Эти люди писали замечательные стихи. Однако их прославило не только творчество, но и репутация бунтарей и дебоширов. Одни боролись с общественным мнением, другие – с государством. Третьи соперничали друг с другом. Ну а кто-то просто не мог прожить и дня без скандала. Итак, 7-ка самых громких гениев пера серебряного века.
7 поэтов-бунтарей серебряного века
Максимилиан Волошин V.S. Николай Гумилев
Споры между поэтами нередко переходили в громкие общественные скандалы. Именно это и произошло с Николаем Гумилевым и Максимилианом Волошином в 1909 году. А все потому, что Волошин и его подруга поэтесса Елизавета Дмитриева написали пару стихотворений и опубликовали их под именем некой госпожи Черубины де Габриак. Они и подумать не могли, что стихи кому-то понравятся. Но публика пришла в восторг, и каждый жаждал знать, кто же скрывается за этим именем. А Гумилева настолько тронула поэзия г-жи де Габриак, что он заочно влюбился в загадочную незнакомку… Какого же было его негодование, когда он узнал, что никакой Черубины не существует и все это проделки Волошина. Гумилев вызвал Волошина на дуэль, но, к счастью второго, был настолько зол, что промахнулся. Волошин в ответ выстрелил в небо. На том и разошлись.
Игорь Северянин: от эгофутуризма до «короля поэтов»
Игорь Северянин – создатель русского футуризма. А прославился он благодаря своей харизме и себялюбию. Поэтическая «карьера» Северянина началась с эротических метафор в его произведениях. «Воткните штопор в упругость пробки, И взоры женщин не будут робки», - так он писал. Эти стихи настолько возмутили Льва Толстого, что писатель публично обругал и поэта, и его произведения. Тогда на Северянина и обратила внимание публика. Поэта стали приглашать в столичные салоны, где он быстро нашел соратников и основал поэтический кружок эгофутуристов. «Я, гений Игорь Северянин», - писал о себе поэт. И многие с этим соглашались. В 1918 году на собрании поэтов Северянина избрали «королем поэтов».
В 1882 году Фридрих Ницше опубликовал книгу «Весёлая наука» — сборник афоризмов, который сегодня считается одним из ключевых текстов европейской философии. Именно в ней появилась фраза, которая принесла Ницше мировую известность и одновременно — репутацию безбожника и нигилиста: «Бог умер». Её знают даже те, кто никогда не открывал работы немецкого философа. Многие воспринимают эту фразу как торжествующий атеистический лозунг, тогда как в тексте она звучит совсем иначе.
Ницше не празднует смерть Бога. Он описывает её как событие, которое уже произошло — и последствия которого ещё не осознаны. В этом заключается парадокс, делающий это высказывание одним из самых неверно понятых в истории мысли...
Фраза появляется в двух ключевых фрагментах «Весёлой науки»: в афоризме 108 (сдержанно-констатирующем) и в афоризме 125, получившем название «Безумец». Именно второй текст сделал фразу знаменитой.
В афоризме 125 Ницше рисует сцену, которая по своей драматургии напоминает евангельскую притчу, вывернутую наизнанку. Безумец выбегает на рыночную площадь средь бела дня с зажжённым фонарём — и кричит: «Я ищу Бога! Я ищу Бога!» Окружающие, которые в Бога не верят, смеются над ним. Тогда он бросает им в лицо: «Где Бог? Я вам скажу. Мы его убили — вы и я! Все мы его убийцы!».
Делия Стейнберг Гусман, президент Международной Классической философской школы "Новый Акрополь"
![]() |
Старый известный афоризм гласит: как наверху, так и внизу. Но его можно прочитать и наоборот: как внизу, так и наверху, или — что то же самое — большое и малое подобны в главном.
Это, а также множество разных событий, о которых нам каждый день сообщают средства массовой информации, наводит меня на мысль о том, что между Землей и Человеком есть бесспорная связь и что они переживают сходные процессы.
На Земле одни обширные территории страдают от наводнений, другие — от ужасных засух. Где-то часто содрогаются вулканы, извергая лаву и облака дыма, а в каком-то другом уголке планеты остаются затерянные, удивительно красивые, спокойные и тихие места, которые еще не пострадали от туристического вандализма.
И в душе Человека есть пересохшие, скудные «земли», где если когда-то и цвели цветы, то теперь ничего не осталось, потому что все его мечты и надежды умерли. И также есть «территории», захлестнутые бесконтрольными эмоциями, слишком сильными душевными волнениями и мучительной тоской, беспричинными страхами, неуправляемыми «течениями» без имени; наводнениями, которые, выходя из «берегов» подсознания, иногда проявляются как слепые силы, с которыми невозможно совладать.
В доме, где слишком долго берегли приличие, правда возвращается не как освобождение, а как болезнь. У Ибсена фру Алвинг прожила годы, прикрывая семейную ложь: муж был развратен и разрушителен, брак держался на видимости, общество требовало терпения, пастор объяснял долг, а сын должен был получить чистую память об отце. Она спасала репутацию семьи так долго, что сама стала частью механизма, который её погубил.
«Привидения» страшны не внешним скандалом. Страшно то, что прошлое в пьесе не уходит. Его запирали в комнатах, прятали за благотворительностью, приличными словами, памятью о покойном капитане Алвинге, сиротским приютом как памятником очищенному имени. Но прошлое не исчезло. Оно перешло в тело Освальда, в страх матери, в разговоры с пастором Мандерсом, в сам воздух дома.
Фру Алвинг часто хочется жалеть сразу. Она была женой человека, которого общество предпочло помнить достойным. Она пыталась уйти, но её вернули к «долгу». Она терпела, скрывала, защищала сына от правды, выстраивала вокруг покойного мужа фасад. В этой истории легко увидеть женщину, принесённую в жертву репутации.
Но Ибсен не даёт ей остаться только жертвой. Взрослое чтение видит труднее: спасая имя семьи, она тоже участвовала в лжи. Не из злобы, не из выгоды, не от равнодушия, а из страха, привычки к долгу, давления общества и желания защитить сына. Но последствия всё равно пришли. Ложь не становится безвредной оттого, что её мотив был материнским.

Франсис Бекон. Набросок головы Люсьена Фрейда
Современная политика часто напоминает сложный танец между желаниями общества и возможностями власти. Такое понятие как окно Овертона помогает объяснить, почему одни идеи воспринимаются обществом естественно, а другие кажутся абсурдными или радикальными. Когда идея попадает внутрь окна, она становится частью публичного дискурса, а значит, потенциально реализуемой.
Основные этапы окна Овертона: немыслимый > радикальный > приемлемый > разумный > популярный > норма.
Переходя от радикальной формы к рациональной, она в итоге становится общепринятой. Общественное мнение формируется и изменяется через поэтапное продвижение идей, позволяющее ранее невозможному превратиться в норму.
Теория была предложена примерно в середине 1990-х годов американским политологом Джозефом П. Овертоном (Joseph P. Overton), когда он работал старшим вице-президентом исследовательского института Mackinac Center for Public Policy (штат Мичиган, США). Идея окна Овертона изначально предназначалась для объяснения механизмов воздействия политических сил на формирование общественного мнения и принятия решений законодательной властью. Позже концепция приобрела популярность в качестве инструмента стратегического планирования и манипуляции мнением общественности различными группами, особенно теми, кто стремился изменить общественные нормы и стандарты поведения.
Вот несколько примеров проявления окна Овертона в реальной жизни.
Легализация однополых браков* в западных странах
В начале XXI во многих западных странах стали признавать однополые отношения. Первоначально такие отношения считались табуированными и были запрещены законом практически повсеместно. Но постепенно, начиная с публикаций статей и выступлений правозащитников, идея легализации стала предметом обсуждений, попала в парламентские слушания - и в итоге получила поддержку большинства граждан. Таким образом позиция, первоначально находившаяся за пределами общественно приемлемого спектра, стала нормальной практикой.
Либерализация законов о марихуане
Ранее употребление каннабиса было уголовно наказуемым преступлением почти везде в мире. По мере появления исследований о возможных медицинских свойствах растения и повышения внимания к правам отдельных групп населения, позиция постепенно изменилась. Сначала появились дискуссии о декриминализации, потом легализовали медицинское использование, и теперь ряд стран рассматривает возможность полной легализации рекреационного употребления.
Стрекоза и Стрекозёл. Гибрид сюрреалистический
Знаете, о чем я подумала сегодня, листая ленту? Я подумала, что современный мир - он какой-то странный. И удивительный! Стоит человеку заработать какое-то количество денег, надеть черную футболку, сделать несколько загадочных фотографий с каменным лицом, намекнуть на то, что он "не дружит с властью" - и вокруг него моментально начинают строить культ «цифрового пророка».
С Пашей Дуровым примерно так и произошло, с одним уточнением - это власть не дружит с Пашей Дуровым, а не наоборот. И правильно делает! На кой ей такие друзья?
Когда-то его воспринимали как талантливого российского айтишника, который создал удобные площадки для общения. В принципе, так оно и было - и российский Паша, и талантливый, и площадки были вполне так себе ничего. А потом человек уехал, получил другие паспорта, переименовался в Paul du Rove, обосновался в Дубае — и начал старательно делать вид, будто России в его биографии вообще никогда не существовало.
Ну как тут не вспомнить классику:
"Я такая несуразная… вся угловатая такая… такая противоречивая вся!"
И вот что задевает особенно сильно: 9 Мая, когда миллионы людей по всему миру вспоминали своих дедов и прадедов, в Telegram-канале Дурова — тишина. Ни слова. Зато нашлось место разговорам про хакатоны, дизайн и денежные призы. Как говорится: "За деньги - да!" Хотя в такой день можно было хотя бы промолчать. Для приличия!
Хотя такими категориями, как "память предков", "национальная гордость", "народная память" Паша не мыслит. Для него это просто сотрясание воздуха и "ненужные ярлыки", от которых он легко отрекся ради западного паспорта и арабского комфорта.
Вам наверняка знакомо чувство, когда соседка Зина с пятого этажа, доставшая своей болтовнёй всю подъездную «доску почёта», вдруг заявляет: «А я вам говорила!» Вот и сейчас многие аналитики, утирая пот со лба, пытаются сказать то же самое. Мол, мы предупреждали: не бывает денег из воздуха, а если уж они есть, то в конце концов воздух из них выходит.
Картина мира, которую выдают за «неожиданное известие», такова: в марте иностранцы скинули американского госдолга на 139 миллиардов долларов. И это не шутки в передаче «Клуб путешественников». Это реальные цифры, от которых у бывшего министра финансов США случилась бы не то что изжога — несварение векового масштаба.
Главные бегуны — те, кто вчера считался «столпами надёжности». Япония урезала на 48 млрд баксов, а Китай на 41 млрд. Про Китай просто песня: их вложения в американские бумаги рухнули до уровня 2008 года, т.е. до 652 млрд. Помните 2008-й? Тогда все боялись, что мир покатится в тартарары, а некоторые особо умные товарищи скупали гречку и тушёнку. И вот история повторяется, но с одним нюансом: тогда Америку спасали, а сегодня от неё массово бегут.
Турки вообще скинули 14 млрд и оставили себе на развод 1,8 млрд. Т.е. меньше, чем у нас!
Британский The Economist, и американская Politico (сами, свои же) бьют в колокола: «Продавай Америку» снова в моде, а «бегство от доллара» — это вам не «лёгкий испуг». Это, дорогие мои 55+, как если бы ваша любимая банка вдруг отказалась принимать вклады, потому что «извините, но у нас ваши деньги убежали в казино».
гулять идём?
смотрю на свою аватарку тут, и пиздец :DD
а как вы изменились за столько лет?:) в комменты давай кидай )
https://twitch.tv/ez1620 - повидаться

twitch.tv/eazy1620
На ЭМОФЕСТЫ ХОДИЛИ?))




Ужасно нечистые, насквозь пропахшие зловонными луком и чесноком, владельцы черных и гнилых зубов – так отзывался о наших предках XVII столетия один из зарубежных послов. Однако исторические факты говорят, что еще со времен Древней Руси к чистоте и опрятности они относились намного серьезнее, чем в Европе.
Жители Средневековой Руси не противопоставляли духовную и физическую чистоту. Оскверненное и грязное тело приравнивалось к запачканной душе, поэтому для добропорядочных христиан было моветоном начать молиться, не помыв рук. Еще известный памятник русской литературы XVI века и старинный сборник советов «Домострой» призывал читателей уделять особое внимание вопросам гигиены в повседневной жизни.
ДРЕВНЕЕГИПЕТСКИЙ МИФ

Бог Солнца в египетской мифологии
решила завладеть и силой, и властью бога Солнца Ра. Она подослала к нему ядовитую змею, которая ужалила старого Ра, и он начал корчиться от боли. Только Исида могла избавить его от невыносимых страданий. Долго Ра умолял свою правнучку помочь ему, но она отказывала, настаивая на том, чтобы он сказал ей это таинственное слово. Долго мучился Ра, и когда уже не смог больше терпеть мучения, он был вынужден открыть свою тайну: это было слово Ра - его собственное имя. Боль сразу прошла, но в тот же миг Ра потерял свою силу и власть над миром. Люди уже не почитали его как бога. Опустели храмы, никто не приносил больше ему жертвоприношений. Рассердился тогда Ра и решил уничтожить весь род человеческий.
Мифология народов Мезоамерики. У народа майя знание и религия были неотделимы одно от другого и составляли единое мировоззрение, которое находило отражение в их искусстве. Представления о разнообразии окружающего мира персонифицировались в образах многочисленных божеств, которых можно объединить в несколько основных групп, соответствующих разным сферам опыта людей: боги охоты, боги плодородия, боги разных стихий, боги небесных светил, боги войны, боги смерти и так далее. В разные периоды истории майя те или другие боги могли иметь разную значимость для их почитателей. Майя полагали, что вселенная состоит из 13 небес и 9 подземных миров. В центре земли находилось дерево, которое проходило сквозь все небесные сферы.
На каждой из четырех сторон земли стояли еще по одному дереву, символизируя страны света – востоку соответствовало красное дерево, югу – желтое, западу – черное и северу – белое. Каждая сторона света имела несколько богов (ветра, дождей и держателей небес), имевших соответствующий цвет. Одним из важных богов у майя классического периода был бог кукурузы Юм Кааш (также известный как Иум-Виила), представляемый в облике молодого человека с высоким головным убором.


Бог кукурузы Юм Кааш В мифологии ацтеков – молодой бог кукурузБог Синтеотль
Ко времени появления испанцев другим важным божеством считался Ицамна, представляемый в виде старика с горбатым носом и бородкой. Как правило, изображения божеств майя включали в себя многообразную символику, говорящую о сложности мышления заказчиков и исполнителей скульптур, рельефов или рисунков. Так, у бога солнца были большие кривые клыки, его рот был оконтурен полосой из кружков. Глаза и рот другого божества изображены в виде свернувшихся змей и т.д. Среди божеств женского пола особенно значимой была, если судить по кодексам, «красная богиня», супруга бога дождя; ее рисовали со змеей на голове и с лапами какого-то хищника вместо ног. Женой Ицамны была богиня луны Иш-Чель; считалось, что она помогает при родах, в ткачестве и в медицине.
"Так назвал кто-то Александра Ширвиндта. Автор формулировки сам близок к гениальности: определение, на мой вкус, точнейшее.
Дело было в конце шестидесятых. В Доме актера шел новогодний вечер, за столами сидела эпоха — Утесов, Раневская, Плятт, мхатовские «старики»...
Эпоха, впрочем, была представлена довольно всесторонне: за одним из центральных столов, с родными и челядью, сидел директор большого гастронома, «спонсировавший» дефицитом элитарный вечер. Молодой Александр Ширвиндт, ведший программу, разумеется, не мог не поприветствовать отдельно «крупного работника советской торговли».
Но крупный работник советской торговли ощущал себя царем горы — и духа иронии, царившего в зале Дома актера, по отношению к себе допустить не пожелал.
— Паяц! — громко бросил он Ширвиндту прямо из-за стола.
Царь горы даже не понял, что сказанное им относилось, в сущности, почти ко всем, кто сидел в этом зале. Наступила напряженная тишина, звуки вилок и ножей, гур-гур разговоров — все стихло. Все взгляды устремились на молодого артиста.
Но Ширвиндт словно не заметел оскорбительности произшедшего. И даже как будто засобирался извиняться... Мол, я ведь только потому позволяю себе отвлекать вас от закуски-выпивки, только для того и пытаюсь шутить, чтобы сделать вечер приятным, потому что очень уважаю собравшихся... ведь здесь такие люди: вот Фаина Георгиевна, вот Ростислав Янович, вот...
Ширвиндт говорил темно и вяло, и директор гастронома, не получивший отпора, успел укрепиться в самоощущении царя горы.
—...и все мы здесь, — продолжал Ширвиндт, — в этот праздничный вечер, в гостеприимном Доме актера...
Директор гастронома, уже забыв про побежденного артиста, снова взялся за вилку и даже, говорят, успел что-то на нее наколоть.
— И вдруг какое-то ГОВНО, — неожиданно возвысив голос, сказал Ширвиндт, — позволяет себе разевать рот! Да пошел ты нахуй отсюда! — адресовался Ширвиндт непосредственно человеку за столом.
И перестал говорить, а стал ждать. И присутствующая в зале эпоха с интересом повернулась к директору гастронома — и тоже стала ждать. Царь горы вышел из столбняка не сразу, а когда вышел, то встал и вместе с родными и челядью навсегда покинул Дом актера.
И тогда, рассказывают, поднялся Плятт и, повернувшись к молодому артисту Ширвиндту, зааплодировал первым. И эпоха в лице Фаины Георгиевны, Леонида Осиповича и других легенд присоединилась к аплодисментам в честь человека, вступившегося за профессию."
Виктор Шендерович, книга "Изюм из булки"
Валькирии ("выбирающие убитых"), в скандинавской мифологии воинственные девы, участвующие в распределении побед и смертей в битвах, помощницы Одина. Первоначально валькирии были зловещими духами сражений, ангелами смерти, получавшими удовольствие от вида кровавых ран. В конном строю проносились они над полем боя, словно стервятники, и именем Одина вершили судьбы воинов. Избранных героев валькирии уносили в Вальхаллу – "чертог убитых", небесный лагерь дружинников Одина, где те совершенствовали свое военное искусство.
В поздних скандинавских мифах образы валькирий романтизировались, и они превратились в дев-щитоносиц Одина, девственниц с золотыми волосами и белоснежной кожей, которые подавали избранным героям еду и напитки в пиршественном зале Вальхаллы. Они кружили над полем битвы в облике прелестных дев-лебедей или всадниц, скачущих на великолепных жемчужных конях-облаках, чьи дождевые гривы орошали землю плодородным инеем и росой.

Споры о причинах болезни и смерти Владимира Ульянова не прекращаются до сих пор: многие факты, относящиеся к его кончине, засекречены. Подлинной сенсацией в 2017 году стала находка в архивах дневника врачей Ленина. Из этих записей можно понять, от чего же его лечили на самом деле. Но после того, как о находке стало известно, доступ к документу снова был закрыт.
Владимир Ульянов умер 21 января 1924 года в Горках под Москвой. Согласно официальному заключению, «основой болезни умершего является распространённый атеросклероз сосудов на почве преждевременного их изнашивания», а причиной смерти стали нарушения кровообращения и кровоизлияние в мозг. Считалось, что недуг был спровоцирован чрезмерными нагрузками, а также последствиями покушения на него в 1918 году.
Несмотря на официальные заявления, в России и за рубежом стало распространяться множество слухов о причинах смерти Ленина, самый упорный из которых — о сифилитической природе его болезни. Обеспокоенный этим нарком здравоохранения Николай Семашко даже дал особое указание написать, что при вскрытии тела Ленина не обнаружено признаков «сифилитического поражения».
Но слухи возникли не на пустом месте — уж слишком нетипичными были симптомы «артериосклероза» (так тогда называли атеросклероз), которым болел пациент Ульянов.