Есть 2 картины в моей жизни, которые я знаю почти досконально, узнаю любой фрагмент, малейший изгиб линий. Это «Утро в сосновом бору» Шишкина (о которой чуть позже) и «Явление Христа народу» Иванова.

А получилось так потому, что в бабушкином доме календарь за энный год с репродукцией «Утра в сосновом бору» висел над моей кроватью.
А второй календарь с репродукцией «Явления Христа народу» висел над пианино. Много, много лет они так висели, пока совсем не выцвели.

[320x220]
«Явление Христа народу»
ИВАНОВ Александр Андреевич (1806-1858)
540 × 750 (занимает целую стену)
Холст, масло
1837–1857
Терьяковка

Интересные факты:
[700x483]

1. Гоголь назвал картину Иванова "явлением небывалым", равного которому "еще не показывалось от времен Рафаэля и Леонардо да Винчи". Кстати, вот и сам Гоголь, в образе странника.
В первоначальном варианте Гоголь как бы не смел взглянуть в лицо Христу, поэтому он стоял вполоборота. Затем художник все-таки «повернул» лицо этого странника к Христу. Самое интересное, что на месте этого странника в одном из самых первых вариантов картины должен был находиться второй Христос. Первоначальная идея Иванова была такова, что один Христос идет к народу, а второй уже находится среди него. (по словам филолога и писателя Игоря Золотусского)

2. Для картины было предварительно написано около 600 (!) этюдов, каждый из которых может считаться полноценной картиной. На работу ушло 20 лет.

3. Картина была написана в Риме, (художник прожил в Италии 28 лет) перевозилась в Россию на корабле, прямо на палубе. В трюм она не поместилась из-за своих размеров. Во время путешествия случился сильнейший шторм, и картина чуть не погибла.

4. А вот и сам художник.

5. Картина до сих пор остается незаконченной. Например, левый нижний угол.
Первоначально на месте старика был изображен юноша в красных одеждах (вот этот этюд). Затем Иванов изменил этот фрагмент, но отражение одежд в воде осталось красным.

[262x370]

6. В России картину посчитали неудачной. Её приняли холодно и равнодушно. Император, по заказу которого она и была написана, предложил за неё художнику вдвое меньшую сумму, чем тот рассчитывал.
Через некоторое время к художнику пришло письмо от императора, в котором тот все-таки соглашался купить картину за большую сумму. Письмо вернулось к императору нераспечатанное с надписью «Художник умер».

"Мой труд — большая картина — все более и более понижается в глазах моих, — писал А. Иванов Герцену. — Далеко ушли мы, живущие в 1855 году, в мышлениях наших — так, что перед последними решениями учености литературной основная мысль картины совсем почти теряется".


Иванов долго колебался, выбирая сюжет для большого произведения, в котором он мог бы в полной мере выразить свое отношение к миру и проявить свой окрепший, развившийся талант. Академическая эстетика требовала от него исторической или библейской темы. Но в глазах самого Иванова это, в сущности, внешнее, формальное требование отнюдь не явилось достаточным. Он не мог удовлетвориться простым воспроизведением сцены прошлого, а требовал от сюжета всеобъемлющей значительности и глубокой идейности.
В поисках темы, "прислушиваясь к истории каждого народа .. . прославившего себя деяниями", Иванов остановился на евангельской легенде о явлении Мессии. Ему казалось, что здесь, на первых страницах
Евангелия, он увидел чуть ли не сущность всего христианства. По мнению Иванова, нельзя было найти более возвышенный и всеобъемлющий сюжет, ибо "откровением Мессии начался день человечества, нравственного совершенства". А. Иванова интересовал не догматический церковный рассказ, а великий нравственный переворот, духовное перерождение людей при появлении Мессии.
Такая постановка темы в значительной мере предопределила характер дальнейшей работы над картиной.
Чтобы выполнить свою задачу и показать в картине всю сложную совокупность душевных переживаний своих героев, Иванов должен был обратиться прежде всего к живой действительности, которая одна только и могла дать ему материал для изучения тайн человеческой психики.
Готовясь к работе над картиной, он тщательно изучил не только Евангелие, но также и литературу о Палестине и ряд археологических сочинений, необходимых для точного изображения бытовых подробностей, предпринял поездку по Италии ради изучения религиозной живописи средних веков и Возрождения, посещал синагогу, изучая характерные типы евреев, и делал пейзажные этюды в разных областях Италии, где природа, как ему казалось, напоминала палестинскую. Иванов считал необходимым побывать и в Палестине, но Общество поощрения художников, у которого он просил средств на поездку, ответило насмешливым отказом: "Рафаэль не был на Востоке, а создал великие творения".
Красноречивое описание картины, несомненно отражающее взгляды и намерения самого Иванова, оставилт нам Гоголь, близкий друг художника и свидетель его работы:
"Картина изображает пустыню на берегу Иордана. Всех виднее Иоанн Креститель, проповедующий и
крестящий во имя того, которого еще никто не видал из народа. Его обступает толпа нагих и раздевающихся, одевающихся и одетых, выходящих из вод и готовых погрузиться в воды; в толпе этой стоят и будущие ученики самого Спасителя. Все устремляются внутренним ухом к речам пророка, как бы выхватывая из уст его каждое слово и выражая на лицах различные чувства: на одних уже полная вера, на других еще сомнение, третьи уже колеблются; четвертые понурили головы в сокрушении и покаянии; есть и такие, на которых видна еще кора и бесчувственность сердечная. В это самое время, когда все движется такими различными движениями, показывается вдали тот самый, во имя которого уже совершилось крещение — и здесь настоящая минута картины".

http://www.russianculture.ru/formp.asp?ID=44&full