Читаю "Бесплодные усилия любви" – и с ужасом чувствую, что слог и художественные средства архаичны. Мотылёк натужно остроумен, дон Армадо нижет слова одно за другим, Олоферн неестествен, отец Натаниэль примитивен... Шутки вызывают косую ухмылку не из-за того, что они смешные, а из-за своей излишней переусложнённости. Словесные перепалки, на которые Вильям Джонович такой мастак, отдают всё тою же натужностью и демонстративной вычурностью...

Это же кошмар. Кого же теперь читать, если не эйвонского лебедя? На ком, на чьих виртуозных строках будет отдыхать глаз, если и его пьесы будут казаться громоздкими в своей форме?..

Утешаю себя тем, что "Бесплодные усилия" не относятся к лучшим вещам. Может, ещё и переводчики виноваты...

Утратить очарование шекспировского слога – это было бы слишком тяжело. Это была бы такая пустота, которую не заполнить ни одним современным автором.

Настроение сейчас - огорчательское