В архивах Израиля осталось много официальных снимков легендарного премьер-министра, а "Вести" предлагают вам увидеть Голду глазами Давида Рубингера - фоторепортера, который снимал ее и в иной обстановке.
Давид Рубингер прожил долгую жизнь, 92 года, и пережил всех великих политиков, которых снимал. Он скончался в марте 2017 года, его уникальный архив хранится в концерне "Едиот ахронот". "Вести" отобрали 10 малоизвестных фотографий Голды Меир, сделанных Давидом Рубингером в разные годы. Следуя за ними в хронологическом порядке, можно проследить, как менялась Голда и какой она была наедине с важными для нее людьми.
Надышаться бы, Боже, но только не дышится что-то…
Вроде воздух вдыхаю, но к лёгким ему не дойти.
И из песен как будто исчезли припевы и ноты,
А весна продолжает сквозь наши печали цвести.
И становится стыдно, что голову я опускаю…
Что не чувствую радость от первых волшебных цветов.
Только я и сама сквозь уныния сталь прорастаю…
И в душе берегу бесконечно живую любовь.
Надышаться бы, Боже, но в горле предательским комом
Безнадёга застряла, неверие в завтрашний день…
Только верба вчера распустилась у нашего дома,
Словно знак от Тебя, что порадует сердце апрель.
А иначе нельзя, нужно веру будить постоянно.
Не давать ей уснуть и погаснуть, подобно свече…
Всё о мире поёт… Дождь и птицы – обрывисто, рьяно.
Эти слёзы, вражда, и проклятия, Боже, зачем?
Столько горьких падений, а хочется маленьких взлётов.
Но где лёд был вчера, там сегодня пробилась трава.
Надышаться бы, Боже, но только не дышится что-то…
Если боль ощущаю чужую, то значит – жива.
Ирина Самарина-Лабиринт
[541x198]
Как хочется вдохнуть тонкий аромат пиона...
[700x585]
Офицер Гестапо посмотрел через стол на маленькую женщину в монашеском облачении и задал свой вопрос. Она уставилась на него с пустым выражением лица. Он повторил. Она чуть наклонила голову — так делают люди, когда очень стараются понять. Ничего. Он попробовал снова, уже громче, наклонившись вперёд. Она следила за движением его губ и смотрела с терпеливым, беспомощным недоумением. В конце концов офицер встал, собрал бумаги и ушёл.
