Будучи в Абхазии, конечно, не могли съездить на денек в её столицу.
Здесь я была ранее в детстве, еще в советское время, где-то в середине 70-х , кажется. Тогда его звали Сухуми. Интересно было сравнить те впечатления и нынешние.
Немного истории
Столица Абхазии — один из старейших городов Черноморского региона, появившийся не менее 2500 лет назад. В античности на его месте располагалась древнегреческая колония Диоскурия, основанная в VI веке до н. э. эллинскими мореплавателями.
В VIII столетии город, называвшийся к тому времени Цхум, был присоединён к Абхазскому царству, а в X веке стал вотчиной грузинских царей. В 1578‑м кавказские земли завоевали османы. Турки перестроили город и форпост, поменяв и название на Сухум‑Кале — «крепость из воды и песка». Турецкое владычество длилось почти два века — до 1789‑го, пока город не отвоевали абхазские князья.
В 1810‑м было подписано соглашение о присоединении абхазских земель к Российской империи, и Сухум‑Кале стал русской цитаделью.
В рамках экскурсии мы не только осмотрели город и набережную, но и побывали в Ботаническом саду и Питомнике обезьян.
Все писатели через свои произведения пытаются донести до нас, читателей, собственные сокровенные мысли. Настоящий писатель, в силу своего таланта и особенностей внутреннего мира, происходящие вокруг события всегда чувствует острее и переживает глубже, чем обыкновенный человек.
Выступая своеобразным эмоциональным «индикатором», он интуитивно оценивает не только реальность, но и прогнозирует возможное будущее.
Писатель-сатирик же, каковым является Салтыков-Щедрин, — это больше чем просто писатель, ведь умение о серьёзных вещах рассуждать в форме незатейливых детских сказок, правда, с оговоркой, что сказки эти «предназначены для детей изрядного возраста», — это удивительный и редкий дар.
 |
|
|
Вернон Бовуар Уорд (Vernon Ward) — английский живописец и коммерческий художник XX века. Известен работами с цветами, птицами и эдвардианскими сюжетами.
Родился в Хэмпстеде в семье арт-дилера.
Получил образование в римско-католической школе Святого Иосифа в Хайгейте.
Обучался живописи в Школе изящных искусств Слейда в Лондоне под руководством Генри Тонкса, Уилсона Стира и сэра Уолтера Рассела.
Был избран членом Королевского общества британских художников в 1926 году.
Во время войны работал на скорой помощи в Службе гражданской обороны в Ричмонде.
Работы Уорда пользовались популярностью в коммерческом секторе у таких издателей, как Соломон и Уайтхед, Фрост и Рид и У. Н. Шарп из Брэдфорда. Репродукции его работ часто встречались на пазлах, поздравительных открытках и коммерческих
Во время Второй мировой войны Уорд нарисовал символическую композицию фигур для Свободной Франции, а город Твикенхем поручил ему спроектировать военно-морской мемориал.
Умер в 1985 году в Лондоне.
|
|
|
|
Господи!
Имя Тебе — Любовь: не отвергни меня, заблуждающагося.
Имя Тебе — Сила: укрепи меня, изнемогающего и падающаго.
Имя Тебе — Свет: просвети душу мою, омраченную житейскими страстями.
Имя Тебе — Мир: умири мятущуюся душу мою.
Имя Тебе - Милость: не переставай миловать меня.
Аминь.
Святой праведный Иоанн Кронштадтский
| |||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Страсти Запада и мы (1/2)
Наш мир меняется так бурно, что всё острее встаёт вопрос: куда мы несёмся, точно ли движемся в правильном направлении? Запад навязал миру уклад, где судьбы добрых людей вершатся недобрыми. Где одни умирают от безделья, а другие — от отсутствия питьевой воды, где «все усилия человеческого ума направляются не на то, чтобы облегчить труд трудящихся, а облегчить и украсить праздность празднующих» (Лев Толстой. «Трудолюбие, или торжество земледельца»).
Тех, кто, изощрившись в политических и военных подлостях, обирает целые народы, кто провоцирует и проплачивает бойни, где люди гибнут уже не сотнями и тысячами, как раньше, а миллионами, мы называем цивилизованными. Демократия оказалась вульгарным оправданием агрессии, свобода — слабостей и пороков.
Этот странный порядок вещей так старательно поддерживается в современном информационном поле, что невольно задаёшься вопросом: не пришло ли время это поле перепахать? Не пора ли стряхнуть с себя пепел пропаганды, перестать принимать пороки за достоинства, а преступления за милые шалости?