Зеленскому некого спасать в Константиновке

На удивление предсказуемо ответил Зеленский на инициативу Владимира Путина о гуманитарном перемирии в Константиновке. Пауза затянулась, и я думал, что он тряхнет стариной, покажет, что не только веселый, но и находчивый. Но нет. Он тупо соврал, что спасать там некого.

Мирных в городе, по Зеленскому, нет: «Люди там – это исключительно граждане Украины с оружием и граждане России, которые являются оккупантами и также с оружием», – объяснил он американцам. Россия дескать хочет, чтобы Украина вышла из Константиновки, а ее войска заняли город.

Очень удобно. Даже если тебе скажут — так давай заедем гуманитарной колонной с вашей стороны, ты просто отмахнешься, что затея не имеет смысла. Вывозить-то некого. А пускать в Константиновку зарубежных журналистов сейчас нельзя. Политический момент неподходящий. Американцы впервые спросили Киев, готов ли он уйти из Донбасса в обмен на гарантии безопасности. Признать потерю Константиновки в таких условиях – сдать козырь до раздачи.

А как же судьбы 500 человек, спросит сентиментальный читатель? А когда человеческие жизни волновали киевский режим?

Подпишись на Коца в МАКС.

@kots

Российские военные продолжают наносить дневные удары по целям на подконтрольных Киеву территориях бывшей УССР. Для атак применяется широкий спектр вооружений: от управляемых авиабомб до реактивных ударных беспилотников семейства «Герань».

Украинские ресурсы сообщают о серии прилетов ФАБ с УМПК в районе переправ через Днепр в оккупированном ВСУ Запорожье. В то же время «Герани» навестили Боярку Киевской области и непосредственно украинскую столицу, Ахтырку Сумской области, Кременчуг Полтавской области и Ромны Сумской области. Кроме того, наши ударные беспилотники поразили некую цель в городе Лозовая Харьковской области — на месте прилета зафиксировано масштабное возгорание. «Герани» и «Дань-Т» нанесли удары по целям в Новых Белярах Одесской области и Первомайском под Харьковом. По цели в Павлограде Днепропетровской области ударила ракета «Искандер-М». В Великих Крынках Полтавской области ударами «Гераней» поражено некое

За минувшие сутки освобождено село Котовка в Волчанском районе Харьковской области. Армия России существенно продвинулась на северо-западном охвате Дружковки, а также развивает наступление на север от Доброполья (ДНР).

В ночь на 14 ноября ВС РФ поразили в Винницкой области объекты, работающие в интересах ВСУ, а также нанесли ряд мощных ударов высокоточными ФАБами по Запорожью — вероятно, по ПВД и логистике. Укро-мониторинг сообщил также об атаке по н.п. Долинская (Кировоградщина).

Целями могли быть железнодорожная инфраструктура (тяговые подстанции, депо, пути) и магистральные линии электропередач.

Ситуация в зоне ответственности группировки войск «Север»

Штурмовые подразделения 83-го мотострелкового полка 69-й дивизии в ходе наступления заняли населенный пункт Котовка в Волчанском районе Харьковской области.

 12 ноября 1935 · Харьков, Украинская ССР, СССР - 30 марта 2011 (75 лет) · Москва, Россия.

Под ее песенку «Пять минут» мои родители праздновали свою свадьбу в «Праге». Это был главный новогодний хит 1957 года. А потом все новые года не обходились без этой песенки: обязательно в какой-то момент выходила Людмила Марковна и, пританцовывая и прищелкивая пальцами, потрясающе чувствуя ритм, выдавала свое: «Я вам песенку спою про пять минут». Под конец она уже перешла на рэп. Голос подводил и она почти шептала: «Помиритесь те, кто в ссоре».

Сама она мириться категорически не умела. Вообще человек была трудный, конфликтный, вся из углов, из локтей, из подозрений и обид. Может, какая-то душевная рана, нанесенная в юности, не давала ей ни на секунду расслабиться, то ли возраст, который она ощущала острее, чем другие, все время напоминал ей, что время ее уходит, что нельзя замереть среди воспоминаний и друзей-ветеранов. «Вычеркните из интервью всюду, где я говорю: «Я помню» или «помнится»… Я ничего не помню». Это Люся!

«Зачем вы меня сравниваете с Марлен Дитрих? Я не Марлен!» Это Люся! «Ну что вы развели панихиду про то, какая я была актриса. Это уже никому неинтересно! Я в шоу-бизнесе, я пою для…, как их там, «сексуальных меньшинств». Вы вообще в курсе, что я гей-икона?». Это Люся!

И это наше интервью тридцать лет тому назад. Ни одна артистка не выпила из меня столько крови, сколько она, и ни одной мне не хотелось так понравиться, как ей.

Мы ругались, мы мирились, мы вычеркивали в четыре руки самые хлесткие ее фразы, потом восстанавливали их вновь.

- Зачем вы написали, что Марлен пела только четыре ноты? Получается, я ее обсираю.

- Нет, вы иронизируете, вы имеете право.

- А вот не надо над великими звездами иронизировать. Никто на это не имеет права!

В перерыве она поила меня чаем с плюшками, которые жадно уплетала сама. Никакой особой диеты. Любимая еда - булки. Она показывала мне свои вечерние платья, висевшие у нее в просторной гардеробной, - они и были ее настоящими подругами, теми, кто никогда не выдаст, не предаст, не покинет. При этом у нее был такой гордый и одновременно смущенный вид, какой бывает только у садоводов-любителей, когда они демонстрируют свои розы. В таких случаях полагается восхищаться. И я восхищался. Но она по моим глазам видела, что весь этот шифон и бисер мне как-то не очень. И даже пыталась мне что-то объяснять напоследок: «Понимаете, я пою для людей. Для простых людей».

Она была их счастьем и утешением больше 50 лет. И когда спела свои «Пять минут», и когда сидела почти десять лет без работы, перебиваясь случайными ролями и концертами, и когда вернулась на Мосфильм абсолютной королевой, которая может все: и драму, и комедию, и мюзикл. И все лучшие режиссеры наперебой зазывали ее в свои фильмы, и все лучшие композиторы писали для нее песни, и одна роль круче другой: «Полеты во сне и наяву», «Двадцать дней без войны», «Пять вечеров», «Сибириада», «Любимая женщина механика Гаврилова»… Перечисляю по памяти, не заглядывая в Викепедию. Я их все помню. И все их помнят, кто жил тогда, кто любил кино, кто любил Люсю.

Работа сжирала все. Это единственное, что ее по-настоящему интересовало: роли, фильмы, новые песни. Все остальное только мешало. Никакие дачи, никакие внуки, никакие харьковские родственники. Она не умела и не могла быть, как все. Она не хотела жить прошлым с его холодом, голодом, войной, унижениями, обидами. Отсюда все эти ее блестки, шифоны, перья. Эта ее «вечная молодость», которая под конец стала даже какой-то инфернальной и пугающей. В этой войне со старостью и пенсионерским убожеством ей было себя совсем не жалко. И никого не жалко. Слишком дорого она

SUNO

Берёт ноябрь в руки флажолет
И извлекает траурные звуки,
И вечер погружает в фиолет.
И стынет сердце, замерзают руки,

Когда уходит осень за предел,
Мир делая бесцветным, монохромным,
Мне кажется, что жизнь тут не у дел,
И не найти в нём уголков укромных.

И с нетерпеньем начинаешь ждать,
Чтоб в этот мир зима скорей явилась,
Не хочется душою умирать,
А хочется, чтобы она искрилась....

Как белый снег летящий на свету,
Блистающий мильонами снежинок,
И заполняющий на сердце пустоту,

Из слез творящий серебро пушинок.

Приди ж, зима, и засияй, земля,
Волшебным светом белизны и чуда!
Свои поставь повсюду вензеля...