
Судьба нам лишних не дает.
Все к нам приходят для чего-то...
Есть те, кто жизнь с тобой пройдет,
Иные - лишь до поворота.
Есть те, кто сделает глоток -
Лишь в чайной паузе, случайно.
И дальше побежит поток
С какой-то нераскрытой тайной.
Есть те, что оставляют след -
С рубцами в памяти надолго.
Но вера выведет на свет,
Убрав ненужные осколки...
Всему свой час. И ты найдешь
Свой храм... духовное жилище...
И встретишь ты, когда не ждешь,
И обретешь не там, где ищешь...
Стали письма приходить!
Позвонила мне на днях знакомая в слезах. Она полгода собиралась с силами, чтобы уволиться с работы, где начальник открыто хамит, зарплату задерживают, а обязанности выросли вдвое.
Поделилась планами с мамой, надеясь на поддержку, а в ответ получила холодный душ:
«Катя, ты с ума сошла! Сейчас такое время! Людям вообще задерживают месяцами, а кого-то - сокращают. Радуйся, что хоть какая-то копеечка капает и крыша над головой есть. Другие еще хуже живут, а ты зажралась!».
На многих дачах стоит один и тот же персонаж. Белый, с табличкой «ЗИЛ», «Минск» или «Саратов». Он гудит и исправно морозит уже который десяток лет.
Одни говорят: «Раньше делали на века, зачем менять то, что работает».
Другие уверены, что старичок тихо съедает деньги на электричестве.
Давайте посчитаем, кто прав. Ответ получится не таким, как ожидают обе стороны.
Алиса Нолан | История и Этикет
Холодильник стоит на кухне с 1967 года. Морозит. Гудит. Иногда вздрагивает — как будто что-то вспоминает.
Моя соседка Нина Павловна говорит о нём, как о члене семьи. «ЗИЛ мой», — и в голосе что-то тёплое.
Три поколения хранили в нём котлеты, оливье и праздничный торт. Внуки уже взрослые. Холодильник — всё ещё здесь.
Откуда это? Почему советская вещь, которой шестьдесят лет, до сих пор работает — а современный холодильник через восемь лет начинает капризничать?
|
|
