Я так часто возвращаюсь на тот мост во Франзе, на который я ждала тебя на свой день рождения. И я была уверена, что ты дал понять, что ты придёшь, и всё такое, весь я в корсете, в чёлках, в пальто. Ну вот в таком дурацком, блядь, плаще, как их называют, Барбери или что-то, с бутылкой джека. Я тебя ждала всю ночь на свой день рождения 2010. Ко мне подходили ППСники и спрашивали, планирую ли я прыгнуть. Я сказала, что вроде как нет. И они отстали. И потом ты сказал, что не приедешь. Важно было прыгнуть в тот момент. Потому что всё, что началось после этого, это варёно тотальной необратимой задницей, которую никто не хотел бы ходить, которую никто бы не пожелал даже врагу. Правда. У меня такое ощущение, что после 10-11 года наступила какая-то ветка реальности, которая вегла абсолютно всех в восточный непобедимый ад. Бесконечный. У каждого свой, но он был бесконечный. Мы должны были где-то выпрыгнуть из этого вагона, но мне не хватило сил. И очень жаль.