
Я с жизнью говорю на языке одном
,На языке родном,
на горестном, на русском.
Сейчас на склоне лет перед печальным спуском
Так трудно говорить на языке ином.
Я спрашиваю жизнь:
"Поведай, как мне быть?"
И отвечает жизнь:
'Мы эту тему бросим.
Ты лучше посмотри, какая всюду осень,
Как держит паучка серебряная нить".
* * *

Ну разве можно осень
Разделить по строчкам,
Рассыпать рифм слепой узор,
О красках рассказать? А, впрочем,
Об этом позже будет разговор.
Дышать, любить,
Играл скрипач в осеннем сквере, я тихо слушал и стоял.
Я был один — по крайней мере, я никого не замечал.
Я плакал, и дрожали руки, с пространством переплетены.
И пусть я знал, что лгали звуки, но я боялся тишины.

Lament for a Frozen Flower
Ночью люди говорят то,
что никогда не скажут днем.
Вы заметили,
что ночью голоса у людей,
особенно у женщин, меняются?
Утром,
после ночных разговоров,
люди стыдятся
смотреть друг другу в глаза.
Люди вообще стыдятся хороших вещей,
например,
человечности, любви,
своих слез, тоски, всего,
что не носит серого цвета...

зашла речь об оригиналах различных мировых шедевров. Есть ли божественный трепет, при стоянии перед оригиналом? Иной раз пол-мира объедешь, что бы взглянуть-таки на: Мона-Лизу (Джаконду), Сикстинскую Мадонну, статую Давида Микельажело, Чёрный квадрат Малевича, подсолнухи Ван Гога, примитивизм Пиросманишвили, Колизей, Парфенон, Помпеи, Суздаль, Пизанскую башню, Мачу-Пикчу, Стену Плача, писающего мальчика в Брюсселе, Анкор-Ват, Венецию или Эйфелевую башню. А когда намучившись доедешь-таки до цели, приглядываешся и понимаешь, что.. не вштыривает! Дома, разглядывать в полиграфически-хорошем художественном альбоме (сейчас в интернете), при мягком освещении и комфорте, намного приятнее и продуктивнее. А в музейной толчее, туристическом ажиотаже и психозе это как-то.. не так.
По набережной
Грустных фонарей
Уходят в ночь
Мои воспоминанья
Вдоль моросящего
Осеннего
Свиданья
Вдоль
Мокрых рук
Растянутых
Ветвей...
Стихотворение о последнем дне июля...
В оригинале оно волшебно!
Ниже перевод на русский
Саундтрек итальянского фильма Cinema Paradiso (1988), режиссер Джузеппе Торнаторе, — это истинная декларация любви к музыке, кино и воспоминаниям, которые мы храним в наших сердцах. Композитор Андрео Моррикони, исполняет Роджерийо Кури,) — известный бразильский пианист-солист, композитор и педагог из Сан-Паулу, специализирующийся на популярной и романтической фортепианной музыке.