У Никогдавера интересный сон был, но у меня тоже ночью мозг не бездействовал:

Снилась длинная улица, спускающаяся под гору, по сторонам от тротуара - тоненькие, молодые дереаья. Иду, лето, тепло. Навстречу - молодой парень, ведущий на поводке собачку. Собачка - черный пекинес, размером - с крупного хомяка, даже фигура и расставка лап - хомячьи. Я уже было прошел мимо них, как собачка вдруг вздрогнула, залаяла и бросилась за мною. Я побежал вниз по улице, собачка за мною. Парень-хозяин стал смеяться, выкинул поводок и сел на траву. Я убежал далеко, лая уже не было слышно, замедлился, оглянулся - а собака сзади висит, зубами за ногу уцепилась. Я ее оторвал и снова в бега. Бежал по Стокгольму, через площади и станции метро, через сады и переулки - собачка за мною. Я открыл странную гравитационную связь - при медленном беге собачка меня догоняла, при быстром беге - она отставала, но только на определенную дистанцию, дальше ее начинало тащить притяжением быстрее, чем она могла бежать. Т. е. дальше чем на определенную дистанцию от меня, она не могла просто физически находиться. И все таки я ушел от нее. Добежал до какого-то дома, в стене которого - дыра круглая, ведущая в тоннель сквозь время и пространство. Прыгнул в дыру рыбкой, меня засосало со смешным звуком и понесло. Когда летел, видел много мигающих разноцветных огоньков. Вылетел в конце концов из тоннеля - в Нью Йорке будущего, 2034 год. Вроде там все так и перемещаются - через такие тоннели. Вылетев из моей трубы я попадал в другие - локальные невременные, перемещающие внутри города. Сначала мне очень нравилось, потом я устал и даже разозлился, что не могу вылезти из этой системы прозрачных труб, а только летаю и летаю. Подумал - вот бы попасть на простую улицу, у какого-нибудь интересного музея. Подумал - и вылетел. Попал на тротуар улицы. Рядом с музеем скульптуры и гончарных изделий.  Там была выставка ретро вещей и среди прочего - вазы ИКЕИ. Я обнаружил на ноге собачку - она остекленела, превратилась в янтарь. Рассматривая ее, я неловко повернул ее в пальцах и уронил в вазу. Хотел разбить последнюю, но меня опередила смотрительница залов: "Стоп! Ее просто надо опрокинуть!". Я говорю - Надо же, я бы не додумался (искренне, без иронии). Перевернула вазу и собачка выкатилась оттуда - в виде засохшей бабочки. Взял ее в руки и она рассыпалась, а в воздухе осталось сиренево-бирюзовое свечение.

Вышел на улицу. Шел и любовался городом. Вдруг увидел Свету из Стока. Во всем белом и с портфелем, она быстро шла-полубежала. Я ей - Привет! Она - Привет-привет. И дальше бежит. Я - пойдем в какую-нибудь кофейню. Она, криво усмехнувшись - Я не такая! Все, хватит, прощай!

Я встал как вкопанный посреди улицы, не зная что делать. Махнул рукой и пошел искать американское отделение моей фирмы. Нашел. Меня сразу взяли на работу. Контора располагалась в небоскребе, занимая сразу 4 этажа. На кофейной паузе я сидел на софе в кофейной комнате и знакомился с сотрудниками. Все шло хорошо, до тех пор, пока я не попробовал заговорить с одним мужчиной. Он, высокий (метра 2 с половиной), с головой формы кабачка, лицом несколько намекающим на дегенератство, сидел молча и смотрел на меня из подлобья с улыбкой при сжатых губах и сомкнутыми челюстями за ними. Вдруг он встал быстро, подошел ко мне, схватил меня в охапку и со словами - А мы вот так попробуем - кинул в пропасть лестничных пролетов небоскреба. Я, сжимаясь от страха, пролетел три этажа и уцепился за прутья ограды, подтянулся и залез на площадку. Великан увидал это и заревев от обиды и злобы, побежал ко мне по лестницам. Я снова сиганул в пропасть, летел и хватался за прутья, дабы снижать скорость. Долетел до самого низа, выбежал на улицу и затерялся среди тысяч японских туристов с фотоаппаратами, сев на землю, чтобы меня вообще не было видно. Великан выбежал, осмотрелся и давай косить японцев направо и налево - руками раскидывая их. Однако японцы не робели, а наоборот даже еще с большим азартом и весельем фотографировали - все камеры на великана были обращены. Я же уполз в узкий переулок, закопался в картонные коробки и стал думать - что он на меня так взъелся. И "вспомнил" - вроде я давным-давно раскидал по Нью Йорку телефоны, с прикрепленными к ним объявленими - что-то вроде: "Ищу одиноких людей для общения. Открыт для всех". Также был там мой номер и было указано, что на телефонах - спецтариф, дающий право бесплатных звонков мне. Больше никому с тех телефонов невозможно было дозвониться. И вроде великан нашел один из таких телефонов и обрадовался, стал мне звонить. И вроде я его увидел по видеосвязи и оборвал разговор и номер его в черный список внес. А великану фирма телефонная отослала СМС о включении его в такой список. И поклялся великан меня найти и отомстить страшно. Разобрался я со всем этим, только легче не стало. Японцы уже все раскиданы были. Тогда я понял, что меня скоро все равно найдут - выскочил из переулка и в сад. Бегу и понимаю, что я уже негр и что я в Чикаго 1910-годов и что идет облава - полицейские ловят чернокожих для отсылки на юг Америки на плантации. Я бегу не один - вокруг бегут десятки других моих собратьев. За нами копы в старинных синих униформах, с револьверами (на которых были выгравированы кукурузные початки) и свистками. Один из копов был тот самый великан. Меня задевает одна из пуль, я падаю на траву и теряю сознание. Вижу какой-то туман киселеобразный, потом очухиваюсь и понимаю, что я в пустынном Токио ночном, что только недавно закончился карнавал - ветер носил декорации, мешуру и маски. Я лежу на асфальте в костюме клоуна. Рядом со сной друзья и знакомые - в том числе ЛиРушники. Лимончик и ASorel рядом, в костюмах ведьмочек на американский манер, пьяненькие. Поднимают меня за руки, смеются - Рано ты расклеился, веселье-то только начинается! Вдруг из кучи мусора выскакивает великан - одетый в костюм Бабы Яги. Все замедляется. Великан бежит на меня, крича - искривляя беззвучно рот, с помелом на перевес. Я беспомощно шарю по карманам. Нахожу в одном как-то туда затесавшийся револьвер старинный - как у тех копов из Чикаго. Я заряжаю пистолет двумя свинцовыми пулями, засыпал пороху в одну специальную дырку, запихиваю туда фитиль, поджигаю и вовремя - выстрелы раздались за считанные сантиметры, разделявшие меня и великана. Револьвер дважды дернулся, послав пули насквозь моего врага, я видел как они вылетели через его спину, разрывая бежевую кофточку  этой "Бабы Яги". Великан упал замертво. Действие снова вернулось в режим обычного времент. Лимончик и ASorel зааплодировали и потащили меня за собой с криками - Быстрее, быстрее! Раз такое дело! - на другую улицу. На той улице снова был Стокгольм - а на ней шествие делегации из Питера - в том числе там были игроки "Зенита" и Матвиенко. ASorel подбежала к последней и выпалила - Вот он может по-шведски! - тыкая в меня пальцем. Матвиенко деловито-озабоченно подхватила меня за руку - в другой руке она держала футболиста Файзулина - и побежала вдоль дверей подъездов, приказывая мне - А ну-ка спроси - не пустят ли они Файзулина в туалет - парень едва сдерживается! Я вырвалсяиз рук Матвиенко, подбежал к одной двери, открыл ее и зашел вовнутрь. За дверью сразу начиналась лестница, ведшая на площадку, где 4 двери было. Сам я туда не побежал, но послал туда Файзулина. Он постучал в одну из дверей - вышли две горничные - пожилая и молодая. С молодой я договорился о Файзулине и они ушли в квартиру. А со старой я говорил о жизни - мне неудобно было задирать голову и говорить с ней, так неудобно, так неудобно! Больно даже. И не мудрено - когда я проснулся (на самом деле), то лежал в жуткой позе, с головой загнутой куда-то назад.

Заснув снова, видел Иркутск. Вроде там все улицы взялись одновременно ремонтировать - все эти тысячи улиц очистили от асфальта и что удивительно - оказалось, что город висел в воздухе. Под асфальтом скрывались леса строительных лесов, по которым лазали монтажники, сварщики и прочие рабочие, следившие за сомтоянием этих бесчисленных конструкций. Увидев дневной свет и рабочих асфальтоукладчиков они поздоровались и поинтересовались - не будет ли в скором времени повышения зарплат. Нет, не будет. Тогда они очень расстроились и пообещали провести забастовки