все. кто меня знает в реале, считают меня ебанько. Отчасти они правы. Но вот никто не в курсе, насколько сильно я ебанько. Прям-таки подмывает сюрприз сделать.
Звери дикие в самую ночную грозу никогда не станут греться друг об друга, лишь щетиниться и защищать свою дикость. Им плевать на смерть, потому что она в них и живёт, такая же дикая, как и они. Горе тем, кто думает иначе.
Звери дикие умеют любить, не понимая, что это такое, и никогда не станут чьими-то, лишь щетиниться и защищать по привычке будут. В них живёт смерть, и они боятся своих чувств, иначе кто-то станет чьим-то. Горе тем, кто думает иначе.
Звери дикие знают такую музыку, что плачут там, в лесу, острыми алмазами; и боль, и глаза красные, и злишься на всё живое, потому что их дикость - это застывшая на солнце кровь. И горе тем, кто думает иначе.
Свобода их - не в том, что им нечего терять, а в том, что у них нельзя отнять то, чем они являются.
Горе тем, кто думает иначе.
Если нет в кармане пачки сигарет - значит, всё уже, блять, плохо на сегодняшний жизнь.
Ну, в целом, я могу и не курить, чем я сейчас успешно занимаюсь. Не в сигаретах дело. Дело в том, что я просыпаюсь каждый раз из того милого ада, который мне снится, и причём он менее кровавый последние дни. Даже так ничего, я бы остался там. Но - просыпаюсь.
Есть моменты, когда я просыпался не с разочарованием, потому что видел кроме себя ещё что-то невообразимо охуенное. Как я так оказался рядом - мне уже неважно, но дышать было страшно, чтобы не спугнуть. Таких моментов очень мало, и ценны они тем, что всё в конце концов пошло по пизде, и чем дальше - тем хуже. Это уже не мой выбор, простите, так заведено у вас, людей, наверное. И вот я думаю, что все так обламываются по жизни, нихуя самого простого не имея нисколечко. Это неправильно. если я что-то могу успеть сделать - пишите (звоните-приходите, хули уж), надо делать заебись людям, а то смысла нет.
Уже.
Ты мне снишься, хочу я этого или нет. И снишься ты мне хорошо, не нарушая физики и химии. Так почему же я тебя чувствую, а тебе похую?
вы - только моя проекция внутрь. Каждый человек мой - внутрь. Насквозь и с побочными.
Дурак.
Это будет легко.
Хорошие запахи всегда сложные. Они похожи на людей - нужно время, чтобы они... "уселись", что ли. Вот мы с ней заходим в летуаль, и в одной линии выбираем, скажем, два запаха. Один более симпатичен сразу ей, другой - мне. Оба понимаем, что нужно брызнуть (в идеале на кожу, но тут мы не любим (привет, кинестетики) чужое на коже), поэтому бумажки. А я, хоть и филолог, но с этими запахами больше не способен воспринимать слова, и крайне сложно запомнить названия, хотя это важно.
Едем, курим, ветер. Мой запах всё же созревает, и ей потом нравится. Мне это дико приятно, но я даже не знаю, как этому радоваться, потому что не умею, если не на ней, а на ней - нельзя. Но пусть даже и так - для меня это важно, и я счастлив сейчас. Не думаю о том, чтобы подарить ей его, потому что.... не в моём случае, либо не сейчас. Через жизнь, может. Ну там неважно, время тут относительно.
А потом тебя берут с собой (вдруг), говорят - куда хочешь и что хочешь сейчас, и ты в этот момент сходишь с ума от возможностей. Конечно, делаешь всё самое тупое сразу, но тебя терпят и ждут. Ты не понимаешь. Не выветриваешься, не даёшь ту охуенную ноту, ради которой всё делалось.
И потом, совсем после, вы (такое даже бывает! -) разговариваете об этом. Я люблю умных людей, они такие красивые... Она спрашивает - почему? Я же не слепая, я же видела, что ты другой. Вот даже совпало, почему ты начал чушь нести?
А в голове у меня... Ну ты поймёшь. Просто когда не веришь, что с тобой это происходит, то ведёшь себя не как обычно. Вот та же Алиса в стране чудес - каким бредом только ни занималась, и сама охуевала при этом. Как живого единорога увидеть, это же нереально.
Вот и я так. К такому надо привыкнуть, это как жить под коксом постоянно и не палиться - а у тебя проблемы ещё кроме собственных чувств - её.
Не думать и дышать друг другом, пока дышится - ну почему нет, почему нет?
...Потом ты - мужик - начинаешь разбираться в запахах. "Разбираться". Потом есть "это пиздец да" и "это пиздец нет". Для сохранности своего туповатого мозга ты это давишь в себе и, как следствие, черствеешь. Нам, мужчинам, привычна эта механика. Нет руки? Да и не особо-то она и была, типа. Со временем, конечно, это всё, не сразу. И, конечно, такие эмоции никому не видны, никогда.
Даже если она рядом.
А ты не помнишь её совсем, просто сходишь с ума, и не понимаешь уже, почему. Не помнишь.
____________________________
P.S.
Есть подозрения, что мы способны чувствовать так же ярко, просто чаще умираем. И без спецэффектов. Так сложилось исторически.
P.P.S.
Ещё. Она брызгала два раза себе на шею и давала мне её. Я не хочу верить, что она это специально, потому что в тот момент ты бываешь согласен на большее, чем смерть.
dsquared red
мама, я люблю кокаин,
мама, я люблю сатану
на тебе завязаны все пароли и почти все явки. что же здесь, ни галстук и не пиявка,
и не симптом психи(атри)ческий, не память мозга - опиши не моими словами суть своего лоска.
почему я чувствую и зачем человек? и зачем мне жизнь без с утра "привет",
и за что, ну скажи мне, за что мне полметра
дис
соци
ации
martwy
[500x]Das Fenster öffnet sich nicht mehr Ich warte schon'ne Ewigkeit Ich muss durch den Monsun Ein halber Mond versinkt vor mir Ich weiß, dass ich dich finden kann Ich muss durch den Monsun Hey… Ich kämpf' mich durch die Mächte Ich muss durch den Monsun | Перевод Pam Окно больше не открывается, Я жду уже вечность. Мне нужно через муссон, Передо мной заходит месяц. Я знаю, что могу тебя найти, Мне нужно через муссон, Я сражусь с силами Мне нужно через муссон, |
С тобой я наполнен, и чуть через cry.
Пустынные улицы, мокрый асфальт, путь до дома.
Ты всё забрала, но - совсем забирай,
Сожми мои руки, чтоб чувствовал я переломы.
Не больно, не страшно, но горечь во рту,
Улыбка не в счёт, я дарю свою тень грязным лужам.
С утра перед зеркалом снова совру,
Что запах в постели твой, знаешь ли, больше не нужен.
Кури со мной в дождь, и закат провожай,
Две разные части единственной головоломки.
Мы переживём всё на свете, но знай,
Что нет победителей в этой бессмысленной гонке.
Вся твоя музыка - из последних пуль,
Переплавленных в ноты.
То был август... нет, жаркий июль -
Всё забыл, но не кто ты.
Наш тягучий рассвет, истекающий сном,
Пахнет как твоя кожа.
Пропущу свой будильник с тобой,
А потом и ты. Тоже.
Этого было много и долго - так, что на руках твоих сети с камнями нависли, заставляя горбиться, если устал и никто не видит. Вол(о)ком. И ведь... ведь не о ком. И вот ты приходишь в новое, и хочешь всем нравиться - не выёбываться, а просто нравиться; и куришь так, и шутишь, и краем глаза смущённо почти незначительное. В какой-то момент человек уводит тебя к себе, и там, в своём месте, говорит о том, кто он. Это всегда горчит, только все вместе - о хорошем, так принято. И ты смотришь в него, и руки тянешь, прямо с этими камнями - держись, смотри, всё хорошо. В этот момент руки перестают быть нужны для него. Не знаю, почему, но люди сразу вычисляют такое, и (на самом деле, они не врут) - хотят ещё. больше. Я их понимаю, это по силе сродни инстинкту. Не даю большего только потому, что меня потом не станет, и я не уверен в том, что это поможет. Я не могу идти ва-банк, но хотел бы.
Сколько у меня секретов, мыслей, женщин, стремлений - ну как с мясом вырвать, если рассказывать. Зачем. Почему человек так сильно хочет прямо в ДНК пробиться, откуда это желание?..
напиться бы так, чтобы всегда пьяный, всегда не думаешь о себе. Но я и так не смогу. Всё пытаюсь утопию свою вытащить на берег, и ещё кого-то, но даже на берегу эти крючки во мне.
Нельзя тебя в губы, а только в цевьё.
Магазин на исходе, и ты словно камень.
На бетоном упоре последней щекой
Я ищу молоко твоё дольше, чем альков.
Напишите мне то, что бы никогда никому не рассказали. Мне интересно.
Я снова его сломал. Второй раз. Больно и жалею, но слова были бесполезны, ровно как и я сам уже ничего не значил.
Хуй с ним, с этим суставчиком, я справлюсь, и через неделю сам заживёт. А ты, Вик, останешься выломан.
Снова.
И теперь
убью каждого, кто попытается залезть внутрь.