***
...возник тут у меня сегодня вопрос, к картинке прямо не относящийся, но мучающий меня все утро на манер зубной боли - а что собственно ужасного в пересветах и теневых провалах? Размышляю и никак не могу докопаться до объективной причины этого общеизвестного правила... Может кто-то сможет внятно объяснить? Я буду очень признателен за любые вменяемые версии.
А в семь часов, когда приглушенный стук тарелок сообщал о том, что мама занялась мытьем посуды, они располагались на ковре из вечерних теней, накрывшем влажную от росы лужайку, и начиналась игра.
— Придумать слово? — переспрашивала Хильда, потряхивая пшеничными кудряшками.
— Ммм… Она морщила нос, покуда с него не исчезали веснушки.
— Может, «пурга»? Остальные семеро пробовали слово на вкус. Обменивались сумеречно-вопросительными взглядами.
— А что, нормально, — говорил кто-нибудь один.
— Годится, — соглашались остальные.
— «Пурга» подходит.
— «Пурга, пурга, пурга, пурга, пурга, пурга!» — заводили все хором.
— «Пурга, пурга, пурга, пурга, пурга, пурга, пурга, пурга, пурга!»
Потом все разом умолкали, сдерживая смех, и кто-нибудь говорил:
— Что это такое? «Пурга»? Разве есть такое слово? Дикость какая-то! Такого слова нету!
Рэй Брэдбери, "Over, Over, Over, Over, Over, Over, Over, Over!", 2007
Эх... уж год исполнился материалу, а номер все так и не вышел... Думаю, все же надо опубликовать, потому как не знаю, выйдем ли мы еще когда-нибудь или нет...
«Вот так прошло две тысячи лет,
С тех пор, как крикнул петух,
А мир все так же похож
На скотный двор…»
Армен Григорян
Время движется неумолимо, строку «нам по двадцать семь лет» в «Безобразной Эльзе» сменила «нам по тридцать уже», а потом и «по сорок». Но честность и нонконформизм остались. В коротком эксклюзивном интервью для НК (ставшем возможным благодаря организаторов концерта - Neformal Promo Group) лидер «Крематория» поделился мыслями о добре, справедливости и религии, о новом альбоме группы и месте творческого человека в современном шоу-бизнесе.
- Армен Сергеевич, в нашем городе вы уже второй раз. Осталось ли в памяти о Белгороде что-либо, кроме стандартного гастрольного «гостиница-репетиция-концерт-чемодан-вокз
- Осталось в памяти «Город Первого Салюта». Эту надпись здесь можно встретить не раз. Поэтому мы решили свой первый салют по поводу выхода нового альбома «Путешествие в Амстердам» дать именно здесь. На данный момент альбом еще не вышел на компакт-дисках, песни из него не были сыграны нигде, даже в Москве.
- Когда-то «Крематорий» и другие рок-группы из мира андеграунда были под запретом. Сегодня, кажется, разрешено абсолютно все. В какую из эпох вам было легче существовать?
- Мы всегда пытались внутренне абстрагироваться от того, что происходит вокруг. Запрещают, не запрещают – какая разница. Как в некой капсуле, мы путешествуем по Земле. И ни в коем случае не играем в игры по условиям шоу-бизнеса, когда от музыканта каждый год требуется выпустить новый продукт, качество которого при этом совершенно не важно.
Слава Богу, что «Крематорий» со временем не сложился в некую развлекательную группу по типу тех, которые живут и работают в современном шоу-бизнесе. Хотим – выпускаем альбому, хотим – не выпускаем.
Со времени выхода прошлого альбома «Мифология» прошло целых шесть лет. Мы же в свое удовольствие путешествовали, давали концерты, причем рекордное их количество – в среднем по 120-130 концертов за год. Этим и жили. А когда появилось желание сочинить что-то новое, выпустить альбом – появилась программа «Путешествие в Амстердам».
- Если «Путешествие в Амстердам» не просто набор последних песен, а концептуальная программа, объединенная некой идеей – о чем тогда этот альбом?
- Это разговоры, рассказы, диалоги, причем реальные. Все возникло после того как я стал отрицать ту окружающую меня действительность, которая льется из средств массовой информации. Когда я понял, что уровень этой агрессии достиг такой степени, что нужно ей сопротивляться – решил сделать альбом, в котором эти стереотипы будут разрушаться.
А разрушаются они одним лишь способом. Когда толпе противопоставляется взгляд личности. Как Марк Аврелий близ египетских пирамид, бросившийся в одиночку на вражескую армию. А мне очень не нравится все, что творится сегодня с нравственностью, тот уровень людоедства, который сегодня пропагандируется. Не право закона, например, а право толстой шеи, сильного кулака и денег.
Каждый из нас, к сожалению, сталкивается с этим. Я не стал против этого протестовать. Я стал строить собственный мир, и он построен в моем вымышленном «Амстердаме».
- С кем из коллег-музыкантов вы общаетесь?
- Мало с кем общаемся, потому что, как правило, музыкант с музыкантом – это тяжелое общение. Но время от времени мы встречаемся, и последней встречей, повлекшей значимый результат – это сотрудничество с Константином Кинчевым, когда он записывал песню про рок-н-ролл, в которой каждый из музыкантов спел по несколько строчек.
Иногда общаемся на рок-фестивалях, байк-шоу, о чем-то договариваемся. После одной из таких встреч несколько партий на скрипке на нашем альбоме сыграл Дима Каспер из группы «Король и Шут».
- Вы религиозный человек? Недавно вы внесли жертву на строительство буддийского храма…
- Я христианин. Но считаю, что любой нормальный христианин,