[700x395]
[700x115]
[640x427]
[700x510]
Лимонные сок и цедра отвечают здесь за свежий цитрусовый аромат. Тесто замешиваем на подсолнечном масле и делим на небольшие шарики. Перед духовкой щедро обваливаем их в сахарной пудре: во время выпечки белая оболочка растрескается, открывая светло-жёлтую серединку. Получается мягкое домашнее печенье без сложной формовки и долгой подготовки.
Ингредиенты:
Яйца — 2 шт.
Сахар — 100 г
Подсолнечное масло — 80 мл
Лимонная цедра &m

За гранью истории
Девяностые годы в России — это не только время малиновых пиджаков, пейджеров и ваучеров. Это было время абсолютной информационной жажды.
Старые советские газеты с их передовицами про надои молока умерли, а новые — желтые, пахнущие дешевой краской — только рождались.
И на их страницах, рядом с объявлениями о скупке цветмета, расцвела самая настоящая магия.
Страна, оставшаяся без идеологического компаса, лихорадочно искала, куда плыть.
[700x700]
Вы просыпаетесь после восьми часов сна, но чувствуете себя так, будто разгружали вагоны всю ночь.
Свежесваренный кофе проливается на чистую одежду, ключи теряются в самый неподходящий момент, а безобидная фраза партнера о погоде вызывает вспышку непропорционального раздражения.
Разум твердит, что это временная темная полоса или накопившаяся усталость.
Но тело и интуиция шепчут другое: что-то фундаментально сдвинулось в вашей реальности.


![]()
Вложение: 13557237_losos.pdf

Вложение: 13557235_pizhamnica_ovechka_lapehina.pdf
Не знаю, как Вэл, а я... очень хотела отдохнуть. Нет, правда. Не прогуляться по другому крылу дворца, чтобы сменить обстановку, не посидеть у окна, а нормально. Так, чтобы вокруг были деревья, вода, воздух, не пропитанный интригами, и без постоянного ожидания какого-нибудь подвоха. Потому что дворец — это, конечно, красиво, но я не знаю, кто придумал дворцы. Подозреваю, что этот человек очень не любил свежий воздух и обожал, чтобы окружающие постоянно оглядывались и вздрагивали. Иногда мне кажется, что дворец — это испытание на выносливость. Сначала ты восхищаешься высокими окнами, красивыми залами, мягкими коврами и тем, что тебе не нужно самой искать, где взять горячий кофе. Потом проходит немного времени, и ты понимаешь: за каждым красивым окном кто-то шепчется, и даже ванна ромашкового чая уже не спасает, потому что глаз всё равно дергается. И если еще немного пожить среди этих стен, у меня начнет дергаться не только глаз, но и вся я целиком.
Мне казалось, что если мы наконец выберемся из дворца, я смогу просто вдохнуть полной грудью. Так, чтобы внутри перестало звенеть от бесконечных разговоров, тревог, подозрений, пророчеств и косых взглядов. Я устала от Каралиса. Очень. Да, он величественный. Да, безопасный, насколько вообще может быть безопасным место, где за день происходит больше опасного, чем в лесу за год. Да, там есть стены, охрана, слуги и комнаты, в которых теоретически можно отдыхать. Теоретически. На практике дворец оказался местом, где отдыхает кто угодно, только не мы. Вэл то разбирается с очередной угрозой, то сдерживается, чтобы не убить кого-нибудь, то произносит речи, хотя по лицу видно, что он предпочел бы коротко рыкнуть и закончить на этом. Рэн пытается учиться жить среди взрослых ужасов. Сорина всё время начеку. Мирадор улыбается, будто если быть достаточно обаятельным, можно уладить любой вопрос. А я просто хотела наружу. К воде. К деревьям.
Поэтому когда мы наконец выбрались за пределы дворца — я, Вэл, Рэн, Сорина и Мирадор, — мне показалось, что мир вдруг стал больше. Здесь не надо каждое слово проверять на наличие второго, а то и третьего скрытого ядовитого смысла. Поэтому лес, озеро и возможность просто быть рядом со своими показались чудом. Вэл по инерции пытался контролировать обстановку, Сорина охранять. Мирадор делал вид, что у него всё под контролем, особенно когда рядом Сорина. Улыбался, будто лично изобрел отдых и теперь любезно демонстрирует нам, как им пользоваться. Рэн был самый главный молодец - просто радовался. Поэтому поездка за город оказалась не просто хорошей идеей. Она оказалась спасением. Мне стало легче уже в дороге. Вэл, конечно, всё равно вел себя так, будто отдых — это военная операция, просто с озером. Но я уже начинаю привыкать: если мой муж не проверяет окрестности, значит, он либо спит, либо... это не он. Я его, конечно, люблю, но иногда хочется вручить ему табличку: «Можно просто сидеть и смотреть на озеро. Каралис не рухнет за пять минут». Хотя, учитывая нашу жизнь, может, и рухнет... Но даже ему, кажется, удалось немного выдохнуть.
Место оказалось идеальным. Лесное озеро, чистая вода, поляна, тишина, от которой сначала даже непривычно - в ней слышны не шепотки за спиной, а листья, вода и дыхание тех, кто рядом. Думаешь: ну и где подвох? Подвох нашелся в пещере. В ней, как ни странно, жил огромный пещерный медведь. Вот так. Мы приехали отдыхать, а природа сказала: «Конечно, отдыхайте. Только сначала познакомьтесь с местным хозяином».
[700x700]
Вэл, как настоящий дракон и очень практичный мужчина, сразу предложил решить вопрос по-драконьи: добыть трофей. Шкуру, голову, всё такое. Все драконы стремятся превратить любое живое существо в предмет интерьера или через одного? Мы с Сориной, разумеется, были против. Я предложила не обижать медведя, потому что, во-первых, он был здесь раньше нас. Во-вторых, он ничего нам не сделал. Он просто жил в своей пещере, пока к нему не явилась компания уставших от дворца людей и драконов с очень разными представлениями об отдыхе. В каком-то смысле это мы пришли к нему в гости. Невежливо начинать знакомство с попытки превратить хозяина в коврик.
А в-третьих… ну ладно, я просто никогда раньше не видела пещерного медведя так близко. И, возможно, немного захотела его украсть. Совсем чуть-чуть. Ну а что? Он большой, страшный, красивый и явно лучше большинства дворцовых собеседников. Вэл почему-то не оценил, сказал, что это плохая идея. Не понимаю, почему. По-моему, пещерный медведь во дворце решил бы половину проблем. Например, никто больше не стал бы кричать о ведьмах в коридорах. Сидит медведь — и сразу