Ведём счётчик потерянных людей. 2 за последние 2 дня. Хочется выть.

Блять!

Из раза в раз доказываю свою глупость. А потом тупо пялюсь в монитор, пытаясь придумать себе оправдание, зная что придумать не получится.  Итог озвучивать тошно даже сюда. Потихоньку превращаюсь Эльрика из книжки. Зашибись.

Ладно. Каждый сам выбирает свою дорогу. Только жаль... Нет. Пустое. Я не жалею ни о чём, но мне грустно... Можете - простите, не можете - правильно. Я бы не простил. Но... повторю слова, сдержавшие меня в ту ночь в поле Мордхейма: не жгите мосты... Я ещё пытаюсь по ним идти...

Руки Полины, как забытая песня под упорной иглой.
Звуки ленивы и кружат, как пылинки над ее головой.
Сонные глаза ждут того, кто войдет и зажжет в них свет.
Утро Полины продолжается сто миллиардов лет.
И все эти годы я слышу, как колышется грудь.
И от ее дыханья в окнах запотело стекло.
И мне не жалко того, что так бесконечен мой путь.
В ее хрустальной спальне постоянно, постоянно светло.
Я знаю тех, кто дождется, и тех, кто не дождавшись умрет.
Hо и с теми и с другими одинаково скучно идти.
Я люблю тебя за то, что твое ожидание ждет
Того, что никогда не сможет произойти.
Пальцы Полины, словно свечи в канделябрах ночей,
Слезы Полины превратились в бесконечный ручей,
В комнате Полины на пороге нерешительно мнется рассвет,
Утро Полины продолжается сто миллиардов лет.
И все эти годы я слышу, как колышется грудь.
И от ее дыханья в окнах запотело стекло.
И мне не жалко того, что так бесконечен мой путь.
В ее хрустальной спальне постоянно, постоянно светло.

                                                                        Наутилус Помпилиус... 

Мне не жалко того, что так бесконечен мой путь. 

Кажется, упали сразу обе стены моего старого дома... Пора в дорогу...