Вряд ли можно упрекнуть меня за, что я не люблю народы, которые сами себя не любят.
Представьте Кривбасс — Криворожский рудный бассейн. Перенаселённый, как Рур. Миллионы народа, в летние месяцы +32, купаться негде кроме трёшки фонтанов и ставков. Говорите, бактериальное оружие? Так это ставок и есть. А Черное море ровно в 200 км. Что такое 200 км? Покажите мне народ, который НЕ СДЕЛАЛ бы скоростной дороги до моря. Час, а то и 40 мин. — для японцев, французов... да кого угодно.
Нет.
Ночь.
И поездом тоже. Какая ж/д появилась, ещё во 2-й половине 19 веке, ззигзагами, для вывоза руды, та и есть. Как же это надо себя не любить? Как же надо не любить свой народ Киеву, чтобы за прошедшие 150 лет он этого вообще не заметил?
И вы хотите, чтобы я любил украинцев?
«Экология удовольствий» — лучший ответ на вопрос «а не говно ли твоя власть?» Например, в Питере я живу в 1,5 км от моря. Выйти бы, пенсионеру, посидеть на лавочке. Ой, как хочется. Но жителю муниципального округа («Коломна») море не доступно, хотя район... береговой! Отгорожены «браунфилдом» - промзоной, сгнившей ещё век назад. «Хоз-шанхаи», поспешно брошенные фабрикантами в 1917-м. Полтора нетрезвых человека на гектар. От ярости я даже сходил, проголосовал за «Зелёных». Не знаю, слышали ли они о качестве жизни.
А в Вильнюсе живу 1,5 км от Канцелярии Президента. Но сосновый лес в – пешей доступности. Полчаса езды до нескольких лесных озер и пляжей, и зона экологического комфорта постоянно растёт. Вот такие вот urban amneties – черт возьми этих литовцев.
…
Одарую нас Крымом, Титан России и не поинтересовался, что это такое. Он до сих пор не знает, что это не точка на карте. До 2014 существовала довольно четкая граница между дорогущей южной частью, где отдыхали исключительно русские - и степным, где отдыхали украинцы. Они практически не пересекались. Т.е. русским и надо-то было не больше четверти Крыма. В те времена столбы украинских городов были густо оклеены «бородатыми» объявами - «В Лазурное», «Скадовск», «Счастливцево»... В 2010 ехали на Тарханкут, но в Черноморском, не доезжая, водитель высадил последних пассажиров - меня с женой, - и заплатил за такси до Оленевки (Аленiвка). Не гонять машину. Что же касается мест, которыми мы проезжал...о-о-о! Примерно так я представляю себе ад. Жара, иссыхающая канава канала, и пара облезлых пятиэтажек посреди степи. За эту антиутопию мы расплачиваемся трупами. Зимой там ещё хуже, хотя это трудно вообразить.... И за эту великую ценность русскому теперь ни в Прагу, ни в Юрмалу? Вы его спросили, он хотел в вашу клетку?
Территориями вообще нельзя ни наказывать, ни награждать — как умудрились «Великие» после войны. Довоенное устройство было корректнее, если не считать абсурдных конгломератов типа Югославии. Границы в скрижалях Божьих не записаны. Тогда альтернатива была, и реальная. Москва бы предложила формулу постоянной скидки на углеводы за владение кусочком Крыма, проложила скоростные магистрали, которые не только весьма сократили бы путь до Южного Берега русским. Они были бы исключительно выгодны и ряду украинских городов — Харькову, Кр. Рогу, Днепру... Но ни себе — ни людям.
Если Россия считала данную границы несправедливой, почему она сначала не сформулировала эту претензию и не попыталась добиться её пересмотра политически? «Ей бы всё равно не дали» - это речь деклассированного элемента, «бумера», который не верит, что кто-то будет слушать его аргументы. Даже разумные.
…
Русский ехал в Кривбасс или Донбасс не потому, что мечтал присоединить его к России. Там были карьер, шахта, зарплата. Это нормальная экономическая миграция. Почему мы считаем русского за границей поводом расширять границу, а не тем, кого хорошо бы привлечь обратно? У нас же такая низкая рождаемость? Не нравится русскому где-то, гонят – так цинично говоря, и прекрасно. Хватайте его, тащите в Россию.
Короче. Что ни возьми — варианты были. Дешёвые, мирные, понятные, выгодные людям. Но выбрали противоположные.
Кажется, мы не нравимся Господу.
Годами хотел это написать, но только сейчас. Настроение паршивое. Кот заболел, Штефан. Рвёт. Вторые сутки подряд.