее словами. Друзья это тоже заметили и вскоре перестали забредать совсем. В его одиночестве и сосредоточености на игре было что-то медитативное, почти аскетическое, что-то близкое к экстатике неоплатонизма.
Играл он много: сначала это были блюзовые соло, пальцы его были быстры, он мог поймать солнечный луч или схватить ветер за хвост; потом, соло перестали его радовать и он, ища простоты, стал играть ритм-партии, сопровождая гитарный шафл монотонными ударами головой об стену; потом он сполз куда-то в область авангардного джаза; потом ритм и мелодика его игры вовсе потеряли последнии черты привычной человеку гормонии и превратились в невероятный каскад звуков, тонов красок, воспоминаний, философских максим и невероятной, невместимой тоски. Даже тараканы, приползавшие с кухни послушать его игру, не выдерживали и начинали плакать. Да что там тараканы, даже безбашенные весенние ветры, проносясь мимо его окна с занавесками из простыни, сбавляли ход прислушиваясь. Но мастер не остановился на этом. Постепенно он уменшал колличество нот. До тех пор пока в мелодии их не осталась всего три. Иногда он засыпал сидя с гитарой в руках на полу, а его пальцы продолжали скользить по грифу. Вскоре в мелодии умерли еще две ноты. Осталась одна. Теперь он методично часами напролет щелчком выбивал единственную ноту. В квартире умерли все звуки, только оглушительно разбивались на кухне капли из текущего крана и звучала одна-единственная, совершенная нота. Олег хотел чтобы нота Читать далее...

Душа летит в заоблачные сферы
Чистейшего, искреннейшего идиотизма
Расстроена вконец гитара нервов
Растянуты пружины психомеханизмов

Разбить удушливые стены
Катком безбашенности по мозгам
Песок на шестернях системы
Плескатся в лужах вопреки простудам и ханжам

Бежать, карабкатся на крыши
Сидеть среди антенн, ветров и проводов
там где никто тебя не видит и не слышит
Бред стихов слагать из слов

Из серии "стальные цветы города"
[525x700]

Шизофрения рулит, шизофрению в массы среди заражённого логикой мира во имя на благо и для! Каждому шизику - по танку Т-34! Ура, товарищи!

АХТУНГ! ЭТО НЕ ДНЕВНИКОВАЯ ЗАПИСЬ, А НЕБОЛЬШОЕ ЛИТЕРАТУРНОЕ УПРАЖНЕНИЕ НА СОН ГРЯДУЩИЙ

Реальность ершится, не дается в руки, выскальзывает из прицела объектива...
Она решила поиграть со мной, только это уже не ставшие привычными шахматы, когда мы ходим по очереди все взвесив и обдумав ход, а какие-то доголялки. Это весело, скорость опьяняет, мир кружится цветной каруселью. Но в какое то мгновение игра заканчивается , начинается нечто иное. Охота. Только не понятно кого за кем. Скорость растет, становится опасной, дыхание сбивается, кружится голова, веселье переходит в нечто экстатично-напряженной, ставка уже не просто пара удачных кадров, она выше.
Я выдохся... надо отдохнуть, меня догнали.
Почему-то вместо положенного по правилам доголялок хлопка по плечу, который значит "осалил", я получаю мощный, мастерски выполненый удар поддых...
!!!!
сгабаюсь пополам
!!!!
падаю на колени
!!!!
меня пинают ногами
!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Дурак, реальность он хотел затормозить, под контроль поставить! Дурак!

В весеннюю лужу капают слезы и кровь из разбитого носа ...
Я остаюсь один.Тихо.Только кровь "кап-кап" в талуюю воду
кап...
...кап...
кап...

Сухо и конспективно:
Крыша высокая, этажей восемь, но дом сталинский, потолки метра три.
[525x700]
две точки внизу -- Юрик и Педро.
Кстати, я не говорил, что высоты боюсь?
Ну так вот: Я ЕЕ боюсь

[700x525]

А дальше называется Дурак на крыше.
[700x525]

Вобще там хорошо

[700x525]

решил фотоальбомом на пользоваться, а выкладывать все прямо в дневник

P.S. У МЕНЯ ГЛЮЧИТ КЛАВУ: ПОСЛЕ БУКВЫ "С" ОНА ПЕЧАТАЕТ БУКВУ "У", ПРОСЬБА НЕ ОБРАЩАТЬ НА ЭТО ВНИМАНИЕ